Пять дней в Риге и шесть часов перед гибелью: судьба эсминца «Карло Мирабелло»

Утром 20 июля на Даугаве появился особенно красивый гость.

«Сегодня в нашем порту бросил свои якоря стройный фрегат „Карло Мирабелло“», — сообщала русская рижская газета «Сегодня». И тут же, не жалея красок, представляла его читателю: «Это — одна из мощных единиц итальянскаго флота, предназначенная, главным образом, для разведывательных целей».

Газета немного путалась в военно-морской терминологии, называя «Мирабелло» то фрегатом, то кораблём-разведчиком. Итальянцы определяли его точнее — esploratore, разведывательный крейсер. В сущности, это был переросший самого себя эсминец: очень длинный, очень узкий и чрезвычайно быстрый. Более ста метров от носа до кормы при ширине менее десяти метров. На испытаниях корабль развивал почти 34 узла. В 1938 году итальянцы просто отбросили прежнюю классификационную условность и официально записали старого «Мирабелло» в эсминцы.

В Риге же летом 1924-го всё это выглядело прежде всего эффектно. В 9:30 утра итальянец вошёл в порт, обменявшись положенными салютами, и встал возле Рижского замка рядом с американскими военными кораблями. Латышская правительственная газета Valdības Vēstnesis с некоторым восхищением отмечала необычные пропорции гостя: «Крейсер — длинный, большой корабль с восемью тяжёлыми пушками и четырьмя минными аппаратами, но очень узкий».

Рижское общество вообще любило приезжих знаменитостей, а тут знаменитостью оказался целый корабль. На борту находились командир Владимиро Пини, восемь офицеров и около 160 матросов. «Сегодня» обещала читателям, что «рижанам представится возможность хорошо познакомиться с изящным фрегатомъ», поскольку корабль собирался простоять в столице с 20 по 25 июля.

Можно представить себе эти пять июльских дней. Изящный корпус у набережной. Итальянские моряки, сошедшие на берег. Рижане, разглядывающие непривычно длинный корабль. Офицеры в мундирах, автомобили у Рижского замка, обеды, салюты, речи о дружбе народов и бокалы за здоровье государей и президентов.

Но за нарядным обликом гостя уже стояла настоящая война. «Мирабелло» вступил в строй в августе 1916 года и успел принять участие в 65 операциях Первой мировой. Самым серьёзным эпизодом стала битва в проливе Отранто 15 мая 1917 года. Итальянский корабль вместе с французскими эсминцами пошёл на перехват австро-венгерских крейсеров «Гельголанд», «Новара» и «Сайда». С дистанции примерно восьми километров «Мирабелло» добился двух попаданий в «Новару», а позднее попал и в «Гельголанд». Одновременно ему дважды пришлось отворачивать от торпед австро-венгерских подлодок. То есть к рижской набережной пришёл не парадный кораблик для дипломатических фотографий, а заслуженный ветеран.

Впрочем, в 1924 году об этом уже можно было вспоминать красиво. Европа отчаянно старалась поверить, что большая война закончилась навсегда.

Рига была лишь одной остановкой грандиозного путешествия «Мирабелло». За семь месяцев он прошёл около 11 тысяч морских миль и посетил 19 стран. Венеция, Задар, Бриндизи, Алжир, Гибралтар, Лиссабон, Брест, Антверпен, Осло, Стокгольм, Хельсинки, Ленинград, Таллин, Рига. 

Через год после рижского визита «Мирабелло» занял первое место во всём итальянском флоте по артиллерийской стрельбе. Но время брало своё. К концу 1930-х некогда стремительный красавец состарился: скорость упала примерно до 27 узлов, современного центра управления огнём не было. В 1938 году корабль официально стал эсминцем, а к 1940-му его собирались вообще вывести из состава флота. Но 10 июня 1940 года Италия вступила во Вторую мировую, а на войне кораблей всегда не хватает, так что срок выхода «Карло» «на пенсию» пришлось отложить до лучших времен. Для него они так и не настали…

О романтических круизах по европейским столицам остались одни воспоминания, теперь эсминец водил конвои по Адриатике и Ионическому морю — между Италией, Албанией и Грецией. Его даже включили в специальное соединение, предназначенное для захвата Корфу. Высадку несколько раз переносили из-за моря, а затем отменили совсем: сухопутная война против Греции пошла для итальянцев слишком плохо.

«Карло Мирабелло» в раскраске 1941 года. 

Последний поход начался 20 мая 1941 года. «Карло Мирабелло» вышел из Бриндизи вместе со вспомогательным крейсером «Бриндизи». Они сопровождали в греческий Патрас четыре судна — два грузовых и два танкера. На рассвете следующего дня, в 5:40, моряки увидели вдали взрыв. Это налетела на мину итальянская канонерская лодка «Пеллегрино Маттеуччи».

И здесь судьба старого корабля повернулась почти литературно. «Мирабелло» не уходил от опасного места. Он пошёл туда — спасать людей. На эсминце уже приготовились спускать шлюпку, когда он в свою очередь напоролся на мину.

Минное поле лишь накануне вечером выставил британский быстроходный минный заградитель «Abdiel». Взрыв оказался чудовищной силы: носовую часть «Мирабелло» оторвало почти до самого мостика.

Но корабль не затонул сразу. Шесть часов экипаж пытался его спасти. Наверное, именно эти шесть часов лучше всего рассказывают о старых кораблях. В 1917 году он стрелял по «Новаре» у Отранто. В 1924-м стоял у Рижского замка, пока министры приглашали его офицеров на обеды. Потом были Испания, конвои, ещё одна война. А теперь старый красавец без носа медленно дрейфовал у греческого острова, и люди всё ещё таскали тросы, боролись с водой и надеялись вытянуть его.

Наконец стало ясно: всё, корабль уже не спасти. В 11:45 21 мая 1941 года «Карло Мирабелло» затонул примерно в двух морских милях к югу от Лефкады. «Бриндизи» подобрал 63 человека, другие добрались до берега или были спасены подошедшими судами. Сорок четыре моряка погибли или пропали без вести.

С рижского визита прошло семнадцать лет. Для человеческой жизни — порядочно. Для корабля — целая эпоха. В июле 1924-го газета «Сегодня» писала о «стройном фрегате» и обещала рижанам возможность рассмотреть его поближе. Он стоял на Даугаве серый, узкий и щеголеватый, вокруг ходили лодки, а над городом поднимались шпили старой Риги. Никто из гулявших тогда по набережной не мог знать, что впереди у этого корабля ещё новая мировая война и утро у Лефкады.

И уж совсем никто не мог знать, что последним манёвром эсминца станет поворот не в атаку, а к погибающему кораблю — чтобы спасти его людей.

Ксаверий БЕЛЫЙ.

P.S. Британский минный заградитель «Abdiel» был потоплен минами с часовым механизмом в гавани Таранто, Италия, 10 сентября 1943 года. Мины всего несколькими часами ранее выставили два немецких торпедных катера, покидавшие гавань перед падением города.

Abdiel, перевозивший подразделения британской 1-й воздушно-десантной дивизии, занял место у причала, от которого ранее отказался капитан американского крейсера «Boise». Вскоре после полуночи под «Abdiel» взорвались две мины. Минный заградитель затонул всего за три минуты, что привело к большим потерям — десантники потеряли 58 человек убитыми и около 150 ранеными, погибли также 48 членов экипажа корабля. Почти столько же, сколько на «Карло Мирабелло» 21 мая 1941 года. Мистики сказали бы, что старый эсминец перед гибелью проклял своего «убийцу», но реалисты знают — на войне такие совпадения случаются сплошь и рядом.