«Злые русские убивали наших невинных солдат»: в Германии так на самом деле думают?

Те, кто видят в выступлении юноши из Нового Уренгоя устроенную немцами провокацию, очевидно, полагают, что немцам очень хочется реабилитировать нацизм и обвинить русских во всех смертных грехах.

Однако так ли это на самом деле? И как это согласуется в Германии с уголовным наказанием за отрицание Холокоста и с жесткой реакцией на любое позитивное высказывание о Третьем рейхе (для политика или государственного служащего это, например, означает конец карьеры)? Давайте разберемся.

Об осмыслении немцами нацистского прошлого написана не одна книга. Тем, кто хочет подробно разобраться в данном вопросе, могу порекомендовать монографию покойного А.И. Борозняка «Жестокая память. Нацистский рейх в восприятии немцев второй половины ХХ и начала ХХI века». Я же постараюсь кратко суммировать господствующую в современной Германии точку зрения на Великую Отечественную войну. Господствующую в том смысле, что ее придерживается политическая элита и большинство историков; отклонения от нее, конечно, имеются, но по большей части не носят принципиального характера.

Итак.

1. Нацистское государство было преступным тоталитарным режимом. Этот режим совершал преступления, уникальные в человеческой истории, и им не может быть оправдания.

2. Война против Советского Союза была агрессивной войной. При этом она носила отчетливо выраженный расовый характер и была нацелена на захват «жизненного пространства».

3. В ходе войны против СССР совершались многочисленные военные преступления. Причем совершали их не только эсэсовцы, но и обычные солдаты. Разумеется, далеко не все. Вермахт как таковой не является с формальной точки зрения преступной организацией; однако он исключен из немецкой военной традиции, и его солдаты (исключая героев Сопротивления) в принципе не могут являться образцами для солдат бундесвера.

4. Нельзя говорить о коллективной вине немецкого народа — вина индивидуальна. Однако существует коллективная ответственность за преступления нацизма, в силу которой немцы обязаны помнить об этих преступлениях и не допускать их повторения. Из той же коллективной ответственности вытекает и обязанность современной ФРГ платить компенсации жертвам нацизма.

5. Немецкий народ тоже страдал в годы Второй мировой войны (например, под бомбежками гибли женщины и дети), однако виновны в этих страданиях не враги, а нацистский режим, развязавший войну.

6. Сталинский СССР являлся жестоким тоталитарным режимом, однако его нельзя ставить на одну доску с Третьим рейхом. Советский Союз в результате подписания Пакта Молотова-Риббентропа несет частичную ответственность за Вторую мировую войну, что не умаляет германской вины.

Немного подробнее — о пункте 6, поскольку именно он вызывает в России наиболее бурную реакцию. С точки зрения немцев признание «преступлений сталинизма» не является попыткой обелить нацизм. Немцы приветствуют, когда другие осуждают свое тоталитарное прошлое, но не потому, что это как-то обеляет Третий рейх. Наоборот: они видят в этом достойное похвалы следование их собственному примеру. Разница принципиальна.

Последняя серьезная попытка продвинуть тезис о том, что нацизм был не хуже советского коммунизма и вообще это одного поля ягоды, была предпринята тридцать лет назад («спор историков» 1980-х). Закончилось все тем, что авторы этого тезиса были обвинены в неонацизме и стали «нерукопожатыми» в академической среде. Сейчас тезис об уникальности преступлений национал-социализма является официальным и всерьез никем особо не оспаривается.

Равным образом для немцев осуждение Пакта Молотова-Риббентропа не является попыткой уменьшить ответственность Германии за развязывание мировой войны и тем более оправдать нападение на СССР. Это в России одно представляется неразрывно связанным с другим, в Германии — нет. С точки зрения немцев оценка преступлений нацизма не зависит от того, кто что еще в это же время делал. Собственно, так же, как в уголовном праве приговор преступнику не зависит от количества аналогичных преступлений. Другой точки зрения придерживаются, фактически, только правые радикалы.

Я в данном случае не хочу обсуждать вопрос о том, правильно немцы смотрят на мир или неправильно. Я не об этом. А о том, что идея «немецкие солдаты были невинными овечками, которых убивали злые русские» не соответствует современной германской точке зрения на события Второй мировой войны. Эту идею гораздо чаще можно встретить, увы, в современной России, чем в ФРГ.

Николай Власов, историк-германист