История любит опровергать представления, которые кажутся незыблемыми. Она заставляет полководцев умирать в безвестности, банкиров — становиться философами, а людей, никогда не помышлявших о дальних странах, заканчивать жизнь там, о существовании чего они прежде знали разве что по школьному атласу. Русская эмиграция после революции представляет собой почти неисчерпаемое собрание подобных парадоксов. Можно встретить бывшего гвардейского офицера в аргентинской пампе, профессора — в китайском порту, казака — на французской шахте. Но, вероятно, самым неожиданным пунктом этого великого рассеяния была Австралия — страна, которую в дореволюционной России представляли себе скорее географическим понятием, чем местом, пригодным для человеческой судьбы.
История любит опровергать представления, которые кажутся незыблемыми. Она заставляет полководцев умирать в безвестности, банкиров — становиться философами, а людей, никогда не помышлявших о дальних странах, заканчивать жизнь там, о существовании чего они прежде знали разве что по школьному атласу. Русская эмиграция после революции представляет собой почти неисчерпаемое собрание подобных парадоксов. Можно встретить бывшего гвардейского офицера в аргентинской пампе, профессора — в китайском порту, казака — на французской шахте. Но, вероятно, самым неожиданным пунктом этого великого рассеяния была Австралия — страна, которую в дореволюционной России представляли себе скорее географическим понятием, чем местом, пригодным для человеческой судьбы.
Комментарии читателей
Оставить комментарий
Здравствуйте! Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи. Мы сожалеем, что вынуждены пойти на такой шаг, по причинам, изложенным здесь
Перейти к авторизации