"Я сознательно не назвал в первом предложении имя и фамилию этого человека, потому что в данном случае это не главное. Главное — принцип. До фамилии и дел этой персоны мы ещё дойдём, а для начала — о процедуре, которая теоретически должна была свидетельствовать об исключительно тщательном выборе должностного лица на эту должность, но, к сожалению, этого сделано не было.

На объявленный конкурс на должность исполнительного директора края подали заявки 30 претендентов. Конкурсная комиссия в три этапа оценивала их в соответствии с утверждённым Марупской думой положением. Во второй тур прошли семеро, в третий — трое претендентов. Комиссия оценивала квалификацию, компетенции и презентации. Таким образом, теоретически был выбран якобы лучший из лучших, ведь такое большое количество претендентов давало очень широкие возможности выбора.

Был ли выбранный претендент действительно лучшим из лучших или просто заранее присмотренным кандидатом, которому нужно было лишь формально пройти конкурсную процедуру — большой вопрос. Почему?

Начнём с того, что председатель заседания думы Айварс Оситис, прежде чем поставить вопрос на голосование, представил претендента на должность: Мартиньша Слимбахса. Ни слова о том, кто этот человек, где он раньше работал и чем руководил. Вот выдвинутый кандидат — голосуйте. Правда, вы можете задать вопросы, но «не будем превращать это в собеседование при приёме на работу, если можно так выразиться».

Надо признать, что у депутатов не было никаких серьёзных вопросов к будущему исполнительному директору края (то есть к должностному лицу, которое будет иметь очень значительное влияние на дальнейшее развитие края). Единственный депутат, который задал какие-то вопросы, был Эдгарс Янсонс из партии «Латвия на первом месте». Правда, и его вопросы не отличались глубиной и продуманностью. Создавалось впечатление, что они задавались просто для галочки, без ожидания реальных, исчерпывающих ответов.

Янсонс: «Каким самым большим коллективом вы руководили? Сколько в нём было человек?»

Поскольку формулировка вопроса не требовала отвечать, чем именно человек руководил, Слимбахс ловко, используя навыки бюрократической пустословия, легко ушёл от конкретного ответа: «Отвечая на вопрос, я не назову конкретную цифру, но она могла бы быть близка к пятнадцати человекам. В основном руководство этим коллективом за 13 лет работы в самоуправлении связано с руководством различными отделами и управлениями, а также с руководством крупными инфраструктурными проектами и большими рабочими группами с широким составом коллектива, где нужно было обеспечивать координацию этого процесса».

Можно только позавидовать навыкам нового исполнительного директора Марупе ничего не сказать в ответ на неуклюже поставленный вопрос. Что это за «различные отделы и управления», «крупные инфраструктурные проекты» и «большие рабочие группы с широким составом коллектива», которыми руководил Слимбахс? Ни одной конкретики, ни одного конкретного места работы, ни одного конкретного проекта, ни одной конкретной рабочей группы. Ничего.

Сам Янсонс, словно получив исчерпывающие и всеобъемлющие ответы, не задал никаких уточняющих вопросов и перешёл к следующему: «Сможете ли вы получить допуск к государственным секретам для этой должности?» На это Слимбахсу ответить ещё проще: «В моём распоряжении нет информации, которая заставила бы меня в этом усомниться», — сухо отчеканил Слимбахс.

Процедура вопросов-ответов на этом и завершилась. Вопрос поставили на голосование, результат которого был упомянут в начале: 18 «за», один «против».

Можно, конечно, думать, что все три этапа оценки, в ходе которых из 30 претендентов был выбран самый лучший, действительно были серьёзными и объективными. Однако весь ход этой процедуры гораздо больше заставляет подозревать, что подобрали не самого лучшего, а просто наиболее удобного претендента. Такого, который отлично знает политико-хозяйственные «правила игры» и «своими мыслями» не будет сильно мешать «большим дядям» решать свои дела.

Напомним, что предыдущий исполнительный директор Марупского края Эдийс Пелшс ушёл с работы в начале мая этого года после того, как между бывшей оппозицией и правящими было заключено условное «взаимовыгодное соглашение о деловой среде» и сформирована новая коалиция.

Сам Пелшс назвал это «жалкой ситуацией, в которой противоборствующие стороны пожали друг другу руки». В такой новосформированной коалиционной команде у Пелшса не было желания продолжать работу, поэтому он решил покинуть должность. Уходя, Пелшс многозначительно намекнул, что в связи со строительством детского сада «Zīļuks» возможно имело место разбазаривание средств. По его мнению, в этом случае следует говорить и об ответственности нового вице-мэра Валдиса Карклиньша (Латвийская зелёная партия).

Мартиньш Слимбахс до этого руководил Управлением развития публичной инфраструктуры Департамента внешнего пространства и мобильности Рижской думы и был главным ответственным за проект Мукусалской набережной. Той самой Мукусалской набережной, которая стала печально известна из-за крошащегося бетона и некачественно выполненных работ.

Предыдущий опыт работы Слимбахса свидетельствует, что его наиболее характерная черта — это лояльность и не требовательность. Принять Мукусалскую набережную? Не будем же мы с лупой изучать качество выполненных работ. Зачем осложнять друг другу жизнь? Доверимся предпринимателям, которые завершили работы, и все будут довольны.

Сделали халтуру? Ну ничего. В Марупском крае такие специалисты, которые не суют нос слишком глубоко туда, куда не нужно, будут полезны новой коалиции. Надо признать, что не только в Марупском крае и не только этой коалиции. Так что сомнений нет — Слимбахсу можно смело предсказать блестящую карьеру. Если только он не увлечётся чрезмерным хранением «скелетов в шкафу».