Почему омикрон не делали специально? Объясняет Юлия Латынина

«Это не просто мутация. Это они собрали все мутации, которые были известны, которые встречались в этом вирусе уже спонтанно, то есть когда он эволюционировал… Они собрали все эти мутации в одном штамме, более того, они ввели еще там вставочку из трех аминокислот, которые характерны для сезона коронавируса. Как она могла возникнуть вот так независимо в этом штамме — это никто не может объяснить», — заявил Чумаков.

Ниже я постараюсь объяснить, почему все это полная ерунда.

Я уже неоднократно публиковала статьи, в которых предполагала: SARS2 — вирус, вызывающий ковид, вероятно, сбежал из лаборатории Уханьского института вирусологии. Это не был заговор, это не было биологическое оружие. Это была лаборантская работа, чрезвычайно простая по меркам, производимых в институте. Если бы он не сбежал, он был бы опубликован.

На это указывает слишком много обстоятельств. Все эти обстоятельства косвенные, и поодиночке могут быть объяснены эволюцией или случайностью, но все вместе они представляют совокупность трудно опровержимых улик.

Для того чтобы понять, почему «омикрон» имеет не искусственное происхождение, придется напомнить мои выкладки по SARS2. 

Вирус появился в Ухане — месте, где расположен Уханьский институт вирусологии. Это не просто «институт», а один из трех крупнейших по работе с коронавирусами летучих мышей (сарбековирусами).

Уханьский институт занимался gain of function, вставляя в сарбековирусы фуриновые сайты и меняя им RBD (домен связывания рецептора), и у SARS2 мы видим фуриновый сайт (которого нет ни в одном сарбековирусе), отлично приспособленный для человека RBD.

Двумя ближайшими предками SARS2 являются RaTG13 и вирусы группы BANAL (BANAL-53, BANAL-103, BANAL-236). Оба они были известны институту. Один водится в Юннани, другие — в Таиланде. Если бы вирус эволюционировал естественным путем, логично было бы ожидать, что эпидемия начнется с Юннани или Таиланда. Но она началась не там, где жили предки этого вируса, а там, где работали изучавшие этих предков вирусологи.

Эволюция была бы вероятна, если бы вирус перепрыгнул на какое-нибудь промежуточное животное, но этого промежуточного животного до сих пор не нашли, хотя китайцы, в надежде свалить ответственность на какого-нибудь енота, проверили 80 тыс. животных, включая всех, которые продавались на Уханьском рынке.

При этом вирус с самого начала был прекрасно приспособлен для человеческого ACE2 — так, будто прошел долгую эволюцию в гуманизированных лабораторных мышах (SARS1, к примеру, был приспособлен куда хуже).

Фуринового сайта, который и обусловливает быстрое заражение, нет ни в одном сарбековирусе, а два аргинина в этом сайте закодированы последовательностью CGG-CGG, которую почти никогда не используют бета-коронавирусы, но которую почти наверняка бы использовал лаборант, набирающий кодоны на синтезаторе.

Ну и самое главное в этой истории — это даже не биологические подробности, а реакция китайских властей. Они врали так же, как российские в деле отравления Навального.

Уханьский институт вирусологии еще в сентябре снес из публичного доступа свою базу данных, а потом врал, что базу снесли во время эпидемии из-за хакеров. Китайские власти всячески старались отсрочить время начала эпидемии (судя по филогенетическому дереву, она как раз началась в сентябре-октябре) и в ноябре даже издали приказ, запрещающий секвенировать пациентов с необычными симптомами гриппа.

Вместо того чтобы найти первого больного (как это умеют сейчас делать даже в Африке), они проверяли хорьков и циветт, лихорадочно путали следы и до сих пор отказываются предоставить даже экспертам из ВОЗ доступ к лабораториям института.

