Что украинцы уже больше двух лет читают в комментариях в Латвии?

В этой статье Rus.tvnet прошелся по нескольким типам комментариев, которые можно зачастую найти в соцсетях, в том числе и под статьями.

Легка ли жизнь беженца?

«Я не понимаю, на что именно жертвуют беженцам? — вопрошает комментатор. — Ведь беженцев же и кормят, и платят им пособие, и с жильем помогают. Разве нет?»

«Украинцам, которые уехали от войны, которые потеряли, допустим, дом, всегда есть чем помочь. И мерить уровень боли украинцев… Это всегда сложно — переехать в другую страну», — в документальном проекте «Один день с украинцем в Латвии» объясняет одна из его героинь — Люба из Львова.

И это действительно так. Да, Латвия (как и другие страны ЕС) действительно помогает украинским беженцам. Но это не значит, что они могут расслабиться и «сидеть на шее» у государства.

По последним данным, в Латвии зарегистрировалось более 44 тысяч беженцев. Сколько из них действительно живут в нашей стране, понять сложно, но по косвенным факторам можно сделать вывод, что на данный момент в Латвии находится порядка 32 тысяч украинских беженцев.

Очень многие украинцы нашли работу. За два года статус безработного получили 8319 граждан Украины. Сейчас же таковых в системе Государственного агентства занятости всего полторы тысячи. И да, они получают пособие по безработице — ровно на тех же основаниях, что и граждане и неграждане Латвии.

Получив же официальное место работы или зарегистрировавшись самозанятым, украинский беженец получал единоразовое пособие в размере минимальной зарплаты — 700 евро.

Если же мы говорим о социальной помощи, то, не уходя в детали, Латвия за два года на это потратила 34 миллиона евро.

Звучит внушительно, но — вспоминаем про количество беженцев. 34 млн на 44 тысячи беженцев — это 773 евро в среднем на каждого. За два года.

Разумеется, многие, как и писалось выше, уже смогли найти себе работу. Но они и обеспечивают себя сами. А остальным нужна помощь, и не только от государства.

Так что да, Люба из Львова абсолютно права — «украинцам, которые уехали от войны, всегда есть чем помочь».

«Да пусть уже договорятся с Россией!»

Любят комментаторы давать и геополитические советы. Бывают и совсем радикальные — «только капитуляция спасет Украину», бывают и просто предложения «сесть за стол переговоров».

«Человек никогда не поймет, что такое — прилетела ракета», — говорит пилонист Артем Казымов из Харькова.

Кажется странным на третий год войны объяснять такие вещи, но давайте попробуем.

Во-первых, Украина не бомбит саму себя. Даже российская пропаганда возвращается к этой отмазке, только если задевают очевидно гражданские объекты — жилые дома или больницы. Но в целом Россия обстреливает Украину регулярно и не скрывает этого.

Во-вторых, мирные переговоры не работают. Россия нарушила Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной, оккупировав Крым. Потом Россия нарушала договоренности, спонсируя и напрямую помогая войскам самопровозглашенных ДНР и ЛНР. Потом Россия нарушила Минские соглашения, напав на территорию Украины.

Какие сейчас могут быть мирные переговоры, которые гарантируют и независимость, и безопасность Украины? Кто может с уверенностью сказать, что Россия не нарушит и эти договоренности?

В-третьих, многие «диванные геополитики» уверены в том, что решение очень простое — «Украина должна стать частью России». Даже не говоря о том, насколько это неправильно этически и политически, как вам кажется, какой урок в таком случае выучит российское государство? Правильно — грубая сила приносит плоды. А теперь давайте погадаем, какие следующие страны станут «историческими территориями» РФ. Уверен, проверенные документы сразу найдутся.

Украина — сателлит США?

Любят геополитики-комментаторы обсуждать не только будущее, но и прошлое Украины. Так, один из них пишет, что не может приехать в Одессу с 2014 года, «после оккупации США».

Да, многие комментаторы почему-то уверены, что Украина попала под влияние США и именно поэтому «не дружит с Россией».

Отношения Украины с Россией — это большая и сложная тема, которую в паре абзацев не уместить. Так что давайте сразу про оккупацию.

Под оккупацией обычно понимается вооруженное вторжение одной страны в другую. Собственно, ни войск США, ни войск НАТО или баз НАТО на территории Украины не было. И поэтому говорить о какой-либо «оккупации США» не приходится.

Если же говорить об оккупации в менее юридическом смысле, то тут на самом деле Одесса — идеальный пример. Русский язык тут находился в статусе регионального с 2012 по 2020 год, то есть на нем в том числе совершался официальный документооборот.

Мэром Одессы с 2014 года является Геннадий Труханов, которого вплоть до начала полномасштабного вторжения России в Украину обвиняли в русофильстве. Его даже в 2016 году проверяли на наличие второго, российского, гражданства.

В общем, никакой «оккупации США» на территории Украины не было, а если бы и была, то Одесса — уж точно не тот город, который стал бы первой ее целью.

«За русский язык никогда никого не ущемляли. Ты спокойно мог где хочешь говорить на русском языке. Книг было много на русском языке, мероприятий, фильмы показывали на русском языке», — делится София из Николаева.

***

Очень легко и классно рассуждать о войне в Украине, о диктатуре Путина, о недостаточной помощи ЕС и США. Но потом вдруг понимаешь, что среди читателей этих рассуждений могут оказаться Люба, Артем, София или любой другой из 44 тысяч украинцев, которых война на родной земле привела в Латвию. Или более четырех миллионов украинских беженцев в целом.

То, что для одних — пустые рассуждения, для них — смерть близких, страх взрывов, свист пуль и невозможность вернуться.

Это касается даже самых сочувственных комментариев. Что уж говорить о словах тех, кто отравлен российской пропагандой настолько, что, кажется, забыл, что такое не только эмпатия, но и хотя бы простое человеческое уважение