Как это будет по-латышски? В Латвийской Национальной опере поставили «Гамлета» (ФОТО)

…Когда Михаил Чехов в начале 30-х годов прошлого века задумал ставить на сцене Латвийского Национального театра «Гамлета», музыкальное оформление он заказал Янису Калниньшу, служившему в том же театре музыкальным руководителем.

Музыка настолько понравилась Чехову, что он буквально уговорил Калниньша создать на ее основе полноценную оперу.

Вскоре начинающий композитор пошел на повышение – был приглашен в Латвийскую Оперу, закончил своё произведение и в 1936 году собственноручно дирижировал его на рижской премьере (композитор прожил долгую жизнь и умер в 2000 году в Канаде — туда он эмигрировал в  44-м. С этим вероятно связано забвение его имени в Латвии на долгие годы. После премьеры 36-года, «Гамлет» ставился на сцене Оперы  лишь в 1943-м году. Теперь — возвращение).

Обо всем этом журналистам рассказали на пресс-конференции представители нынешней Латвийской Оперы. Поставить заново одно из самых ярких произведений латышской музыки пригласили Кристину Вусс – известного немецкого оперного режиссера.

Кристина родилась и выросла в Германии, но и латышская – ее родная культура («мама всегда говорила со мной по-латышски»).

Неожиданно выяснилось, что режиссер практически свободно владеет и русским. Откуда – пояснила, что в Германии  теперь работает очень много русских артистов и музыкантов, и с ними в работе она постепенно освоила язык.

Режиссер много рассказывала о своей новой работе, но главных секретов не раскрыла: «должно же быть интересно смотреть». Поэтому смотрели, что называется, с чистого листа.

Забегая вперед, скажу, что, на мой взгляд, это одна из самых красивых постановок нашей Оперы. Красиво во всех отношениях (насколько красивым, конечно, может быть рассказ, где в итоге все умерли). Вряд ли стоит напоминать содержание этой трагедии Уильяма Шекспира. Совсем коротко: Гамлет — принц Датский глубоко переживает безвременную кончину отца и скорый повторный брак родной матери с родным дядей Гамлета. Вскоре он узнает, что отец его был отравлен дядей ради того, чтоб занять королевский престол и теплое место в постели жены родного брата. Гамлет в шоке. Кроме него, кажется, все считают это нормальным. Неужели все правы? А что об этом каждому скажет товарищ-совесть?

Спектакль длится два с половиной часа (с одним антрактом). Музыка удивительно нежная. Даже когда «грохочут громы небесные» и стараются заглушить все тонкое и светлое, она снова и снова возвращает зрителей к вечно струящемуся потоку вселенской гармонии.

Несмотря на трагичность рассказа, смотрится  спектакль легко. Тем более, что в либретто автор сократил долгие монологи и философские рассуждения. Заодно сократил и персонажей – оставил только основных.

Главной, конечно, осталась тема совести. Она-то (совесть) и балансирует неуловимо на большой сцене. По задумке режиссера — в белом цвете, в условиях оттепели – тающего льда.

Балансирует, надо сказать, чрезвычайно красиво (не случайно, видимо, вещи совершенно бессовестные так притягивают людей, упакованные в красивые обертки).  И тут первым делом поражают костюмы. Красоты необыкновенной – работы Кристины Пастернак.

Выполненные в пастельных тонах из мягких  воздушных тканей, они способны увлечь, убаюкать или даже очистить не одну замаранную совесть? Не случайно режиссер обмолвилась: у нас не будет ничего темного – все только светлое.

К тому же в опере участвует хор, массовка  — все эти воланы, оборочки, рюши так легко отводят глаза и ум от главного…

Один только Гамлет, одетый в простую черную одежду, словно белая ворона, мечется по сцене в поисках истины. Да постепенно совесть материализуется за спиной каждого главного героя – неброского серенького (сомневающегося?) цвета. Получается, одного героя играют по два актера.

Действие происходит на пятачке у старинного маяка – верного спасителя заблудших душ. Но в «Гамлете» он погашен, и души эти сами вынуждены искать верные для себя пути. В спектакле вообще много символов, которые каждый зритель поймет по-своему.

Кстати, время от времени на сцене появляется…автор (в смысле актер, исполняющий роль композитора Калниньша). Он то и дело настраивает на верную волну приемник ВЭФ – выпуска еще тех, тридцатых годов. Так перед зрителями в одной практически точке сливаются эпохи – Шекспира с его трагедией, автора с его музыкой в 1936-м и  картины на сцене из 21 века.

Сценография тоже выполнена интересно и, что называется, тонко – соответственно современным технологиям. Всего несколько секунд, и ты – в Англии. Зовут дела – и принц Датский молниеносно оказывается дома. Морем. Быстро и безопасно.

…Критики  после той, самой первой премьеры, буквально рукоплескали автору. Прошло едва ли не сто лет, но латышский «Гамлет» по-прежнему на высоте. В спектакле, естественно, собраны лучшие голоса нашей Оперы плюс хор, как обычно, усиливает впечатления.

Не скучно ли артистам пересказывать историю 500-летней давности? Хотя с другой стороны – редкий случай — на родном языке. Повезло?

Андрис Людвигс, исполняющий главную роль,  неожиданно признался, что петь Гамлета на латышском языке трудно назвать везением, поскольку «наш язык явно не для оперы».

А вот с пониманием своего героя проблемы не возникло: «То, что он ищет, актуально и в наше время. Быть или казаться? Ответ он находит».

…Директор Латвийской Оперы накануне премьеры заверил журналистов, что, несмотря на пандемию, все певцы находятся в прекрасной форме (что они блестяще подтвердили на сцене): «Занимались дома – два раза в день по три часа».  И посетовал на нехватку денег. И попросил журналистов обязательно это отметить – особенно русских. Деньги Опере нужны на …русские титры. Нашли б нужную сумму, пошел бы перевод не только на английский, но и на русский. Может, найдутся меценаты, раскошелятся. Хотя бы в память о Михаиле Чехове. Все-таки, если б не он…

Елена СЛЮСАРЕВА

Фото Кристапса КАЛНСА