«Выгоднее только наркотики»: как устроена экономика церковной свечки

Кроме того, производство свечей является преимущественно безотходным: огарки перерабатываются — судя по объявлениям в Сети, частные производители покупают их примерно по 20 рублей за килограмм. Другой вариант: десять огарков меняют на одну свечку.

«Себестоимость свечи на порядок меньше копейки. А средняя стоимость в храме — от пяти до десяти рублей», — анонимно делится настоятель одного из подмосковных храмов.

«Свеча по маржинальности уступает только героину», — шутит он.

Нефтяные деньги

Сам процесс изготовления свечей коротко, но точно описан в «12 стульях» Ильфа и Петрова. Там отец Федор терзался «видением больших заводских барабанов, наматывающих толстые восковые канаты». Фитиль окунается в большую восковую ванну, воск прилипает к нему и практически мгновенно застывает. На барабан наматывается восковая «колбаса», которую потом нарезают на отдельные свечки.

Еще один способ: на металлическую раму наматывают веревку, затем готовую «решетку» опускают в чан с воском, который прилипает к нити.

Воск закупают у пасечников. Цена природного материала начинается примерно от 250 рублей за килограмм.

Кроме того, свечки делают из парафина. Последний представляет сбой смесь твердых углеводородов. В начале XX века его начали выделять из нефти, отсюда и название — «нефтяной воск». Само собой, производство парафиновых свечей обходится гораздо дешевле, чем восковых. Есть также парафиновые свечи с добавлением воска.

Если спросить в храме, в чем разница между свечами, то обычно отвечают: «Восковые дольше горят».

Свечная монополия

В XIX веке знаменитый кодификатор законодательства Михаил Сперанский оставил значимый след и в истории Русской православной церкви. Именно он способствовал восстановлению дарованного ей Петром I исключительного права торговать свечами. В итоге Церковь получала от этого сверхприбыль, ведь до появления электричества свечи были одним из самых востребованных товаров. Вырученные деньги шли не только на жалование священникам, но и на развитие системы образования.

Сегодня, как рассказывают владельцы небольших свечных производств, духовенство обязано закупать свечки у церковного предприятия «Софрино». Но это вовсе не значит, что доля «софринских» свечек во всех храмах составляет 100%.

«Это чисто дисциплинарный вопрос. Дело в том, что «Софрино» является всецерковным производственным комбинатом. Если правящий в епархии архиерей выносит такое требование (закупать свечи в «Софрино». — Прим. ред.), то он это делает для того, чтобы финансовая поддержка шла Церкви, а не каким-то посторонним производителям. В Церкви нет свободного рынка, она управляется своими внутренними законами», — разъясняет ведущий интернет-проекта «Вопросы батюшке» в сети «Елицы» иеромонах Макарий (Маркиш).

И если в торговле цена — это согласие между продавцом и покупателем, то, отмечает он, в данном случае речь идет о материальном пожертвовании. Само собой, оно не должно быть меньше, чем себестоимость предмета. Это правило не распространяется на требы и молитвы — здесь «просто просьба о милостыне».

«Почем свечка, брат?»

«Мы находимся в не очень удачном положении перед лицом государства, потому что, с одной стороны, религиозные организации налогом не облагаются. С другой стороны, торговля требует выплаты налогов. Поэтому в нашем законодательстве есть какие-то несоответствия. И людям, занимающимся церковно-финансовыми делами, приходится идти на некоторые сложности», — сетует отец Макарий.

Цены на свечи, как и на всю церковную утварь, устанавливает настоятель каждого конкретного храма. Если брать Москву, то в целом разница в цене на небольшие — и самые востребованные — свечки несущественна: самая дешевая во многих храмах стоит десять рублей, а в некоторых — и пять. 

А вот стоимость больших свечек сильно варьируется. Например, в храме Христа Спасителя такая свеча стоит 300 рублей, а в менее известных местах вдвое дешевле. Во многих храмах можно встретить такую практику: маленькие свечки лежат перед ящиком для пожертвований, фиксированной стоимости у них нет.

«Свечи, по крайней мере простые, в абсолютном большинстве храмов выдаются за пожертвования, как этого и требует святейший патриарх. Смысл свечей заключается не в количестве. Поэтому если их закупать в хозяйственном магазине или магазине «Софрино», а потом расставлять по всем подсвечникам, то это может привести только к закапчиванию помещения», — подчеркивает замглавы учебного комитета РПЦ, настоятель храма Серафима Саровского на Краснопресненской набережной в Москве протоиерей Максим Козлов.

Не пиара ради

«Свеча является более наглядным образом абсолютной жертвы. Она горит и от нее ничего не остается. Она даруется от себя как благодарность или как материальное выражение нашего молитвенного прошения к Богу, не имея в виду, что оно чем-то овеществится», — говорит протоиерей Максим.

Например, если человек дарит храму колокола, на них будет написано имя жертвователя, которое «останется в веках». А от обычной свечки не останется ничего.

«Это, собственно, те самые правильные отношения между Богом и человеком, в которые не должна вторгаться никакая иная заинтересованность — пиар, тщеславие или просто человеческая благодарность. Только я и Бог: свеча сгорает, от нее ничего не остается», — подчеркивает священнослужитель.

Кроме того, свечи, как и вся церковная утварь, обязательно освящаются. Поэтому многие священники рекомендуют покупать их именно в храме.