Мы сохраним оболочку Латвии, но кем в ней будут латыши? Виктор Авотиньш о необходимости новой Атмоды

«В Латвийской академии наук состоялся консилиум экспертов под руководством академика Райты Карните по теме «Возможна ли IV Атмода?» В нем участвовали умники от различных государственных и общественных учреждений, — пишет Виктор Авотиньш в «Неаткариге«.

До мероприятия я получил письмо от президента ЛАН Оярса Спаритиса, в котором он вопрошал: «Может ли стать кузницей мнений Латвийская академия наук, если за 25 лет независимости она была ослаблена настолько, что количество учёных сократилось с 16 000 до 3 000?

Могут ли стать оставшиеся учёные лидерами мнений, если понятно, что даже в социальных процессах, которые в большой мере инициировала, побуждала и своим рвением поддерживала именно интеллигенция, победителями вышли другие — бывшие работники номенклатуры, представители административного, партийного, бюрократического аппарата и популисты?»

Скорее всего к вероятности IV Атмоды мы ещё вернёмся в более широком контексте, а пока выскажу только своё мнение. Прежде всего, по-моему, надо не жить в иллюзиях, а совершенно по-деловому оценить, где мы находимся.

Некоторые ораторы заявляли, что третья Атмода свою задачу выполнила — независимость восстановлена, а духовного пробуждения (именно его подразумевает первоначальный смысл слова атмода) не произошло. Именно поэтому я не согласен с тем, что сказал Оярс — что номенклатурщики «вытолкнули интеллигенцию из сферы генерации идей и переняли инициативу в областях формирования государственного бюджета, приватизации и законодательства».

Интеллигенция досталась роль исключительно внешнего атрибута государства — наравне с флагом, гимном, гербом, поддерживать идею восстановления Дома Черноголовых.

Меня выталкивали в той степени, насколько я сам позволял себя вытолкнуть, отступать, допускать, что я не способен строить то, что вроде бы должны строить профессионалы.

Нечего себя жалеть, так как ключевым вопросом здесь, по-моему, является следующий — почему латыши и прежде всего латышская интеллигенция не желала и все еще не желает быть такими гражданами, какими надлежит быть в своей стране? Где дух народа, который, вплоть до готовности жертвовать собой проявлял себя, выражал в ходе восстановления независимости? Кто этот дух выпустил?

Не было бы необходимости вести речи о возможности IV Атмоды, если бы политика додумалась позаботиться (путём образования, культурной политики) о разумном уровне гражданственности.

Когда речь заходит о вероятности четвёртой Атмоды, мне представляется важным найти четкие ответы по крайней мере в трех областях — цель, ресурсы, мобилизация…

Цель. Зачем нам нужна эта IV Атмода? Я могу вообразить несколько целей, но более или менее точно для себя определил только одну- не потерять то, что мы начали, скажем так, политически осознавать то, что основой латышской нации является первая Атмода. Я считаю, что существование этой основы сейчас находится под угрозой.

Возможно, мы даже сохраним оболочку государства, называемого Латвией, но будет ли оно национальным государством, и кем в нем будут латыши?

Ресурсы. Что станет ресурсом этой IV Атмоды? Кто ее будет реализовать? Будет ли это делать наше поколение, которое, как оказалось, не смогло даже заняться в своей собственной стране производством граждански активного интеллекта, интеллигенции, среднего класса? Сомневаюсь.

Фактически, на вопрос о необходимости и возможности четвертой Атмоды в первую очередь должно ответить то поколение, которое достигло зрелости, которое мы растили в эпоху восстановленной независимости. Следовательно- людям в возрасте от 20 до 45 лет. Таких на том консилиуме было от силы 3-4 человека.

По-моему, этому поколению уже следует определять и власть в стране, и доминирующее мнение среднего класса. Если это не так, то возникает вопрос — почему мы не были достойными учителями этого поколения?

Мобилизация. Г-жа Карните стремилась как будто провести различие между пробуждением духа народа, связанного с новой Атмодой, который развязывает в людях дремлющий потенциал, от сопротивления, агрессии, отпора. Они были представлены как противоположные.

Я бы столь четко их не разделял. Разве вторая, третья Атмода в известной степени не проявлялась через сопротивление? Академические круги в своём желании четвёртой Атмоды могли бы постараться точно определить, что именно мешает духу народа проснуться, что встаёт на его пути.

Как я понимаю, никто здесь особо не желает даже повторения 13 января, что уж говорить о гораздо более крупных и агрессивных внутренних конфликтах.

Но если положение, как было сказано, достигнет дна, если разумный диалог интеллектуалов с властью так и будет оставаться беседой двух глухих, то вполне вероятно, что мобилизация ресурсов четвёртой Атмоды будет исходить из определения противника. Возможно, это станет качеством существующей власти, политики.»