Еще раз повторю: каждая из этих особенностей SARS2 по отдельности могла бы быть объяснена как-то по-другому. Но вот эти объяснения, собранные все вместе, не удовлетворяют бритве Оккама. Или, если воспользоваться более модным оборотом, — байесовскому анализу. Взглянем теперь на «омикрон» и убедимся, что абсолютно все эти обстоятельства в его случае отсутствуют. Да, «омикрон» обладает фантастическим количеством мутаций: 32, из них 22 — в S-белке. Много это или мало? Для сравнения: вот вам иммунокомпрометированный пациент, у которого вирус накопил 28 мутаций. То есть 32 — это исключительно много, но вполне в пределах вероятности. А эволюция и состоит из вероятностей.

Нам также неизвестно ни о какой южноафриканской лаборатории, которая проводила бы опыты с коронавирусами.

Самых же три главных обстоятельства, которые делают утверждение членкора РАН несостоятельным, на мой взгляд, следующие.

Первое. Пока «омикрон» вовсе не остановил эпидемию. Вовсе наоборот. Он ее снова раскочегарил. Эпидемия кончалась. Страны третьего мира почти все переболели, страны первого мира почти все привились. В ЮАР переболело от 70 до 100%, по разным оценкам. Там просто никто не болел. И тут появился «омикрон» — и все по новой. Странный способ остановить эпидемию, а?

Второе. У нас пока еще нет серьезных статистических оснований полагать, что «омикрон» вызывает более слабое течение болезни. А это значит, что таковых оснований не было бы и у его гипотетических создателей. Мы еще не умеем создавать вирусы под заказ с нужными свойствами.

Легко создать из вируса летучих мышей вирус, который будет заражать человека (для этого надо вставить ему фуриновый сайт). Легко создать вирус, который будет уходить от иммунного ответа (для этого надо всего лишь пропассировать вирус в плазме крови переболевшего или привитого человека). Но вот сделать такой вирус, который бы гарантированно давал легкую болезнь, мы просто не в состоянии. Мы не можем испытать такой вирус на гуманизированных мышах или на клеточных культурах — ответ будет слишком неточен.

Для того чтобы получить точный ответ, надо взять по миллиону непривитых и по миллиону привитых и проверить, каковы результаты.

Ну и, наконец, третье, самое простое. Если «омикрон» сделан как естественная аттенуированная живая вакцина, чтобы прекратить пандемию, если его создатели преодолели все вышеописанные проблемы,
если они научились на компьютере рассчитывать степень опасности вируса для организма (чего еще не умеет никто в мире), то что же его творцы молчат? То, что они сделали, — это Нобелевка.

Следует рассмотреть, пожалуй, еще одну возможность. А именно: что «омикрон» сбежал из лаборатории нечаянно, в ходе экспериментов, в которых ученые пытались в научных целях создать штамм SARS2, уходящий от иммунного ответа. Такие эксперименты проводились. К примеру, еще в прошлом году известный вирусолог Рино Раппуоли в Сиене пассировал вирус в плазме крови выздоровевшего пациента.

Ему понадобилось всего 80 дней, чтобы получить штамм, уходящий от иммунного ответа. Не будем обсуждать здесь целесообразность подобных экспериментов. Скажем только, что если бы «омикрон» возник в Сиене, это бы выглядело действительно подозрительно. Но «омикрон» возник в ЮАР, где никаких Раппуоли не наблюдается. И вообще, в открытом обществе таких экспериментов не спрячешь. В Китае — да. В ЮАР? Не верю.

Подытоживая: гипотеза об искусственном происхождении «омикрона» не удовлетворяет бритве Оккама, и вот она-то и является типичной теорией заговора.

P.S. Ну и последняя новость — хорошая. Вот вам первый препринт: «омикрон» размножается в бронхах в 70 раз быстрее, чем оригинальный SARS2, но при этом в несколько раз медленнее размножается в легких. «Омикрон», похоже, предпочитает бронхи легким. Это и есть главный признак легкого респираторного заболевания. Грубо говоря, бронхи — это хорошо, легкие — это плохо.