Известный русский график и искусствовед Александр Николаевич Бенуа, получив в эмиграции в 1938 году книги с работами Алексея Юпатова, был удивлен и поражен. Вот что он писал:
«Хоть и не так часто, а все же бывают и в наши дни приятные сюрпризы. К числу таковых я могу отнести присылку мне из Риги нескольких книг, посвященных главным образом графике. Одна из них знакомит с книжными знаками Алексея Юпатова… Все они изданы стараниями Алексея Юпатова и все обладают как бы фамильными чертами: необыкновенным изяществом при большой тщательности.
Разглядывание этих книжек дает весьма выгодное представление о состоянии художественно–культурного уровня в столице Латвии и в то же время доказывает лишний раз, что за пределами России русское искусство не умерло и что оно местами придерживается все еще тех же благородных традиций, которые некогда были насаждены нашим «Миром искусства»…»
Алексей Илларионович Юпатов родился в Риге в 1911 году в семье староверов. Родителей потерял рано; одно время воспитывался в приюте в Межапарке, потом его забрала к себе тетя. В 1930 году оканчивает рижскую Правительственную гимназию.
Первые его рисунки появляются еще в гимназии — на страницах рукописного гимназического журнала «Досуг». В том же году Алексей — студент Академии художеств. Но получить диплом не удалось: нужда заставила бросить учебу и устроиться скромным учителем рисования. Впрочем, уже в 1936 году о молодом графике заговорили: прошла его первая персональная выставка.
На следующий год его приглашают декоратором в Театр русской драмы. В качестве сценографа он с блеском создает декорации к пушкинскому «Борису Годунову». С этого момента пушкинская тема становится одной из главных в его работах. Это иллюстрации к книгам поэта, статьи в газете «Сегодня», довоенных русских журналах и, конечно, экслибрисы.
Кстати, первый экслибрис Алексей выполнил еще гимназистом в 1929 году для своего дяди — Михаила Юпатова. Постепенно появляется своя манера. В отличие от других графиков, пользовавшихся различной техникой, Юпатов остается верен в основном одной, в которой он достигает совершенства.
Техника исполнения, как отмечают специалисты, приближает его работы к лучшим образцам старинной графики: здесь отразились увлечения русской стариной, древнерусской иконописью, русской классической литературой.
В 1938 году художник переезжает в Прагу. Принимает участие в работе Русского культурно–исторического музея. Одна из интереснейших работ этого периода — экслибрис, созданный для известного русского живописца и театрального художника Алексея Константиновича Коровина.
Экслибрис, как и жизнь самого Коровина, разделен на две части. В верхней — дивный пейзаж среднерусской равнины: старинный русский город с православной церковью, высокой колокольней и толстыми крепостными стенами на берегу широкой полноводной реки, величаво несущей свои воды к далекому горизонту. В нижней — книжный развал на Монмартре в Париже, в городе, где Коровин провел вторую половину своей жизни.
К концу 1930–х — началу 1940–х годов Алексей Юпатов — уже известный мастер книжного знака. На многих экслибрисах, созданных в довоенный период, — иконописные лики монахов, купола православных соборов, стены древнерусских городов–крепостей, старинные фолианты, какие хранились, наверное, в неведомо когда и куда исчезнувшей библиотеке Ивана Грозного.
Во время немецкой оккупации художник остался в Риге. Сразу после освобождения города компетентные органы приступили к проверке «подозрительных элементов»: не сотрудничали ли с немцами? В общем, причины были.
Например, известный русский довоенный журналист Владимир Владимирович Клопотовский, писавший под псевдонимом Лери, стал редактором «Русского вестника» — власовской газетенки, издававшейся в оккупированной фашистами Риге. Впрочем, ему повезло: он умер весной 1944–го, до прихода Красной армии. Юпатов ни в чем замешан не был.
Много позже дочь художника вспоминала, как в конце 1944 года в только что освобожденной от немецких войск Риге было вот что:
«…отец ушел на час–два, а вернулся только через четверо суток. Подробностей мы особых не услышали, отец не любил вспоминать этот злополучный эпизод его жизни. Но пришел он бледный, молчаливый…»
Новая власть не стала чинить препятствий творческой деятельности Алексея Илларионовича. Он работает над экслибрисами, книжной графикой. По оценке специалистов, наиболее плодотворный период его творчества в жанре книжного знака начался в 1958–м.
В конце 1950–х и в 1960–е годы художник создает наибольшее количество книжных знаков, причем среди них практически нет проходных работ.
Выполненные им книжные знаки считают за честь иметь для своих библиотек писатели Вилис Лацис и Андрей Упитс, доктора медицинских наук, профессора Паулс Страдиньш и Янис Зутис, ученый и коллекционер Илья Зильберштейн.
Коллекционер Герман Беркович писал:
«Юпатов удивительно гармонично объединяет на листке небольшого формата бумаги очень разные и, казалось бы, совсем несочетаемые друг с другом элементы и образы. Заслуженный деятель искусств ЛССР живописец Александр Звиедрис был профессиональным моряком — капитаном. На яхте под парусом Александр Звиедрис совершил кругосветное путешествие! Но на этом его профессиональные таланты не исчерпывались.
Своими руками Александр Звиедрис создавал замечательные скрипки, причем делал их настолько профессионально, что известные скрипачи записывались за ними в очередь. На созданных им более чем ста инструментах играют мастера скрипичной музыки в России и США, в Канаде и Швеции, во многих других странах Европы и мира. Грани всех талантов этого уникального человека нашли свое отражение на экслибрисе, созданном для его библиотеки А. Юпатовым…»
Жизнь Алексея Илларионовича Юпатова трагически оборвалась 12 ноября 1975 года. Он погиб во время пожара на даче под Ригой, где любил уединяться от шума и суеты и где так хорошо работалось. Памятник Юпатову — на его могиле в Риге, на Ивановском кладбище.
Но лучшая память о нем — его работы. Они в престижных музеях Германии и России, Чехии и Америки, в частных коллекциях и в лавках антикваров. Имя мэтра книжного знака, тонкого графика знатокам рассказывает о Риге больше, чем многочисленные фильмы и рекламные ролики, созданные за последнее десятилетие для «узнаваемости образа Латвии в мире»…
Илья ДИМЕНШТЕЙН
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
1 мнение читателей
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.