А в Латвии станет дешевле? Мир переполнился углеводородами

Мы — крайние в пищевой цепи

Итак, мировые цены на нефть ушли в глубокое пике — на ряде биржевых площадок наблюдался минус по фьючерсным сделкам на «черное золото». Масса заполненных танкеров по всему свету ждут очереди, чтобы только разгрузиться. Латвия в этом отношении тоже является хотя и миноритарным, но все же участником длинной логистической цепочки.

В первом квартале 2020 г. в столичном порту было перевалено 727,3 тысячи тонн нефтепродуктов (-24,2% по сравнению с аналогичным периодом 2019 г.); в целом же по стране доля этого сегмента составила 3,31 миллиона тонн (-13,2%).

Очевидно, что при длительной стагнации в нефтебизнесе наш транзитный сектор еще более осядет ниже ватерлинии. Определенным образом это может сказаться и на структуре занятости — хотя та же LDz объявила о сокращении четверти своего персонала еще до наступления Covid-19.

«В то же время глобальный спад, вызванный коронавирусом, настолько велик, а запасы нефти настолько велики, что цены на нефть в этом году должны оставаться низкими, даже несмотря на возможное сокращение добычи», — прокомментировала на днях ситуацию экономист Swedbank Лийз Эльмик.

Между тем именно биржевые цены на нефть являются той печкой, от которой танцует цена на природный газ. Таким образом, нефтяной обвал может существенно опустить затраты на «голубое золото». И даже с учетом посреднических и акцизных накруток это обстоятельство способно понизить себестоимость латвийских ТЭЦ. Хотя на кошельках большинства латвийцев это в ближайшие месяцы не скажется — ибо отопительный сезон подошел к концу, а новые цены будут формироваться не ранее сентября.

Говоря же о непосредственных потребителях газа — автоводителях, нельзя не указать на рекордное (5,7% в неделю) сокращение цен на заправках Риги. Бензин упал в цене меньше — на 3,7%, дизель — на 4%.

Прощай, Скултский терминал?

Есть и еще одно долгоиграющее последствие масштабного падения спроса на углеводороды. При обвале нефтяных и газовых котировок становится абсолютно невыгодным производство сланцевого сырья, на котором стояла в последние годы экономика США — оттого там столь яростно ныне бушует безработица. Иллюзия процветания Трампа испарилась, вместо этого Штаты получили новое издание Великой депрессии с абсолютно неготовым для этого хозяином Белого дома.

А ведь именно американский гражданин Петерис Рагаушс всего-то три месяца назад делал широковещательные заявления: «Мы стремимся изменить историю…» Его проект — терминал сжиженного газа в крохотном порту Скулте на Видземском взморье — был призван отвязать Латвию навсегда от «Газпрома», и этому должны были способствовать связи господина Рагаушса с Новой консервативной партией. «С Янисом Бордансом меня познакомили друзья, — откровенничал бизнесмен в интервью LTV.

— Мы начали разговаривать. Они ездили в Вашингтон. Они там встречались с консервативными группами и мозговыми центрами. Я был на ряде совещаний. Янис выступил с яркой презентацией Americans for Tax Reform. Это своего рода негосударственная организация. О консервативных принципах партии. На меня это произвело впечатление. Я также сторонник консерваторов».

Поэтому теперь планы Skulte LNG – завершить строительство терминала к 2023-2024 гг. — выглядят ненаучной фантастикой. Кроме отвратной конъюнктуры мешает и отношение жителей — собрано более 2 500 подписей протеста, а Саулкрастская краевая дума отозвала разрешение на проект. Так или иначе, облом с газовой авантюрой способен подорвать «кормовую базу» Новой консервативной партии, которая в последнее время стала играть ведущую скрипку в правительстве.

С чем едят дефляцию

Возвращаясь к ценообразованию, зададимся вопросом, насколько снижение цен на топливо может привести к эффекту домино во всей экономике? По оценке Eurostat, в Латвии в марте еще была довольно значительная инфляция — 1,8% по сравнению с предыдущим годом, или 8-я по Евросоюзу. В Италии, уже по полной программе охваченной коронавирусом, она составила всего лишь 0,1%. Видимо, таким же показателем обозначится и наш уровень цен через месяц-другой — а потом и вовсе уйдет в минус. То есть начнется дефляция.

Уменьшение цен, однако, сочетается с падением зарплат — в первую очередь в частном секторе. Достаточно пройти по улице Валдемара, чтобы зафиксировать — половина кафе, бутиков, салонов закрыта (хотя и временно). По всей вероятности, сфера туризма в этом году не имеет шансов на восстановление.

Некоторые надежды есть у отрасли развлечений и досуга — хотя ответственные чиновники от здравоохранения заявили о невозможности крупных концертов, фестиваль Positivus объявил форс-мажорную отмену, а министр культуры Наурис Пунтулис (Национальное объединение) огорошил тем, что даже в сентябре нереально начать театральный сезон.

С другой стороны, люди, невольным образом сократившие свои усилия по основной работе, решили не терять времени даром — что отразилось, к примеру, в очередях перед гипермаркетами товаров для строительства и садоводства. Вытянет ли розничная торговля остальную экономику, сказать трудно, но бум на покупку гречки и туалетной бумаги пока еще до конца не подсчитан…

Парадоксальным образом мы пришли к элементам социализма в нашей экономике. Основным драйвером в амплитуде «торможение — разгон» является Кабинет министров. Эта неделя является последней в объявленном втором месяце чрезвычайной ситуации. От правительства зависит, какие секторы экономики и как смогут начать работу в ближайшие дни.

Но, со своей стороны, исполнительная власть в существенной мере опирается на мнение экспертов-эпидемиологов. Таким образом, ключ от макроэкономических показателей Латвии оказался в кармане белого халата Юрия Перевощикова.

Будем надеяться на здравый рассудок медицинских светил. Хотя если уж рассуждать цинично, то в материальном смысле от продления чрезвычайной ситуации руководство здравоохранения только выигрывает. А как потом рейтинг Илзе Винькеле сыграет на популярности представляемой ею «Для развития/За!», покажут выборы в Риге в конце августа…

Николай КАБАНОВ