Названа дата, когда латыши в своей стране могут стать меньшинством

По его прикидкам, латыши на сегодняшний день составляют 62% от 1,9 млн жителей Латвии. Не трудно вычислить, что, при продолжении низкой рождаемости и прежних темпов отъезда населения в другие страны (около 5 -10 тысяч человек в год), когда вместо выезжающих приезжают, в основном, люди из стран за пределами ЕС (около 1-3 тыс. в год), латыши в своей стране могут стать меньшинством около 2060 года.

Аналогичные сценарии потерь большинства основной нации прогнозируются и в других странах ЕС с большим приливом иммигрантов, например, в Германии, где сейчас 25% жителей имеют чужеродные корни. Следует напомнить, пишет экс-депутат, что такую возможность мы уже почти пережили в времена Советского Союза, когда с середины прошлого века до 90 х годов удельный вес латышей упал ниже 55%. Для размышлений еще пара примеров.

Из Люксембурга 600 тысяч жителей менее половины составляют этнические люксембуржцы.

Большинство других жителей (около 20%) образуют португальцы, которые приехали во времена бума строительства. Португальское сообщество очень замкнуто и не учится местному языку. Остальные жители — французы и представители других европейских стран. Не похоже, что сами люксембуржцы не беспокоятся об этой ситуации.

Жан Клод Юнкер, бывший премьер министр Люксембурга, который только что попрощался с постом главы Европейской комиссии, свою речь в Европейском парламенте заключил фразой: “сражайтесь за Европу и против дурацкого национализма!” Хотя политический контрольный пакет в стране по¬прежнему находится в руках этнических люксембуржцев (большинство в парламенте), непонятно, каким может быть будущее этой маленькой нации.

Следует учитывать, что в богатых западных странах деньги и благосостояние начинают перевешивать абстрактную национальную идею.

Никакой натурализации!

Репша приводит другой пример. На острове Маврикий около берегов Африки 1,3 млн жителей, из которых две трети являются индийцами, пакистанцами и бенгальцами, которые прибыли сюда как рабочая сила в 19-м веке, когда британцы колонизировали Индию. Теперь потомкам бывших мигрантов принадлежат вся политическая и экономическая власть в стране, и местные жители как меньшинство больше не могут существенно влиять на судьбу своей маленькой нации.

Не вызывают ли эти примеры какие-то нехорошие ассоциации с Латвией и латышами?

Представим, каковы последствия нашего будущего, бьет в набат автор, если на месте уехавших латышей появятся, например, украинцы, индийцы и многие другие из стран, жители которых станут рассматривать Латвию ворота в Европу, и которые обязательно постараются обзавестись паспортами граждан Латвии. Латыши просто потеряют политический контрольный пакет в своей стране (латышские партии будут меньшинством в Сейме). Сейчас невозможно сказать, когда это может произойти, но, наверное, родившиеся теперь латышские дети могут пережить этот ужас.

Неужели в этих воображаемых условиях 18 ноября 2118 года продолжится существование Латвийского государства? Полагаю, что да, пишет Репша. Но в сильно измененной форме. Вероятно, здесь по-прежнему будут чествовать основоположников-латышей, которые двести лет назад основали латвийское государство. Но, к сожалению, это будет уже вариант этнографического музея под открытым небом.

Автор уверен, что абсолютно большая часть латышей категорически отвергает описанный сценарий и не желает, чтобы он реализовался.

В таком случае нужно действовать. Например, мы можем прекратить натурализацию – гражданином Латвии можно стать, только родившись от обоих родителей — граждан Латвии, оставив исключительные случаи (заслуги в пользу Латвии, приглашенные специалисты, спортсмены), которые оценит Кабинет министров. Упомянутые ограничения не распространяются на тех людей, которые сейчас являются негражданами Латвии.

Изменения в Законе о гражданстве хотя бы частично снимут опасения латышей о потере своей национальной идентичности.

Если экономика потребует привлечь гостевых работников, их можно впустить в государство, не угрожая при этом существованию Латвийского государства и нации. В этой связи немного экзотичный и, однако, реальный пример — Объединенные Арабские Эмираты, где местные 1,4 миллиона граждан — всего лишь 15% населения, проживающих в стране.

Остальные — гостевые работники в основном из Азии, у которых нет надежды стать гражданами ОАЭ. Но и для граждан, и для гостей эта ситуация вполне приемлема. Государство процветает, уровень жизни граждан является одним из самых высоких в мире, они полностью контролируют свою страну, в свою очередь, гостевые работники получают зарплаты, о которых в своих странах не могли даже мечтать.