Братья Карамазовы как срез нынешней России: к 200-летию Достоевского

Он показал нам больше, чем сам понимал. Вот, например, Карамазовы. Четыре брата – четыре человеческих типа пореформенной России И, хотя Достоевский писал о той пореформенной, а мы живем в этой, сходство просто бросается в глаза, если понимаешь, как у нас устроена жизнь после 1991 года.

Дмитрий – это та многомиллионная Россия, которая в реформы не вписалась, причем потому именно, что в принципе не способна жить рационально. Не может трудиться, зарабатывать, содержать семью. Если даже Мите государство даст безусловный базовый доход – на второй день от него ничего не останется, зато страданий и разоблачений будет еще на один толстый том.

Иван – это кряклы (креаклы), креативный класс, люди мыслящие, творческие, желающие обустроить жизнь получше. Если страдают они, то за человечество, а не потому, что проигрались спьяну. И если не могут решить проблему, то муки такие выдерживают, что «крыша едет». Эти люди поддерживают сегодня Россию, если, конечно, им удается выдержать самих себя.

Алеша – наше большинство, верующее и жаждущее справедливости. Мало размышляющее и потому бросающееся от одной веры к другой. Если Алеша по замыслу автора должен был идти от Бога к социализму, то наше большинство бросилось от социализма к религии, что, в общем-то, одно и то же. Вместе с Иваном такие люди способны обустроить страну. Вместе с Дмитрием – разорить.

Смердяков – это «новые русские», люди мыслящие (в отличие от Дмитрия и Алеши), а потому готовые поговорить «с умным человеком», то есть с Иваном. Если «новые русские» воспринимают конструктивные идеи кряклов, то работают на созидание: например, ресторан открывают, бульон варят. А если деструктивные, то убивают.

Дмитрий Травин.