Небольшой фонарь над его головой освещает несколько метров перед его постом. Дальше — около километра ничейной дороги до российского блокпоста, по которой в темноте в обе стороны молча идут люди.
Границу можно пересечь на автомобиле, но многие доезжают на одной машине, переходят границу пешком, чтобы дальше пересесть на другой транспорт. Так проще — на полуострове, аннексированном Россией в 2014 году, автомобильные номера в принудительном порядке заменили на российские, которые не признают в Украине. Крымские машины не могут попасть на материк, и чтобы навестить, скажем, родственников в Херсоне, приходится придумывать схемы с пересадкой.
Эта странная граница, построенная в чистом поле, сама с виду чистая импровизация, и чтобы перейти ее, часто приходится импровизировать.
«Немного недороссия»
Например, выехать из Крыма по российскому паспорту нельзя, но многие просто оставили у себя украинские документы — на одном КПП они предъявляют российский документ, а пройдя по темной дороге, показывают украинским пограничникам уже другой.
Они рассказывают, что пограничники смотрят на это сквозь пальцы — иначе пропускной пункт можно будет смело назвать «блокирующим».
Иностранцы, в частности — журналисты, проходят по специальному пропуску, который оформляется в Киеве.
Правда, пропуск не избавляет от проверки — съемочную группу Русской службы Би-би-си сначала около часа продержали украинские пограничники, а потом еще около двух проверяла российская ФСБ.
Хотя досмотр и был довольно тщательным, негативного отношения к журналистам не чувствовалось ни с одной из сторон. Сотрудник ФСБ даже дал несколько советов об особенностях местной жизни, завершив их фразой «помните, Крым — это немного недороссия».
Между мин и окопов
Для Украины это «административная граница с временно оккупированной Россией территорией автономной республики Крым». Однако на ней дежурят пограничники, есть таможня и в заграничные паспорта ставят штамп. Формально человек и покидает территорию Украины, и не покидает ее.
Это никого не смущает — Киев не может перестать относиться к Крыму как к оккупированной земле, а жители Украины не могут перестать ездить в Крым — и обратно.
Но все эти юридические неувязки кажутся совсем малозначимыми на границе, где друг напротив друга стоят вооруженные украинские и российские военнослужащие.
В самой середине нейтральной полосы два поста разделены несколькими метрами. Нервное напряжение, которое начинаешь ощущать еще при подъезде к границе, тут сгущается настолько, что его, кажется, можно потрогать руками.
Дело не только во взглядах пограничников или тех, кто переходит границу. Она сама выглядит, как прифронтовая полоса.
Оба КПП окружены колючей проволокой, за которой вырыты окопы. Они сделаны по всей военной науке — вперед вынесены ячейки для пулеметчиков, стенки траншей укреплены досками. На дороге лежат бетонные блоки, которые не позволяют автомобилям двигаться по прямой, а перед КПП из таких же блоков и мешков с песком построены доты с амбразурами.
Сбежавший из Крыма обвиненный российскими властями в экстремизме учитель Юрий Ильченко на пресс-конференции в Киеве в середине августа рассказал, что при подходе к границе ему пришлось пробираться по заминированному лесу.
Тогда это могло показаться преувеличением, однако таблички с надписью «мины» на проволочной изгороди вдоль приграничной дороги — реальность.
Такие таблички мы заметили только на украинской стороне. Сложно сказать, действительно ли заминированы обочины шоссе, ведущего в Крым, или надписи просто разместили, чтобы никому неповадно было бродить по приграничной территории.
Со стороны России на обочинах таких табличек не видно, но проверять, заминированы ли окрестные поля, нам не захотелось.
Пограничники и на той, и на другой стороне говорят, что уже привыкли к этой гнетущей атмосфере: такая ситуация здесь уже два года с редкими перерывами на обострения.
Перестрелка
Последнее из таких обострений произошло в начале месяца. 10 августа ФСБ России заявила о предотвращении теракта в Крыму и обвинила в его подготовке украинскую разведку.
Как утверждает спецслужба, в ночь на 7 августа диверсионная группа прорвалась через границу в районе Армянска (в нескольких километрах от него находится тот самый КПП «Каланчак»), вступила в перестрелку с сотрудниками ФСБ, убив одного из них. Впоследствии российская пресса сообщила о задержании трех человек и гибели двух членов «группы диверсантов».
Кроме того, как утверждает ФСБ, на следующую ночь была еще одна попытка прорыва через границу, которая была отбита, несмотря на то, что со стороны Украины по российским военным велся обстрел.
