Приоткрылась лазейка для строительства АЭС в Латвии — «Неаткарига»

На первый взгляд остается лишь удивляться, что идеей АЭС в Латвии доверили заниматься учрежденному в 2009 году, но все равно почти неизвестному обществу Attīstības un inovāciju mācību centrs (AIMC). Оно занимается организацией самых разнообразных образовательных мероприятий — «курсов, семинаров, консультаций, творческих мастерских, образовательных экскурсий, лагерей», как сформулировано на сайте общества. Несколько дней назад общество организовано 4-ю ежегодную конференцию «Ядерная энергия — Латвии». Однако надо смириться с тем, что пока Латвии ничего более не светит, кроме как поговорить об АЭС в том формате, с которым AIMC действительно справляется.

Маленькой Латвии — малую АЭС!

Малость латвийской АЭС имеет два значения.

Первое — прямое: в последние годы заявлена идея строить АЭС намного меньшей мощности, с меньшими затратами и влиянием на окружающую среду, чем у тех АЭС, какие работают и строятся до сих пор. Ни одна малая «модульная» АЭС не только не построена — ее строительство даже не начато по конкретному проекту, чьи параметры можно было бы сравнить с существующими АЭС. В таком случае есть все возможности обещать всяческие чудеса. Например, что такие АЭС будут очень дешевыми, когда их начнут строить массово. Модули, из которых будут состоять такие АЭС, якобы будут собирать на заводах, а на стройплощадке останется лишь их смонтировать. Более того, их якобы можно будет приспособить для выработки тепла и устанавливать в жилых районах.

Второе — переносное: Латвия ничего такого серьезного, как АЭС, не может позволить построить, да ей и не разрешает. АЭС в Латвии полагается в игровом режиме — это как раз специализация AIMC.

Ведь очень мило, когда дети развивают фантазию и мелкую моторику, клея из картона хоть самолеты, хоть космические корабли, хоть АЭС — это все Латвии разрешается. Но в отдельных случаях играть с АЭС можно не только детям. С оговоркой, что мероприятие AIMC не представляет собой ничего серьезного по своей природе и по определению, на таком мероприятии в этом году, как и в прошлом, о перспективах атомной энергетики в Латвии позволили себе побеседовать глава Минклимэнергетики Каспарс Мелнис и госсекретарь этого же ведомства Лига Куревска. Участников приветствовал хозяин мероприятия — ректор РТУ Талис Юхна, поскольку оно проводилось в библиотечном зале этого вуза (зальчик меньше чем на сто человек). Далее сотрудники РТУ и других вузов засвидетельствовали, что они и их студенты хотя бы что-то знают об атомной энергетике в Латвии. В целом Латвия удостоверяет, что в состоянии отправить на мероприятия в ЕС делегатов, которые что-то поймут из речей об атомной энергетике и в случае нужды смогут передать управленческому аппарату в Латвии полученные инструкции по энергетике — в том числе и тогда, если там будет раздел об атомной энергетике. Строительство своей АЭС — не единственная возможная задача для Латвии, которая может быть с этой отраслью как-либо связана.

Частота переменного тока дороже, чем сам ток?

Непостижимое и, скорее всего, непреодолимое расстояние до строительства АЭС сохраняется и сейчас, когда внезапно обнаружилась разница между электричеством, добываемым из энергии ветра и солнца, с одной стороны, и вырабатываемым на крупных ТЭС и ГЭС — с другой. При наличии АЭС их электричество было бы равноценно продукции ТЭС и ГЭС. И это электричество — намного более ценное, чего не знают 99,9% населения Латвии, чего в принципе не в состоянии понять «зеленые» с лицом Греты Тунберг и что совсем недавно узнала Еврокомиссия. Оказывается, частота переменного тока не возникает сама по себе — ее тоже нужно выработать, ТЭС и АЭС могут сделать это легче и дешевле, а в случае переработки ветровой и солнечной энергии это так дорого, что это может оказаться самой дорогой компонентой для бесплатной энергии из воздуха, как до сих пор преподносят нам энергию от ветра и солнца.

