«Животных надо лечить по-человечески!»

— Доктор, вы помните, как прошел первый день вашей ветеринарной клиники?

— Странным было бы забыть столь значимую веху для меня и супруги Лии, с которой мы и создали клинику. Можно долго рассказывать, как мы шли к этому важному дню, сколько трудностей и барьеров вместе преодолели.

Сам старт — он был символичным. Вместо традиционной ленты у входа в открывающуюся клинику мы решили повесить… сардельки. Хорошие, ароматные, мясные. Но до торжественного перерезания «ленточки» дело не дошло — одна ловкая такса, которую хозяева привели на осмотр, моментально смекнула, что к чему, — прыгнула, схватила сардельку зубами и понеслась с добычей по двору. Под хохот гостей и врачей. Так, собственно, и открылись, спасибо той собачке. Это было здесь, на Гертрудес, 31 августа 1993 года.

К тому моменту наша фирма существовала год, а начинали мы с небольшой аптеки на ул. Матиса, 86. Многие люди, которые тогда обращались к нам за витаминами и препаратами для своих животных, спрашивали: «Доктор, а вы не полечите моего питомца?» Собственно, этого очень хотел и я, к тому моменту ветеринарный врач с многообразным практическим (работал по трансплантации эмбрионов животных в большом колхозе «Адажи») и преподавательским опытом (учил студентов в Латвийской сельскохозяйственной академии такому важному предмету ветеринарии, как патологическая физиология)…

Но мечты упирались в банальную нехватку средств. Мы с Лией были молодыми — я тогда преподавал на ветеринарном факультете вуза, имея скромную зарплату, а Лия вообще была студенткой другого вуза. О какой своей клинике могла идти речь, если я по ночам таксистом вынужденно-временно подрабатывал? Но мы с Лией, очень серьезно обдумав ситуацию, дружно решили: надо пробовать.

Бог помог — нашли помещение, в котором работаем по сей день. Раньше в этом доме была какая-то контора вагонов-ресторанов Управления железной дороги. Удивляюсь, как среди серьезных соискателей именно нам, никому не известным людям, удалось выиграть тендер на две комнаты в этом доме. Наверное, комиссия оценила тот факт, что мы предлагали организовать не бар, а круглосуточную ветеринарную клинику, которых тогда в Риге не было. Мы получили право аренды и постепенно с годами выкупили все здание. Смешно или грустно, но все 30 лет мы живем в состоянии ремонта и строительства: чуть подзаработаем — что-то улучшим, купим аппарат для диагностики…

Раз Бог дал нам шанс для реализации планов, мы вложили в создание клиники все силы, что были. Приглашали единомышленников — молодых талантливых ветеринарных врачей, которые готовы были помогать животным не просто за деньги, а на совесть. В профессии, а еще в семье лежит мое личное счастье. Горжусь, что в нашей клинике начинали немало специалистов, имя которых сегодня у всех на слуху: многие мои коллеги сегодня сами организовали клиники.

Когда мы начинали, коллектив составляли всего пять человек, сейчас у нас три клиники и около полусотни сотрудников.

— Любопытно, почему вы решили стать ветеринаром?

— Я с детства знал, что буду ветеринарным врачом. В семье нас у мамы с папой было четверо, жили скромнее скромного. Мама — фельдшер, работала на две ставки на «скорой помощи». Летом нас, детей, отправляли к бабушке в Елгавский район, в Ливберзе: хутор, коровка, свинки, овцы, куры и прочее. Помню, как слегла любимая буренка Грета, думали, все — погибнет. Вызвали ветеринара. Он приехал на огромном джипе — вышел, посмотрел, подумал, сделал какие-то уколы, и наша корова встала на копытца, кушать стала, ожила. Позже этот же доктор вылечил нашу собаку. В то лето я решил, что стану ветеринаром. И никогда не пожалел об этом своем решении.

Доктор, который занимается животными, практически ничем не отличается от доктора, который лечит людей. Но разница в том, что животные не могут сказать, что у них болит, что они испытывают. Поэтому мы позаботились, чтобы у нас в клинике было лучшее современное оборудование (рентген, УЗИ и так далее) и лаборатория.

В нашей профессии нужно уметь все: оперировать, проводить диагностику. Работа ветврача требует хорошего знания биологии, анатомии, физиологии, терапии, хирургии и даже психологии животного.

— Однако болеющие котики и собачки могут плохо пахнуть, не хотят лечиться — а значит, иногда кусаются и царапаются…

— С собаками и котами подчас легче договориться, чем с людьми, во всяком случае, я говорю о себе. Мое счастье в том, что я реально могу помочь собаке или кошке… За 37 лет в профессии я понял только одно: мы все еще мало знаем о замыслах Божьих, иначе всех поставили бы на лапы и не было бы грустных дней, когда не удается кого-то спасти. Нет единого метода лечения даже при одном и том же диагнозе: одна собака выздоравливает, вторая при таких же показаниях — нет… Нам, людям, пока неведомы силы, которые работают свыше, но всегда надо бороться и лечить. При всей мощи современной хирургии и фармации (мы в клинике оперируем практически все, кроме невропатологий, сердца и некоторых других диагнозов) я не отрицаю проверенных растительных препаратов — травок, которыми пользовались еще наши предки. Это и череда, и облепиховое масло, и много чего еще. Мы долго искали по всей Европе и наконец-то нашли отличные витаминные препараты, которые поддерживают иммунитет животных, что очень важно.

Помогает опыт. Иногда ловлю себя на мысли, что часто даже по тому, как идет собачка по коридору ветклиники, как она дышит, как крутит хвостом, какие у нее шерсть и глаза, я уже знаю, что, скорее всего, обнаружу в анамнезе. Конечно, каждого четверолапого пациента мы тщательно обследуем, и только тогда можно о чем-то вообще говорить. При выборе схемы лечения — скажем, сердечной проблемы — всегда важно оценить возраст, породу и общее состояние животного: в каком состоянии его печень, почки и так далее. Все в комплексе — и все индивидуально.

Радует, что удается вылечить или сильно продлить качественную жизнь животным с онкодиагнозами, чего сейчас очень много. И тут у меня просьба ко всем владельцам кошек и собак: пожалуйста, приводите своих питомцев на профилактический осмотр раз в год, такие визиты могут спасти их жизнь — на ранних стадиях онкологии все прекрасно можно исправить. Впрочем, это же относится ко многим другим заболеваниям — чем скорее будет обнаружена надвигающаяся беда, тем эффективнее лечение животного. К сожалению, это делают всего три-четыре человека из 100.

Людмила ВЕВЕРЕ.

Справка. Телефон круглосуточной помощи животным клиники Яниса Бейнертса в Риге на улице Гертрудес, 101 — 67288539.  Информация о работе всех латвийских клиниках  Dr. Beinerts , врачах и особенностях ухода за животными – vet.lv