«А Крым — свой!» Интервью Виктора Сухорукова перед рижскими гастролями

Он переиграл в кино всех бандитов, киллеров и отморозков. А еще – Берию, Хрущева, Ленина, Павла Первого, Гиммлера, Бенкендорфа, Мандельштама… Кажется, нет такой роли на свете, с которой бы актер Сухоруков не справился и которая не запомнилась бы зрителю.  7 и 8 марта рижане увидят Виктора Сухорукова на сцене «Дайлес» в спектакле Московского академического театра им. Моссовета «Римская комедия». Накануне гастролей мы взяли у Виктора Сухорукова эксклюзивное интервью.

— Виктор, о чем вы мечтали, когда в 12 лет бежали из родного Орехово-Зуево на «Мосфильм»?

— О славе! Стащил у мамы 30 копеек и поехал в Москву, на киностудию. Думал, если меня возьмут в кино, хотя бы в эпизод, то потом легче будет поступить в театральный вуз. Пройду туда по блату — помните еще такое слово?

— И чем же закончился этот побег?

— Какая разница! Это уже неважно! (хохочет). Важно, что сегодня я народный артист России. Играю в кино и театре. У меня много наград: «Золотые орлы», «Ника», «Звезда театрала», медали есть…

Я даже заказал в свою квартиру специальную мебель, чтобы там вместо хрусталей стояли мои призы.

Хотя открою вам секрет (переходит на драматический шепот): часто награды выдают необъективно, по каким-то внутренним симпатиям и привязанностям. Церемоний, фестивалей и звезд нынче много, а хороших артистов мало.

— Сегодня многие российские звезды живут с размахом: у них лимузины, загородные виллы, часы с бриллиантами. А у вас?

— У меня Tissot. (Показывает часы на руке и прикладывает к уху: «Тикают!»). Купил еще в 80-х годах. Ремешок кожаный. Есть двухкомнатная квартира в Москве и огород в шесть соток в Орехово-Зуево. Езжу на метро, своей машины нет. Домой из театра меня подвозят на служебном автомобиле. Но к вам в Ригу приеду с деньгами! Схожу в ресторан.

От Мандельштама до Гиммлера

Звезда Виктора Сухорукова зажглась поздно. Актеру было 40 лет, когда он снялся у Алексея Балабанова в фильмах «Брат» и «Брат-2» и его стали узнавать на улицах.

Сегодня на счету артиста свыше сотни фильмов и спектаклей, на премьеры которых невозможно достать билет — публика идет «на Сухорукова».

— Вы всеядный актер?

— Я играю все, что питает ум и душу. Мне интересен процесс и не жалко своей фантазии. Я не в обиде, если мои творческие изобретения окажутся в корзине или их кто-то украдет. Я еще придумаю!

Если брать мое амплуа, то я не очень диапазонистый. Например, уже никогда не сыграю Ромео. Иногда есть роль, а говорят: «Не твое. Ты не красавец, не поэт, не интеллигент.» Но ведь высший пилотаж, это когда зритель скажет: » Ого! Это Сухоруков был? Ни фига себе! А мы и не узнали!»

— Для многих зрителей вы прежде всего «брат». Не обидно?

— Когда-то я сочувствовал Кореневу – Ихтиандру и Кузнецову — Сухову. Кто ж знал, что сам стану бритоголовым подлецом Витей Багровым? Но, слава богу, что со мной это произошло, ведь у тысяч моих коллег так и не случилось в биографии колокольной роли.

Роль в «Брате» для меня заметная, но не знаковая, потому что сегодня я слышу: «Твой отец Филарет из «Острова» прекрасен» или «Мы видели твоего Павла. Он клевый!»

— В каких новых фильмах мы вас скоро увидим?

— В картине Андрея Прошкина «Орлеан» я сыграл экзекутора – некое олицетворение совести. Очень горжусь работой в фильме Ромы Либерова «Сохрани меня навсегда» — там у меня роль Осипа Мандельштама. А в прошлом году мне впервые довелось работать с Андреем Кончаловским. В его картине «Рай» я сыграл небольшой эпизод, зато Гиммлера.

— Фильмы «Орлеан» и «Рай» снимались в Крыму. Споры по поводу этой территории не утихают по сей день. А вы как считаете, Крым наш?

— Крым – свой! Какие бы ни шли споры, вы съездите туда и задайте этот вопрос любому местному жителю. Во время съемок я разговаривал со многими людьми в Севастополе и Ялте: начиная от бизнесменов и кончая последним пьяницей. Самый печальный ответ звучал так: «Хуже не будет». Все-таки крымчане знали, что делали, когда проводили референдум.