Сейчас в школах мало что учат сверх того, что электричество возникает, когда «турбина вращает генератор». Для того, чтобы возникло электричество с определенной частотой, турбина должна вращаться все время с одинаковой скоростью, а ее поддержание означает расходы, работу, меньшее количество выработанной электроэнергии. Поэтому малые частные или муниципальные станции когенерации не участвуют в поддержании частоты, а подключаются к уже существующей — пока она есть в сети электропередачи. У солнечных электростанций, очевидно, никаких турбин нет. Ветер дует настолько непостоянно, что турбины, которые он вращает, частоту не поддерживают. Остается надеяться на то, что частоту предоставит кто-то другой — в Латвии это госпредприятие Latvenergo. Только что в СМИ звучали протесты владельцев солнечных парков по поводу того, что их заставят платить за поддержание частоты в сети как условие, что сеть электропередачи вообще работает и электричество от солнечных электростанций имеет сбыт.

Далеко ли Латвия от Испании?

Мероприятие «Ядерная энергия — Латвии» в этом году проводилось, когда еще свежи в памяти были новости о веерном отключении электроэнергии в Испании и Португалии 28-29 апреля. Блэкаут произошел потому, что частота упала с 55 до 49,3 Гц и сеть отключилась от потребителей. В результате электроприборы не были повреждены, не произошли пожары и другие бедствия, но люди застряли в лифтах и тоннелях, самолеты не летали, поезда не ходили…

Чуть ли не специально, чтобы самые ограниченные что-то поняли, авария произошла через пару дней после победного заявления, что Испания впервые на 100% покрыла потребление электроэнергии за счет солнечных и ветровых парков. Но, видимо, плановый ремонт АЭС во Франции, откуда Испании поставлялся ценный ток, выработанный генераторами, которые вращаются благодаря турбинам, стал последней предпосылкой, чтобы электричество пропало вообще. На фоне засушливой зимы и весны в Испании, где не было воды, чтобы частота поддерживалась за счет ГЭС.

В Латвии же прошло чуть больше пары месяцев после столь же победного заявления об отключении стран Балтии от российской и белорусской энергосети, в которой работало так много турбин ТЭС, ГЭС и АЭС, что они все вместе удерживали правильную частоту и в странах Балтии. Теперь частоту приходится удерживать с помощью местных турбин — то есть на практике это означает, что с помощью турбин Рижской ТЭЦ для всех стран Балтии (не будем отрицать, что в Литве и Эстонии тоже кое-что делают для поддержания частоты), так как в каскаде ГЭС на Даугаве может и не быть достаточно воды.

Денег у Латвии меньше, чем когда-либо

Так вот и оказывается, что при освоении возобновляемых энергоресурсов роль сжигания природного газа не уменьшается, а возрастает. Энергия солнца и ветра не освобождает от обязанности покупать и жечь природный газ по любой доступной цене (ах, и в приличной упаковке российского происхождения?), так как иначе передача электроэнергии выйдет из строя и не сможет никого обеспечить ни ветровой, ни солнечной энергией. Можно сделать так, чтобы энергия ветра и солнца шла не в сеть, а использовалась для вращения псевдотурбины, чтобы та имитироала выработу электроэнергии с заданной частотой. У латвийского госпредприятия Augstsprieguma tīkls уже есть или будут такие турбины, которые якобы смогут стабилизировать частоту хотя бы на пару десятков секунд, пока компьютер ищет другое решение для удержания частоты.

В описаниой ситуации труднее, чем раньше, отделаться от напоминания энтузиастов ядерной энергетики о том, что они предлагают электричество определенной частоты, выработанное с помощью управляемой турбины. Их нельзя сбросить со счетов простым сравнением затрат на электричество от ветропарков и АЭС, так как к затратам на ветровую и солнечную электроэнергию нужно приплюсовать расходы на поддержание частоты, а в худшем случае — убытки, вызванные отключением электроэнергии. Поэтому поговорить о латвийской АЭС разрешается, но пока незаметно никаких признаков политической воли в плане того, что Латвия должна взять на себя еще и вложения в АЭС — наряду с тем, что уже обещано обороне и поощрению рождаемости, и тем, чего продолжают требовать Rail Baltica и airBaltic. Это было бы около пяти миллиардов евро в нынешних ценах, то есть 5 x X миллиардов за пару десятков лет, пока проект АЭС доведут до эксплуатации.