«Неаткарига»: как дрязги в коалиции по поводу налогов привели к тупику в медицине

«Соглашусь с премьер-министром Марисом Кучинскисом (СЗК) в том, что вопрос о финансировании здравоохранения нельзя откладывать. Он уже отложен, — пишет Байба Лулле в «Неаткариге».

После краткосрочного тушения пламени, вызванного протестами специалистов по родовспоможению и акушерами, огонь перебросился на соседнюю территорию. Организации, объединяющие медицинских работников, приняли решение призвать медперсонал с 1 по 31 июля не работать продленный рабочий день.

Самые большие проблемы могут возникнуть с медсестрами, помощниками анестезиологов, что вкупе с нехваткой квот удлиняет очереди на операции. Врачи вновь и вновь протестуют против низких зарплат.

Протестует те, кто остался в государственном секторе и в стране в целом, многие уехали. Министр здравоохранения Анда Чакша понимает, что запланированные реформы сами по себе кризис медицинских кадров не решат и необходимо в дополнительное финансирование. Но принятия необходимого решения, к сожалению, все еще нет.

Сокращение продленного рабочего дня только на требуемые 20 часов в этом году обойдется в 2,9 млн. евро, в следующем году — 15 млн., 2019 году — 27 млн.

Что еще может сказать Министерство финансов (МФ), кроме того, что в этом и следующем году не предвидится «доступного фискального пространства», а рекомендация продвигать инициативу «в рамках следующего среднесрочного бюджета» по сути означает — подождите еще пару лет. А еще необходимы деньги также и на повышение зарплат медработников, квот, улучшение доступности медицинского обслуживания, амортизацию оборудования, реформы и т. д.

В прошлом году Министерство здравоохранения, надув щеки, печатало концепции, разработало три модели финансирования здравоохранения, пока в октябре правительство ни выбрало вариант, предусматривающий обязательное универсальное госстрахование из средств госбюджета. Тем самым в корне были отклонены какие-либо дополнительные налоги или другие специальные взносы работников.

Но интересно, что о них все еще продолжает говорить министр экономики Арвил Ашераденс («Единство»), который еще недавно говорил, что медицину надо обеспечить за счет взносов населения. По его мнению, это все равно будет госстрахованием, потому что большая часть финансирования будет обеспечена из бюджета. Надо, мол, дискутировать о государственном медицинском страховании и личных взносах населения, чтобы обеспечить эту сферу недостающими миллионами.

Дискутировать можно бесконечно, что медиков и беспокоит. В конце концов надо принять какое-то решение!

Если правительство уже однажды отклонило упомянутые Ашераденсом взносы населения и рассматривает другую модель, правда, без четко определенного финансового источника, то какой смысл отматывать ленту назад? Вообще-то, финансовые источники для реализации данной модели правительства обещало найти до апреля. А уже май месяц, но только на днях создана рабочая группа для анализа вариантов финансовых источников.

Эх, мы слышали уже бесчисленное множество предложений… Равно как и сроков. Теперь срок — 1 июня, до которого надо разработать график увеличения бюджета здравоохранения с тем, чтобы в 2020 год он составлял по крайней мере 4% от ВВП вместо нынешних 3,07%.

И снова — будет ли это только графиком, таким же, как и те, что видели педагоги уже N-тое количество раз — на бумаге, все еще не воплощенным в жизнь? Есть ли в нем реалистичные оценки, источники финансирования и гарантии?

Единственное, о чем принято решение до сих пор, это увеличение дефицита бюджета, за счет чего будут доступны дополнительные 110 млн. евро в этом году и 146 — в следующем, для проведения долгосрочной реформы. Еще раз этот трюк провести не получится.

Наблюдая за мучениями вокруг вокруг налоговой реформы и места здравоохранения в ней, одолевают сомнения, действительно ли это будет приоритетом бюджета в следующем году, как утверждалось ранее. Правительство достигло концептуального соглашения о налоговой реформе, но решение о финансировании здравоохранения в очередной раз отложило. Решено только не направлять на него 1% социальных взносов. Хотя премьер идею о направлении 1% соцвзносов назвал опечаткой, это скорее отступление из-за Единства, обеспокоенного уменьшением бюджета, оставляемого находящемуся в его ведении Министерству благосостояния.

Если это было опечаткой, то, вероятно, не было бы такого промедления. Таким образом, «Единство», на словах выступая за здравоохранение, отвергло один из источников его финансирования, не зная, чем его заменить. Кажущаяся или реальная забота? Может ли эта чувствительная область использоваться, чтобы провалить всю реформу, в успехе которой опасений хватает?

Кучинскис уже признал — если до июня не найдут деньги на здравоохранение, то налоговую реформу нельзя будет продвигать в Сейм.

Открыто выступить против партнеров по коалиции «Единство» не желает, более элегантное решение — спрятаться за здравоохранением, одновременно отбраковывая предлагаемые для него источники финансирования. Налоговая реформа и финансирование здравоохранения уже стали сообщающимися сосудами — в результате общего коллапса будут разрушены и надежды на дополнительное финансирование здравоохранения.»