Россия не захватчик. Мне обидно, когда нападают на мою страну, когда говорят, что она никудышняя. Не надо искать в России врага.

Тот, кто работает Богом

В спектакле «Римская комедия» рижане увидят Виктора Сухорукова в роли императора Домициана, за которую он был удостоен «Звезды театрала» — единственной в России премии зрительских симпатий.

— Как вам живется в роли императора?

— Превосходно! Бегаю по сцене. Голым. Так и напишите! (смеется). Скачу по лестницам-декорациям туда-сюда, как Майя Плисецкая. А если серьезно, то «Римская комедия» яркий, мощный, многолюдный, музыкальный спектакль. В Москве он всегда идет с аншлагами.

Это метафорическая история: противостояние власти и художника, цензора и поэта. Извечная схватка, костровый спор о том, что важнее – сила власти или сила искусства. Мы не навязываем зрителям свою точку зрения – пусть сами решают. Выбор между добром и злом есть всегда.

— Сегодня жизнь наполнена страданиями и войнами. Как, по-вашему, куда катится мир?

— Об этом знает тот, кто работает Богом. А я не знаю – куда. Земля кружится, мы по ней бегаем. Мне кажется, что планета страдает. И мы страдаем сами от себя.

Вот скажите, отчего мы так тяжело живем? Почему совершаем столько бед? Сами сочиняем какие-то агрегаты смерти и боли. Включаем турбины какого-то распада. Имеем разум – и не можем унять эту тягу к разрушению.

— В одном из интервью вы сказали, что хотите дожить до 150 лет. Зачем?

— Я так планирую. Есть такая теория: чем дальше запланируете, тем дольше проживете. Но, наверное, если мое поколение умрет, мне тоже будет нечего здесь делать.

Комфортное одиночество

— Вы убежденный холостяк. Одиночество – это хорошо или плохо?

— Плохо, конечно. Но у меня есть профессия, а потому мое одиночество комфортное. Оно давно стало для меня правилом и нормой жизни. У меня даже животных нет, хотя я их обожаю. Не могу позволить себе завести ни кошку, ни собаку: моя жизнь неустойчивая, я много езжу. И друзей у меня мало – могу назвать два-три имени. Это не ущербность. Просто я так живу.

— Может быть, все-таки дело в женщинах? Не те попадались.

— Женщины тем и хороши, что они разные. И Ева, и змея — женского рода. Есть принцессы, а есть суки в ботах. Я всех их искренне люблю. Вот куплю в Риге конфет и выкину их в зрительный зал на спектакле, чтобы поздравить дам с 8 марта! (смеется)

В моей жизни было много прекрасных женщин, которые оставили свой след: мама, учительница, подружки, которых у меня было о-очень много. Скажу больше: я начал пить из-за баб и завязал из-за них.

— Вы не делаете секрета из того, что в свое время злоупотребляли. Почему?

— Начнешь скрывать — наговорят и придумают больше, чем было на самом деле. Я не пью более 15 лет. Вот сижу сейчас перед вами – счастливый, радостный, талантливый, непьющий.

— Что это за история, когда вас выгнали из театра?

— Пришел пьяным на спектакль. Я же живой русский человек. Спектакль не сорвал, отыграл. А потом вышел приказ с формулировкой: «Накануне 65-й годовщины Великого Октября артист Сухоруков явился в театр в нетрезвом состоянии…» У нас бывают всякие кануны. Я напился накануне Великого Октября. Ну так вышло.

Начался черный период: после увольнения из театра работал грузчиком, посудомойщиком, хлеборезом.

Было тяжело, но я был уверен, что обязательно выкарабкаюсь. И выкарабкался! Стал подниматься наверх. Сам. Меня никто не вел. По лестнице не ведут – по ней либо скатываются, либо поднимаются. Я сторонник того, чтобы подниматься и тащить за собой других.

Елена СМЕХОВА.

Досье

Виктор Сухоруков родился 10 ноября 1951 года в Орехово-Зуево. Отслужив в армии, работал на ткацкой фабрике. Закончил ГИТИС, после чего уехал в Ленинград в театр им. Акимова.

Работал в ленинградских и московских театрах, а также в антрепризах, (в том числе в спектакле Олега Меньшикова «Игроки»).Снялся более чем в 80 фильмах: «Брат»,»Брат-2″, «Про уродов и людей», «Антикиллер», «Остров», «Бедный Павел» «Овсянки» и др.

С 2011 года актер театра им. Моссовета.Народный артист России. Неженат.