«Политическая «элита» у власти даже не скрывает своего презрения к нам»: скульптор Глеб Пантелеев

«Я попробовал проанализировать то, что делает сегодняшняя власть. Я даже попробовал посмотреть с их позиции. У меня не получилось. Вижу только карьеризм и потребительские интересы. Я не вижу там государственного мышления.

Год назад мы с коллегами говорили с министром финансов (Реирс) и культуры (Пунтулис) о той самой налоговой реформе и я ощущал себя так, как будто дискутировал с инопланетянами… У латвийской власти никогда еще не было такого высокомерия и надменности, и ни один олигарх или аферист, будучи у власти, никогда не достигал такого критического уровня. Всегда существовал некий этический тормоз, по крайней мере, в риторике.

Хорошо, однажды Криштопанс назвал латышей салакоедами. Ну и что такого? Мы не едим салаку? А теперь нас не только называют, а реально считают быдлом, которых нужно научить жизни, говорят, собрались тут всякие художники, становитесь либо работодателями, либо предпринимателями. И политическая «элита» даже не скрывает своего презрения к нам», — отмечает Пантелеев.

Вейдемане напомнила ему, что завтра День рождения Латвии, а свою страну скульптор любит, несмотря ни на что. И Пантелеев объяснил, как ему удалось сохранять патриотизм.

«Хочу призвать – в первую очередь себя, потому что у меня самого есть такая проблема – не идентифицировать то, что сейчас происходит с властью в Латвии, не идентифицировать это с Латвией и идеей латвийской государственности. В прошлом году я почувствовал, что мой патриотизм сходит на нет. Утекает сквозь пальцы, как песок… Но потом понял: ни один министр, ни один чиновник не является Латвийским государством. Они все приходят и уходят, но есть вещи, которые неоспоримы, идеалистичны и, может, даже иррациональны. Есть вещи, которые важны для того, чтобы мы оставались людьми. Чтобы мы абсолютно точно знали, что Латвийское государство не появилось в силу случайного стечения обстоятельств, а является огромной ценностью и привелегией», — заявил скульптор.