Как рассказал в интервью Русской службе Би-би-си замначальника херсонского погранотряда Иван Шевцов, со стороны Украины это выглядело как некая военная активность на стороне Крыма.
«Это произошло с шестого на седьмое августа. Все контрольно-пропускные пункты на административной границе с Крымом без каких-либо предупреждений, без каких-либо причин были закрыты со стороны, которая находится на территории Крыма. Пропуск всех транспортных средств был прекращен. Через четыре-пять часов был восстановлен пропуск машин только на двух пропускных пунктах — «Чонгар» и «Чаплынка». Контрольно-пропускной пункт «Каланчак» не работал трое суток», — сказал он. Всего на въезде в Крым работают три КПП.
По его словам, пограничникам известно не больше, чем другим людям. «Почему это было сделано, мы не знаем. Единственное, что нам известно, это слухи, которые ходят среди проезжающих граждан и в средствах массовой информации. Официальная информация о причинах данного инцидента нам неизвестна», — сказал Шевцов.
Другие украинские пограничники в неофициальных разговорах рассказали не больше. По их словам, на посту в ту ночь была слышна стрельба в отдалении, а с крымской стороны возле границы летали вертолеты и квадрокоптеры.
Об этом же говорят и местные жители украинского села Преображенка, которое расположено в нескольких километрах от границы. По их словам, в те дни они видели вертолеты и беспилотники, слышали стрельбу.
Версии
В Крыму и граничащих с ним районах Украины люди говорят, что не знают ничего об этой операции. Если жителей Преображенки отделяла от нее граница, то население Армянска от места событий находилось всего в нескольких километрах.
Люди, с которыми нам удалось пообщаться на улицах этого города, знают ничуть не больше чем те, кто был в ночь на седьмое августа за границей. Точно также они рассказывают о вертолетах в небе и отдаленной перестрелке.
Жители крымских городов, с которыми разговаривала съемочная группа Би-би-си, убеждены, что была попытка прорыва диверсантов с территории Украины. Их объяснения различаются лишь в деталях — например, был или не был при этом обстрел со стороны Украины, в который верят не все.
В украинской Преображенке и на КПП со стороны Украины люди придерживаются версии, согласно которой перестрелка произошла между российскими силовиками, вероятно, из двух разных ведомств.
Как минимум, два человека пересказали слухи о том, что российский военный катер обстрелял другой, принадлежавший пограничникам, те открыли ответный огонь, после чего началась паника и были подняты в воздух вертолеты и введены войска. В ходе этой перестрелки, согласно слухам, погиб офицер спецназа ФСБ. Все задержанные, о которых заявили в ФСБ, по их мнению, были скорее всего похищены.
Официальный Киев также заявлял о том, что российские военные стреляли друг в друга. 11 августа на совещании у президента Петра Порошенко начальник главного управления разведки министерства обороны Валерий Кондратюк сообщил, что, по имеющейся у его ведомства информации, произошедшее в Крыму было «вооруженным столкновением с использованием стрелкового оружия между военнослужащими ВС РФ и пограничной службой Федеральной службы безопасности РФ».
«Как на передовой»
Как бы то ни было, эти события немало встревожили Украину. В прессепоявилась информация о концентрации российских войск вблизи границы полуострова с материковой частью и вокруг важных объектов инфраструктуры, а также сообщения о том, что военная техника активно перемещается.
Представитель главного управления разведки министерства обороны Украины Вадим Скибицкий заявил 10 августа, что в стране был повышен уровень угрозы. Масла в огонь подлила видеозапись, сделанная в Керчи — на ней была видна военная колонна.
В прессе, российской, украинской и западной, эту активность объясняли по-разному. Спектр мнений был от радикальных — подготовки к немедленному вторжению в Украину, до более умеренных — подготовки к учениям и даже просто плановой ротации войск.
Би-би-си поговорила с украинкой (она представилась Ириной), которая утверждает, что пересекала границу по направлению в Крым в ночь на девятое августа. По ее словам, она лично видела в Крыму бронетехнику и солдат.
«Около полутора суток мы ждали на КПП. Проехали к пяти утра. С той стороны — все так одетые, у них, как у стрекоз, очки вот эти, балаклавки, вооружены они. Едешь и видишь эти закопанные пушки. Попадаешь как на передовую», — рассказала она.
