Конец китайского чуда: куда ведут Китай компартия и Си

В Китае тлеют сразу несколько кризисов, угрожающих стабильности коммунистического проекта. Все они созрели при Си Цзиньпине, который за 10 лет у руля партии консолидировал власть и начал перестройку в расчете укрепить влияние Китая в мире и превратить развивающуюся страну в развитую.

По пути возникли сложности. Китай разругался с Западом, а экономика ударила по тормозам. Ставка на железную руку и централизованное планирование завела Китай в вечный локдаун из-за ковида и обременила токсичным союзником в лице Владимира Путина.

Однако председатель Си уверен, что все идет по плану. Он полон решимости справиться с проблемами и не собирается сворачивать с намеченного пути. Для этого 69-летний Си остается во главе партии и страны на третий пятилетний срок, поправ китайскую традицию менять председателей не реже чем раз в десятилетие и провожать членов политбюро на пенсию не позже 68.

О чем мечтает председатель Си

В воскресенье Си открыл многодневный съезд компартии краткой двухчасовой речью (на прошлом съезде она была в полтора раза длиннее). Он пообещал ничего не менять. Из речи неизменного председателя следует, что пять главных направлений Си останутся прежними:

«Нулевой ковид»: вечный локдаун для защиты жизней и экономики.

Заявка на мировое лидерство и главную альтернативу западной модели развития.

Развитие экономики и технологий — «главные приоритеты» наряду с безопасностью страны.

Перераспределение богатства среди китайцев ради «общего процветания».

«Воссоединение» с Тайванем. «Без сомнения будет реализовано», сказал Си.

Денег на это все у Китая все меньше. Когда Си пришел к власти 10 лет назад, Китай был самой динамичной страной на планете. В 2010 году он обошел Японию и стал второй экономикой мира, а за 12 лет между мировым финансовым кризисом 2008 года и пандемией ковида сумел удвоить национальное богатство, а в расчете на душу населения обойти Россию и другие развивающиеся страны.

Однако при Си рост замедлился до 6-8% в год, а в этом году коммунистическая партия поставила цель еще скромнее — 5,5%. Экономисты говорят, что выйдет не больше 3,0-3,5%.
Почему закончилась эпоха быстрого роста? И сможет ли Китай выйти из кризиса курсом Си Цзиньпина?

Главных проблем у Китая три: ковид, переходный возраст и трудности в мире.

Перманентный локдаун

Китай сделал ставку на «нулевой ковид», и поначалу это помогло ему первым в мире восстановить темпы роста экономики. Однако со временем выяснилось, что радовались рано.
Китай живет в перманентном локдауне вот уже третий год. При первых признаках новой волны людей запирают в домах целыми городами. Это подрывает потребление, торговлю, туризм. Экономика тормозит, а социальное недовольство растет.

Многие ждали от речи Си на съезде намеков на послабление карантинов, однако их не последовало.

В отсутствие эффективных вакцин и массового иммунитета от перенесенной болезни выпускать полтора миллиарда китайцев на волю рискованно. В США, например, где население в 4 раза меньше, а здравоохранение на голову выше, от ковида умерло более 1 млн человек.

Кризис на рынке жилья

Главный китайский кризис — на рынке недвижимости. Он только начинается и обещает Си головную боль еще на несколько лет. Последние годы бурный рост цен и строительства вносил огромный вклад в общий рост китайской экономики — около 25%. Две трети всего богатства населения — это жилье.

Рост начался с того, что китайцам в 1990-х разрешили покупать квартиры, а продолжился благодаря урбанизации. Позже недвижимость стала главным объектом для инвестиций и спекуляций.

На рынке надулся пузырь, и два года назад власти решили сдуть его, чтобы вернуть цены на доступный уровень и перенаправить вложенные в пустые площади деньги на инвестиции в другие отрасли, а еще лучше — на потребление.

Они ужесточили условия кредитования застройщиков и допустили банкротство нескольких особо рискованных компаний. Цены начали снижаться, люди стали откладывать покупку жилья и отказываться платить по ипотеке за долгострои. Все это создало проблемы для банков.

Ставки очень высоки. Общая стоимость жилой недвижимости в Китае оценивается в 52 трлн долларов. Если китайские власти не справятся с этим кризисом, ситуация может выйти из-под контроля и закончиться спадом экономики, как это было в Японии в начале 1990-х и в США в 2008 году.

Пока о рецессии речи не идет, но и рынком жилья проблемы не ограничиваются.

Переходный возраст

Китай исчерпал потенциал догоняющего роста, и власти пытаются перевести его с рельс развивающейся экономики к развитой модели, основанной на потреблении. Однако путь от достатка к богатству длиннее и сложнее, чем от нищеты к достатку.

