Мы станем свидетелями самого большого неравенства в обществе за всю историю?

На территории современной России 30 тыс. лет назад племена охотников и собирателей хоронили одних соплеменников в роскошных могилах с бусами из слоновой кости, браслетами, драгоценными камнями и предметами искусства, в то время как другим приходилось довольствоваться простыми ямами в земле.

«И тем не менее, древние племена охотников и собирателей были более эгалитарными, чем любое более позднее человеческое общество, потому что у них было очень мало собственности. Собственность — эта предпосылка неравенства в долгосрочной перспективе», — поясняет автор.

«После сельскохозяйственной революции количество собственности приумножилось, а вместе с тем усилилось и неравенство. Люди стали владеть землей, животными, растениями и инструментами, и возникли жесткие иерархические общества, в которых немногочисленные представители элиты монополизировали большую часть богатств и власти на протяжении поколений, — продолжает Харари.

Однако в современную эпоху равенство стало доминирующей ценностью в человеческих обществах почти повсеместно. Отчасти это было связано с ростом новых идеологий, таких как гуманизм, либерализм и социализм. Но это произошло и благодаря промышленной революции, сделавшей массы более важными, чем когда-либо ранее, говорится в статье.

Индустриальные экономики полагались на массы простых рабочих, как армии полагались на массы простых солдат. Правительства как при демократии, так и при диктатуре инвестировали в здравоохранение, образование и благосостояние масс, потому что им были нужны миллионы здоровых рабочих для работы на фабриках и миллионы верных солдат для службы в армии.

Но ныне мы вступаем в постиндустриальный мир, в котором массы остаются не у дел, утверждает ученый. Лучшие армии полагаются уже не на миллионы рядовых призывников, а на относительно небольшое число высокопрофессиональных солдат, которые пользуются высокотехнологичным снаряжением, а также на автономные беспилотники, роботов и киберчервей. Уже сейчас большинство людей в военном смысле бесполезны.

То же самое может в скором времени произойти и в гражданской экономике. Искусственный интеллект превосходит человеческий во многих навыках, и становится все больше профессий, где он может заменить людей, говорится в статье.

Миллиарды людей могут стать безработными, и мы увидим появление нового крупного класса — класса ненужных людей. Эта одна из причин, почему человеческие общества в XXI веке могут в будущем характеризоваться самыми большим неравенством в истории. Есть и другие причины опасаться такого будущего, отмечает Харари.

В условиях быстрого прогресса в сфере биотехнологий и биоинженерии мы можем впервые в истории прийти к возможности превратить экономическое неравенство в биологическое. Биотехнологии скоро позволят проектировать тело и мозг, совершенствовать наши физические и когнитивные способности. Однако такое совершенствование, вероятно, будет дорогостоящим и доступным только верхним слоям общества. Человечество может впоследствии разделиться на биологические касты.

«Эти два процесса — биоинженерия наряду с развитием искусственного интеллекта — могут привести к разделению человечества на небольшой класс «суперлюдей» и массивный нижний класс «ненужных» людей», — делает вывод автор.

Если массы утратят свою значимость для экономики и политическую власть, государство утратит, по меньший мере, часть стимулов инвестировать в их здоровье, образование и благосостояние. Быть лишним очень опасно, когда ваше будущее зависит от доброй воли немногочисленной элиты. Возможно, у элиты десятилетиями будет добрая вола, но в момент кризиса, например климатической катастрофы, у нее будет большое искушение оставить вас за бортом, предупреждает Харари.