Как понимать слова Юнкера о том, что Украине ЕС не светит ещё 25 лет

«Недельной давности заявление Клода Юнкера о том, что Украина имеет шанс вступить в Евросоюз и НАТО, но не ранее чем через 20-25 лет, воспринято в России чуть ли не как свидетельство того, что Европа признает Украину зоной росийских интересов. Об этом заявлении вчера несколько ехидно спрашивали у украинских завсегдатаев ток-шоу на федеральных каналах Ковтуна и Яхно, — пишет на своей странце в Фейсбуке известный российский блоггер Анатолий Несмян. —

Однако Юнкер сказал вполне разумную вещь, которую никак нельзя интерпретировать, как сдачу Евросоюзом Украины обратно. Скорее, наоборот — Европа очень прагматично и предельно цинично начинает пользоваться плодами своей победы.

Евросоюз — дитя глобализации, а значит, обладает всеми ее родовыми травмами, главная из которых заключается в необходимости безостановочной экспансии. Без прирастания новыми рынками ЕС обречен — собственно, его кризис сегодня и есть прямое следствие этой травмы.

Европа рассматривает Украину искючительно как новый рынок для сбыла своей продукции — и никак иначе. Прием Украины в ЕС означает для Европы взятие на себя ответственности, а также каких-то обязанностей по отношению к новому члену. И без того перегруженный обязательствами Евросоюз нашел формулу, по которой он получает все права, но отказывается от обязанностей по отношению к новым рынкам.

Эта формула была найдена в 2008 году принятием «Восточного партнерства», где шести странам бывшего СССР была обещана перспектива вступления в цивилизованную семью народов когда-нибудь потом, взамен чего эти страны предоставляют Европе свои рынки. Все это называлось громким словом «евроассоциация».

«Восточное партнерство» стало развитием «Северного измерения» и «Союза Средиземноморья», причем уже именно «Союз» имел все признаки новой евроэкспансии, где Европа лишь обещает взамен реальных приобретений.

Национальными интересами евроассоциируемых государств в предложении Европы и не пахло — однако европейцы давали гарантии не странам, а элитам этих стран. Кстати, как раз «Северное измерение» гарантировало российскому чиновному ворью преференции и особое отношение к себе европейцев. Наша псевдоэлита получила морковку на палочке и сегодня крайне расстроена ухудшившимися отношениями с Европой, куда она после запуска «Северного измерения» стала вкладывать колоссальные средства, украденные у российского народа. Европейцы прекрасно понимают, какое значение имеет для российского ворья ухудшение отношений. Если поначалу наше верховное божество и его подпевалы презрительно морщились в ответ на санкции, то теперь становится очевидным, что давление правящей касты на руководство растет, равно как и недовольство.

С Украиной европейцы поступили еще более цинично — страна по договору об Евроассоциации не получает вообще ничего. Разрыв связей с Россией не компенсируется куцыми квотами, об увеличении которых старательно забивают головы своему электорату укрополитики. Но сама украинская элита готова терять в обмен на то, что получила в 90-е годы и утрачивает сегодня элита российская — возможность бесконтрольно легализовывать в Европе украденное у украинского народа.

Поражение России на Украине не подлежит сомнению — парадокс в том, что если ранее проигрыш России как государства сопровождался хоть маленькими, но приобретениями для элиты, то сегодня поражение полное — и для национальных интересов, и для сановного ворья. Украина как государство также потерпела сокрушительное поражение после подписания евроассоциации, однако ее элита имеет шанс остаться почти при своих, хотя ей и приходится платить за это существенным сокращением аппетитов и кормовой базы. Компенсируются потери резко возросшей внутриэлитной войной на Украине, итогом которой и должно стать списание всех совокупных элитных убытков на проигравшие кланы. Но при всех раскладах украинский народ в проигрыше — что сегодня и ощущают украинцы, выворачивая карманы и оплачивая праздник свободы от злобного «северного соседа».

И в России, и на Украине зомбированный электорат, заходясь в злобе друг на друга, не отдает себе отчет, что его врагом являются не русские или украинцы, а собственные воровские элиты, решающие свои шкурные проблемы за счет своих народов.

Уже поэтому выступление Юнкера не имеет смысла расматривать, как признание Европы своего мифического поражения на Украине. Совсем наоборот — это условия капитуляции, которые европейцы выдвинули проигравшей и сдавшейся им Украине. И только. Россия здесь вообще не при чем — ее номер десятый».