Во-первых, мешает демография. Политика «одна семья один ребенок» сделала Китай стареющей страной. А среди молодежи рекордная безработица — почти 20%.

Во-вторых урбанизация и индустриализация как драйверы роста исчерпали себя. Все, кто мог и хотел, давно перебрался из деревни в города, где проживает уже более 60% китайцев. Все, чего не хватало в промышленности, энергетике, инфраструктуре и недвижимости, уже построено. Накопленный за годы бедности дефицит предложения покрыт, а темп создания нового спроса намного медленнее.

Можно было бы компенсировать спад внутреннего спроса внешним, однако и тут неприятности.

Внешние проблемы

Пандемия резко притормозила глобализацию и подорвала позиции Китая как мировой фабрики товаров, самого большого потребительского рынка в мире, самого крупного импортера энергоресурсов и главной торговой державы мира.

А после пандемии развитые экономики столкнулись с рекордной инфляцией, что заставило их положить конец десятилетию ультрамягкой кредитной политики. Свободных денег у населения и бизнеса все меньше, и они в первую очередь сокращают потребление товаров, главным поставщиком которых является как раз Китай. А тут еще и война в Европе — на самом богатом мировом рынке в полмиллиарда человек.

В феврале Путин отправил войска на завоевание Украины, за что Россия угодила под санкции. А еще раньше Кремль развязал газовую войну против Евросоюза.
Результатом стал энергетический кризис в мире, который оставил западным потребителям еще меньше денег на покупку китайских товаров. Даже временная выгода от покупки российских энергоресурсов со скидкой не перекроет убытков.

Китаю нужны покупатели его продукции, а не дешевые энергоносители. Спрос на нефть в этом году там упадет на 3% — впервые с 1990 года, когда еще существовал СССР.

Потребление газа серьезно вырастет только после 2030 года. А российский уголь обеспечивает лишь около 1% китайских потребностей.

Конфликт с Западом

Второе неприятное последствие путинской войны для Китая — обострение конфликта с Западом. Отношения и так напряжены из-за подавления свобод в Гонконге, репрессий против уйгуров и воинственной риторики в отношении Тайваня. Политика Си за последние годы прочно укрепила позиции Китая как стратегического противника Запада. Отказ осудить вторжение Путина в Украину испортил отношения окончательно.

США пока воздерживаются от вторичных санкций, поскольку Китай поддерживает Россию только дипломатически, но не вооружением и не деньгами. Однако администрация Джо Байдена не только не сняла введенные при Дональде Трампе торговые ограничения, но и ужесточила запреты на передачу технологий Китаю. Страна, разбогатевшая на торговле и открытости, на сборке айфонов и теслы, постепенно переходит от сотрудничества к конфликту с Западом.

Чуду конец?

У Китая гигантские резервы роста. Даже если нынешние проблемы быстро не решатся, экономисты прочат Китаю рост на 4% в год. Такими темпами Китай догонит и перегонит США по размеру экономики только в середине следующего десятилетия.

А если все пойдет по плану и если Запад избежит рецессии, рост может превысить 5%. Тогда поставленная компартией цель удвоить экономику с 2020 по 2035 годы будет достигнута, подсчитали экономисты Bloomberg Economics.

Для этого придется не только быстро разобраться с ковидом и кризисом на рынке недвижимости, но и провести болезненные и затратные реформы: повысить пенсионный возраст, усилить социальную защиту населения, прекратить атаки на крупный частный бизнес.

Наладить отношения с Западом тоже не вредно. Китай пытается расширить собственную сферу влияния и активно инвестирует за рубежом. У него самая большая армия в мире, ядерное оружие и место в Совете Безопасности ООН. Однако экономически тягаться с Западом ему еще сложно. ВВП Китая — около 20 трлн долларов, или примерно 20% мировой экономики. У США — 25%, а в целом у развитых стран — 60%.

У Си всего пять лет, чтобы дать ответы на все эти вопросы. Изменение конституции не обещает ему пожизненного правления. Через пять лет снова съезд и снова подковерная борьба, успех которой напрямую зависит от того, как будет развиваться страна.

«Политическая легитимность компартии зиждется на улучшении социально-экономической ситуации. Средний китаец почувствует на себе, что дела идут неважно, поэтому и стоит задача вернуть темпы роста, к которым Китай привык за последние десятилетия», — объясняет масштаб проблемы Коллин Кох из сингапурского исследовательского центра RSIS.

Си сделал ставку на укрепление авторитаризма, перераспределение богатства и конфликт с Западом. Сработает ли она, мы узнаем через пять лет. Если Си останется на четвертый срок, через 10 лет у Китая будет 80-летний правитель с 20 годами безраздельной власти за плечами.

Исторический эксперимент в самом разгаре.