Политолог: мир не верил в большую войну, а Кремль планомерно к ней готовился

 Своим западным собеседникам президент Путин стал намекать на возможное нападение на Украину еще в 2008 году, когда начались обсуждения возможного вступления этой страны (а также Грузии) в НАТО. Как сейчас ясно, на протяжении последующих лет Кремль вел планомерную подготовку к военным действиям. Но мир не верил в большую войну, не верил даже после аннексии Крыма и в вооруженного конфликта в Донбассе. 

Россия готовила войну, но подготовку провалила во многом из-за низкого качества управления и неадекватной оценки внешнего мира. В статье для рубрики «Идеи» исследователь гражданско-военных отношений Кирилл Шамиев приходит к выводу, что спасение страны теперь зависит от готовности российского политического класса признать, что Путин вел к катастрофе не в одиночку.

За отправную точкой агрессивной внешней политики России можно взять 2007 год, когда Путин во время Мюнхенской конференции по безопасности откровенно раскритиковал стратегию западных стран. Президент России тогда высказал свою главную, актуальную до сих пор, претензию: расширение Североатлантического альянса неприемлемо, потому что это часть стратегии США по распространению собственной зоны военно-политического влияния в ущерб интересам России. На саммите Россия — НАТО в апреле следующего года Путин открыто угрожал уничтожением Украины в случае вхождения в альянс, называя соседнюю страну «даже не государством».

 Владимир Гельман замечает, что расчеты Кремля — даже в военном планировании (надежда, по-видимому, была на быструю победу) — не оправдались в силу самого политического устройства России. То, что Гельман называет «недостойным правлением» Путина, подвело самого Путина.

Ненадежными оказались самые доверенные носители самых больших государственных тайн: американская разведка и Белый дом заранее знали обо всех планах Кремля и публично об этом говорили. Тем самым они одновременно и предупреждали Украину (давай ей шанс подготовиться к противостоянию) и пытались предотвратить войну информационными средствами.

То, что о подготовке к войне стало известно, вполне объяснимо «дырами в системе». Где глава Чечни Кадыров обсуждает подготовку танцев на Крещатике в голосовых сообщениях, а российские военнослужащие пользуются Viber и WhatsApp для общения с сослуживцами в нарушение прямого запрета.

Однако несмотря на все свои ошибки, Владимир Путин не может себе позволить проиграть эту войну политически. На карту поставлена его личная безопасность и будущее его режима. Он заранее выставил ряд политических требований Украине. Ключевые из них — внеблоковый статус страны, признание Крыма российским, а ЛНР и ДНР — независимыми, а также уничтожение наступательных вооружений. Пока Украина не будет готова пойти на такие уступки, то есть де-факто на потерю части суверенитета и прекращение евроатлантической интеграции, война будет идти с нарастающим количеством жертв и разрушений.

Вооруженные силы России будут активней применять неизбирательные атаки, а возможное начало партизанских действий приведет к кратному увеличению жертв среди гражданского населения. Участие западных стран в конфликте с нанесением существенного вреда российским военным грозит использованием ядерного оружия и расширением боевых действий на европейский континент. Путин открыто предупреждал об этом, и можно предположить, что он готов пойти на все, кроме потери своей власти.

 Даже заключение мирного договора между Россией и Украиной не может гарантировать мирное будущее Европы. Санкции Евросоюза и США наносят колоссальный урон российской экономике, масштабы которого могут превысить крах девяностых. Кремлю понадобится новый враг для объяснения собственных неудач и обвального падения уровня жизни, поэтому во внутренней политике ему необходимо будет расширить поиск «пятой колонны», якобы работающей в интересах западных стран.

Российские партнеры по Евразийскому союзу будут иметь все больше вопросов к выгодам таких отношений с Россией, что придется улаживать новыми экономическими преференциями, в ущерб российским производителям, или угрозами в сторону стран-членов. Слабость России усилит влияние Китая, власти которого поначалу сохраняли двойственность в оценках войны, но теперь стали высказываться вполне определенно.

Несмотря на заверения российской пропаганды, едва ли Запад желает революции в России. Евроатлантическому блоку будет проще изолировать страну и начать холодное военное противостояние с ней, чем добиваться смены режима в крайне неоднородной стране с ядерным оружием.

В западных странах есть консенсус, что попытки искусственной смены российского режима изнутри могут привести к еще большим проблемам. Это может вызвать территориальный развал России, потерю контроля над оружием массового поражения, миллионы беженцев, религиозную радикализацию населения отдельных российских регионов, небывалый энергетический кризис и революции в других постсоветских странах.

 Поэтому управляемое соседство западных стран с Путиным, сдерживаемым новым железным занавесом, предпочтительней, чем любые формы военной конфронтации или нанесение убийственного урона России.