«Я думала, мужчины живут лучше»: эксперимент Норы Винсент, закончившийся трагедией

Американская журналистка Нора Винсент выбрала способ посложнее. Она решила сама стать мужчиной. Не в медицинском смысле. Винсент не считала себя трансгендерным человеком. Она поставила журналистский эксперимент: на полтора года превратилась в мужчину по имени Нэд и отправилась смотреть на мир с другой стороны гендерной баррикады.

Началось все почти случайно. Подруга Норы выступала как дрэг-кинг — изображала мужчину на сцене. Однажды они вместе переоделись мужчинами и пошли гулять по Нью-Йорку. И Нора обнаружила маленькое чудо: на нее перестали смотреть.

Никто не заигрывал, не оборачивался, не оценивал. Она просто шла по улице. Журналистке стало интересно: а что еще находится по ту сторону этой невидимой границы? Так появился Нэд.

К эксперименту Винсент подошла с американской основательностью. Она подстриглась, наклеила театральную щетину, шесть дней в неделю ходила в спортзал и за полгода набрала почти семь килограммов. Грудь утягивала тесным спортивным бюстгальтером. Преподавательница из Джульярдской школы научила ее говорить ниже. Для полноты образа был приобретен накладной пенис.

И вот Нэд отправился в народ.

Первой лабораторией стала любительская лига боулинга. В команде оказались трое мужчин, давно знавших друг друга.

И здесь Винсент обнаружила первое неожиданное обстоятельство: мужчины ей понравились.

Например, рукопожатие, которое прежде казалось ей бессмысленным мужским ритуалом, оказалось довольно сложным знаком: тебя признали своим. Мужчины соревновались, но не пытались унизить слабого. Когда новичок Нэд плохо бросал шар, ему помогали даже соперники. Когда один из игроков особенно хорошо выступал, остальные без всякой команды замолчали перед его последним броском.

Нора увидела в этом нечто вроде мужской телепатии. Но выяснилась и оборотная сторона. Мужчины дружили крепко, однако говорить о самом важном почти не умели. У одного из товарищей Нэда, Джима, жена умирала от рака. Когда он попытался поговорить об этом с другом, разговор довольно быстро превратился в обмен фактами.

Не потому, решила Винсент, что мужчинам нечего чувствовать. Наоборот. Просто существует предел, после которого чувство полагается запереть внутри.

Это стало одним из главных открытий эксперимента: мужская эмоциональная немота вовсе не обязательно означает эмоциональную пустоту. Иногда там как раз слишком много всего — просто наружу выпускать не принято.

Затем Нэд пошел знакомиться с женщинами. Тут эксперимент приобрел оттенок производственной травмы.

Сама Винсент была лесбиянкой и прежде без особых проблем знакомилась с женщинами. Но стоило ей стать мужчиной, как правила изменились. Нэду отказывали постоянно. Иногда на него смотрели примерно так, как покупатель смотрит на подозрительную колбасу.

Мужчины из боулинга объяснили: привыкай. Это и есть мужская жизнь. 

Винсент постепенно обнаружила любопытную асимметрию. Среди мужчин, по ее наблюдениям, действует своеобразная презумпция невиновности: ты нормальный парень, пока не доказал обратного. При знакомстве женщины с мужчиной — наоборот. Незнакомец сначала потенциально опасен и только потом получает шанс доказать, что он не волк.

Нора прекрасно понимала женщин: сама раньше относилась к незнакомым мужчинам точно так же. Но впервые почувствовала, каково находиться по другую сторону этого подозрения.

Некоторые выводы занесли ее довольно далеко. Она решила, например, что в ситуации знакомства именно женщина обладает огромной властью: одно короткое «нет» способно мгновенно уничтожить все мужские усилия. После серии отказов Винсент признавалась, что сама на мгновение почувствовала нечто похожее на мизогинию.

За это книгу потом много критиковали — и не без оснований. Личный опыт нескольких месяцев она временами превращала едва ли не в универсальную теорию полов.

Но эксперимент продолжался. Нэд отправился в стриптиз-клубы. Винсент хотела понять мужскую сексуальность и обнаружила очередное противоречие. Ее новые знакомые могли искренне любить жен, дорожить семьей — и одновременно тайком ходить смотреть на голых женщин, хотя дома им это категорически запрещали. В мужской компании это не воспринималось как разрушение брака.

Самой Норе стриптиз-клубы не понравились. Хотя женщины ее сексуально привлекали, возбуждения она там не испытывала. Напротив, ей казалось, что помещение буквально наполнено какой-то общей тоской: мужчины смотрят на женщин как на набор частей тела, женщины изображают желание за деньги, и обе стороны прекрасно понимают правила игры.

Даже ее приятель Джим признавался, что после частых походов туда ему становилось не по себе и снились кошмары.

Но Нора шла дальше. Она пожила в мужском монастыре, участвовала в мужской групповой терапии, знакомилась, дружила, соперничала и постоянно следила за собой: достаточно ли мужественно сидит, говорит, смотрит?

И постепенно веселая журналистская авантюра перестала быть веселой. Винсент пришла к выводу, которого, кажется, меньше всего ожидала в начале опыта: быть мужчиной ей не понравилось. Она начинала эксперимент, рассчитывая увидеть привилегированный мир. А увидела другую клетку.

От мужчины, по ее впечатлению, постоянно требуют соответствовать образу: быть сильным, уверенным, сексуально активным, не ныть, не бояться, не показывать слабость. Женская роль может быть тесной — но и мужская оказалась своеобразной смирительной рубашкой.

За полтора года Нора стала гораздо сочувственнее относиться к мужчинам. Но цена этого сочувствия оказалась высокой. После окончания эксперимента Винсент впала в тяжелую депрессию и добровольно легла в психиатрическую клинику. Этот опыт позже стал материалом для следующей книги.

А «Самодельный мужчина», вышедший в 2006 году, стал американским бестселлером и одновременно объектом ожесточенных споров. Винсент обвиняли в примитивных обобщениях, воспроизводстве гендерных стереотипов и попытке судить о половине человечества по довольно специфической выборке — боулингу, стриптиз-клубам, свиданиям, монастырю и психотерапевтической группе.

Обвинения были во многом справедливы. Полтора года — все-таки небольшой срок для изучения трех с половиной миллиардов человек. Но было в ее эксперименте и наблюдение, которое пережило все споры. Нора отправилась в мужской мир, ожидая обнаружить там прежде всего власть. А обнаружила одиночество, необходимость постоянно доказывать собственную состоятельность и удивительную неспособность попросить помощи именно тогда, когда помощь нужнее всего.

История самой Винсент закончилась трагически. В 2022 году, в возрасте 53 лет, она умерла в Швейцарии, воспользовавшись правом на ассистированное самоубийство. Еще в 2014 году она предпринимала попытку самоубийства. Сама писательница не раз рассказывала, что слишком глубокое погружение в своих героев и роли иногда приводило к ощущению потери собственной личности.

Поэтому история Нэда со временем стала выглядеть совсем иначе, чем журналистский трюк женщины, решившей выяснить, легко ли живется мужчинам.

Она хотела на полтора года залезть в чужую шкуру. И выяснила неприятную вещь: чужая шкура тоже жмет.

Ксаверий БЕЛЫЙ.