«И все ж строка с временем прочтется»: рижская «лекция» Александра Филиппенко

Организаторы «Открытых лекций» нас обманули. Вместо обещанной лекции артиста Филиппенко мы увидели его феерический моно-спектакль «У каждого поколения свое ретро». И спасибо за этот обман!

Выдающийся актер театра и кино, народный артист России Александр Георгиевич Филиппенко рассказал о времени, от которого, по его выражению, до сих пор “щекотно в носу” и “щемит в груди”, о людях, которых были размером с эпоху и об эпохе, которая формировала его поколение.

И рассказ этот получился ярким, азартным, страстным, вдохновенным… Главы из пьесы Славкина и повестей Довлатова сменяли стихи Вознесенского и Евтушенко, песни Высоцкого — рассказы Солженицына и афоризмы Жванецкого. И в этом искрометном монологе порой невозможно было понять, где литература и театр, а где эпизоды из биографии самого артиста.

Александр Георгиевич называет себя лишь переводчиком – с авторского на зрительский. И надо сказать, что переводчик он – блистательный.

Всего и надо, что вчитаться,-

Боже мой!

Всего и надо, что помедлить над строкою.

Не пролистнуть нетерпеливою рукою,

А задержаться, прочитать и перечесть…

Мне жаль не узнанной до времени строки.

И все ж строка — она со временем прочтется,

И перечтется много раз и ей зачтется,

И все, что было с ней, останется при ней..

(Ю. Левинский).

Вот Филиппенко и заставил нас остановиться, оглянуться, вслушаться в строчки его любимых авторов и окунуться в атмосферу, казалось бы, недавнего и уже непоправимо далекого советского прошлого – горячие 60-е, замороженные 70-е и подспудно тревожные 80-е…

Детство Филиппенко прошло в Алма-ате, где он впервые вышел на сцену — в Доме пионеров. «Почти все актеры-шестидесятники прошли через драмкружки Домов пионеров своих городов. Руководили ими пожилые актеры местных драмтеатров, сумевшие привить нам любовь к художественному слову. В Алма-Ате был известнейший русский драмтеатр. И у вас в Риге ведь тоже такой был и есть.»

А семья переехала в Москву. Бурные пятидесятые — Международный Фестиваль молодежи, «когда мы впервые увидели , что мир-то цветной и не все иностранцы шпионы и спекулянты», и первые джазовые концерты, и пластинки на рентгеновской пленке, и бедные, всеми презираемые стиляги-узкобрючники – («как они хотели походить на бродвейских парней. И я тоже весь такой в красной чешской фланелевой рубашке и красных носках!»).

Жаркие споры на тему «Физики и лирики». («Вопроса не было — только физики! Атом, космос, Гагарин. Какой там ГИТИС, какой ВГИК! Тем более что мама преподавала математику в Горно-металлургическом институте. А значит, сын обязан был поступить в лучший вуз мира — Московский физико-технический (МФТИ).» И Александр туда поступил, и закончил его в 1967 году. И даже проработал полтора года в Институте геохимии — занимался изучением комплексов редкоземельных элементов методом электронно-магнитного резонанса.

Почему же выбрал сцену? Все начиналось с КВН. «Игры тогда шли в прямом эфире. Наша команда стала первым чемпионом Москвы. Сезон 1962-63 гг. Команда МФТИ против Киевского института гражданского флота. Мы им проиграли всего одно очко, наша шутка была признана жюри смешной, но абстрактной. А слово «абстрактно» в те годы было ругательным. КВН на год прикрыли.

Но руководитель и первый ведущий КВН Альберт Аксельрод (тот, который еще до Маслякова) позвал Филиппенко в студенческий театр-студию МГУ «Наш дом», где начинали Розовский, Рутберг, Фарада, Хазанов, Филиппов… В 1968 году студию наградили почетным дипломом горкома комсомола за идеологическое воспитание молодежи, а в августе закрыли, потому что «в Чехословакии тоже все со студенческих театров начиналось». «И спасибо, что закрыли, а то бы полжизни играл каком-нибудь захудалом самодеятельном народном театре. Помните, Деточкина? А так Любимов позвал нас с Фарадой в театр на Таганке, в лучший театр страны, а может, и мира.»

Первая роль в кино –в забытом уже фильме «Я его невеста». Филиппенко, еще с шевелюрой, сыграл простого паренька, шофера Володю Харламова. А потом косяком пошли «злодейские» роли – Копченый («Приступить к ликвидации»), Лже-Санько ( «Рожденной революцией»), Кащей Бессмертный ( «Там, на неведомых дорожка»), Смерть («Звезда и Смерть Хаокино Мурьетте») наконец, Коровьев в «Мастере и Маргарите» (фильм Каро) и Азазело (версия Бортко).

Всего же Александр Филиппенко сыграл в кино более 80 ролей! Но сумел выскочить из типажа только у Германа в фильме «Мой друг Иван Лапшин». («Эта картина стоит первой строчкой в моей кинобиографии. У Германа надо было играть, не играя».

Зато на театральной сцене – крупные драматичесие роли в пьесах Шекспира,Чехова, Горького… А сколько сыграно моноспектаклей и эстрадных программ! Кстати, кое-что можно найти в интернете – рекомендую!

Есть у Филиппенко и опыт съемок в мыльных сериалах. («Это совсем другая технология. На съемках «Бедной Насти». консультант из Америки все время вскакивал и кричал: «Ноу, ноу, никакой чеховщины, никакой ибсеновщины! Только черное и белое — больше ничего!»

А когда Филиппенко появился в сериале «Моя прекрасная няня» один из поклонников подошел к нему на улице, взял за пуговицу и умоляющим голосом попросил: «Пожалуйста, не снимайтесь в этом фильме!»

«Что важно в сериалах – хорошая компания! Тогда по капле достоевщины ты можешь туда что-то впустить», говорит артист. – В «Бедной Насте» были все щукинцы — Ира Муравьева, Оля Остроумова… Да и в «Няне» сильная команда — Жигунов, Заворотнюк… А так молодые актеры после сериалов уже не могут создать ни характера, ни образа, никаких полутонов в игре — только типаж. Это трагедия.»

Вскользь вспоминая вехи своей биографии, актер вовлек в воспоминания и в сопереживание весь зал.

Я бывала на разных творческих встречах. И пожалуй по накалу эмоций, полученных от действа, могу сравнить общение с Александром Филиппенко только с творческим вечером Андрея Миронова, на который мне посчастливилось попасть в молодые годы. Миронов держал публику на одном дыхании почти три часа и выкладывался так, что ушел за кулисы весь мокрый. Память от этом потрясающем переживании я бережно храню в памяти по сей день. Теперь рядышком в копилку воспоминаний положу и сильное впечатление от «лекции» Александра Филиппенко.

Наталья СЕВИДОВА.