«Мы ехали, и я видела, сколько там бронетехники… Бронетранспортеры двигаются, вот эти машины большие, зачехленные так, что не видно, что они везут, но это была военная техника. Они явно перевозили людей», — считает она.
Ирина возвращалась на Украину через сутки. Она рассказала, как возле КПП «Армянск» (так с крымской стороны назвается «Каланчак») военные остановили автобус, вывели из него мужчин и положили на землю. Автомобиль Ирины задержали и некоторое время не пускали через границу.
Со стороны Украины она не слышала стрельбы и не видела концентрации военных, а пограничники отговаривали граждан Украины ехать в Крым, потому что не знали, что собираются делать российские военные.
Все спокойно
В двадцатых числах августа никаких признаков исключительной военной активности в Крыму заметно не было.
Всего пару раз мы увидели в отдалении от трассы, которая вела к контрольно-пропускным пунктам, палаточные лагеря, похожие на военные.
В одном случае рядом находились большие грузовики зеленого защитного цвета и антенны. На дорогах полуострова за три дня нам встретились всего пять таких грузовиков с черными военными номерами.
Один местный житель рассказал, что военные машины обычно перемещаются по полуострову ночью, «чтобы не тревожить население». Однако и по его словам, говорить о подготовке крупной военной операции нельзя.
Многие местные жители говорят, что в приграничных районах Крыма действительно может быть много войск, но они дислоцированы вдалеке от населенных пунктов. Правда, при этом они обычно признают, что сами военных или технику не видели, но «так же должно быть, поскольку рядом граница, а обстановка неспокойная».
«Декорации»
По словам украинки Ирины, при переходе границы 9 августа «как будто сменились декорации». Разница действительно заметна, причем не только в форме одежды военных. Она заметна и в поведении людей.
Прежде всего, это касается Армянска. В городе много военных и людей в форме с нашивками ФСБ. В состав Федеральной службы безопасности входят пограничные войска, и вероятно, среди них много пограничников, но сколько там сотрудников других подразделений службы, сказать сложно.
Мы попытались поговорить с прохожими на улицах городка, но большинство людей просто отводили взгляд: либо не отвечали вообще, либо ссылались на неотложные дела. Один мужчина сказал, что у него есть родственники на Украине и ему совсем не хочется публично о чем-то рассказывать.
Однако среди тех, кто соглашался говорить, многие утверждали, что не чувствуют себя в опасности после инцидента на границе, и уверены, что в любом случае источником дестабилизации может быть скорее Украина, чем Россия.
В Севастополе недостатка в российских флагах нет, однако многие боятся высказывать свои мыслиСбежавший из Крыма учитель Юрий Ильченко, с которым удалось поговорить в Киеве, утверждает, что в Крыму люди просто боятся высказывать свои мысли.
«Например, если в Крыму какой-нибудь человек скажет что-нибудь про политику, например, что недоволен оккупацией, а вы, например, слушаете и согласитесь с такой негативной оценкой или даже просто не пошли и не доложили в ФСБ, а кто-то об этом узнал, то в Крыму вам за это дали бы три года», — уверяет Ильченко, которого российские власти обвиняли в том, что в публикациях в социальных сетях он не признал законность присоединения Крыма к России.
Представитель меджлиса крымских татар Музафар Фукала в интервью Би-би-си говорит, что в Крыму «люди ведут себя по отношению к властям отрицательно». «Причем я даже не говорю о крымских татарах», — подчеркивает он.
И Музафар Фукала, и Юрий Ильченко не скрывают своих взглядов. Для Ильченко это кончилось уголовным делом и бегством из-под подписки о невыезде. Меджлис крымскотатарского народа Верховный суд Крыма в апреле этого года признал экстремистской организацией и запретил его деятельность на территории России.
«Пороховая бочка»
Ни в Крыму, ни в прилегающих к нему районах Украины люди не верят в то, что начнется полномасштабная война.
В Крыму многие из тех, с кем мы говорили на улицах Джанкоя и Армянска, убеждены в том, что если конфликт и может вспыхнуть, то только по вине Украины, и что российская армия, незримо (поскольку все собеседники утверждают, что войск не видели) присутствующая у границы, сможет их защитить.
В украинском селе точно так же думают про свою армию, которую тоже с шоссе, ведущего к крымской границе, не видно. Там верят, что в случае, если Россия начнет боевые действия, то их войска смогут дать ей отпор.
«Тут пороховая бочка», — говорит один из жителей украинского села. И добавляет: «Но спичку вряд ли кто-то захочет поднести».
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.