Налогоплательщикам теперь даже не обещают доступ к государственному здравоохранению: Клуинис

21 октября состоялось совместное заседание Комиссии по устойчивому развитию, Латгальской подкомиссии Комиссии по правам человека и общественным делам, а также Подкомиссии по общественному здоровью Комиссии по социальным делам и труду.

В таком формате депутаты провели немало встреч, стремясь улучшить доступность финансируемых государством медицинских услуг в Латвии. Их последняя встреча — прошедшая менее чем за две недели до окончания срока полномочий нынешнего созыва — фактически подвела жесткий и бескомпромиссный итог этой работе.

Представители Минздрава подтвердили: выделенные государством на текущий год 2,3 миллиарда евро в следующем году позволят лишь поддерживать существование самой системы здравоохранения и входящих в нее учреждений.

Однако для того, чтобы деятельность этих структур трансформировалась в реальное лечение конкретных пациентов, необходимы дополнительные средства. Либо государство предоставит недостающие 826 миллионов евро на предстоящий год, либо пациентам придется оплачивать лечение — свое и своих детей — самостоятельно, в каждом отдельном случае.

Возможно, государство проявит добрую волю и увеличит бюджет здравоохранения — пусть даже символически или на сумму, покрывающую официальный уровень инфляции, — но основная часть расходов ляжет на плечи жителей Латвии. При этом каждому придется платить соразмерно своим финансовым возможностям и той боли, которую причиняет болезнь.

Лотерея как основа системы здравоохранения в Латвии

В повестку дня совместного заседания комитетов Сейма были включены два вопроса: первый касался потребностей в финансировании здравоохранения и перспектив на предстоящий год, а второй — доступности медицинской помощи и услуг для детей.

Обсуждение началось со второй темы. Депутаты Сейма заслушали разъяснения Министерства здравоохранения по поводу отчета Государственного контроля — документа, название которого характеризует состояние системы здравоохранения в Латвии лучше, чем что-либо другое: «Здравоохранение для детей: лотерея, зависящая от места жительства».

Действительно, понятие «лотерея» — ключевая характеристика здравоохранения в Латвии. Используя этот термин, Государственный контроль раскрыл гораздо больше, чем, возможно, планировал. Эта «лотерея» в сфере медицинского обслуживания касается не только детей — и не только того, где проживает ребенок или любой другой пациент, — а, по сути, всей системы здравоохранения в целом.

Примером такой «лотереи» в здравоохранении — в частности, в том, что касается детей, — может служить случай, упомянутый в газете Neatkarīgā ранее в этом году в материале об одном из первых совместных заседаний комитета Сейма и его подкомитетов, состоявшемся 21 января.

Тогда депутаты попытались оспорить планы Министерства здравоохранения по закрытию оставшихся больниц в бывших районных центрах. Они указали на то, что в подобной ситуации путь до пациента, находящегося в критическом состоянии или пострадавшего в результате несчастного случая, станет слишком долгим, а доставка такого человека в больницу (в Ригу или в одну из немногих оставшихся в Латвии региональных больниц) для оказания серьезной медицинской помощи потребует слишком много времени.

Депутаты выразили обеспокоенность по поводу существенного разрыва в уровне безопасности и качестве жизни между жителями Риги (или тех мест, что расположены в непосредственной близости от больниц) и остальными жителями страны.

К сожалению, возникла необходимость публично успокоить как депутатов, так и жителей сельских районов, сославшись на недавний тревожный случай в Детской клинической университетской больнице: «ребенка в возрасте до двух лет, больного пневмонией, выписали из больницы в полночь — причем мать узнала о диагнозе совершенно случайно» и так далее.

Короче говоря, жители Риги не пользуются какими-либо необоснованными привилегиями по сравнению с сельскими жителями в том, что касается доступа к медицинской помощи.

Этот пример показывает, что все жители Латвии участвуют в своего рода «медицинской лотерее» — вне зависимости от места проживания или возраста. Что касается «университетских больниц», где лечат взрослых, то здесь можно было бы собрать не менее впечатляющий перечень провалов в оказании медицинской помощи, чем те, что были выявлены в Детской больнице.

Вместо того чтобы сосредоточиться на лечении, основное внимание уделяется отчетности

Забота о детях используется как инструмент для построения политической или бюрократической карьеры — как отдельными лицами, так и целыми учреждениями.

Подтверждением тому служит решение Государственного контроля провести аудит под названием «Здравоохранение для детей: лотерея, зависящая от места жительства», а также реакция других ведомств на эту инициативу. Парламентские комиссии потребовали — а Министерство здравоохранения предоставило — отчеты о выполнении требований, сформулированных по итогам этого аудита.

На мероприятии выступила Санита Янка — директор Департамента здравоохранения Министерства здравоохранения.

На заседании комитета Сейма присутствовала также представительница Государственного контроля; она приняла всё, что было сказано и представлено С. Янкой, не высказав никаких возражений.

Тем самым Министерство здравоохранения продемонстрировало не только своё истинное лицо, но и истинное лицо самого Государственного контроля — в частности, в одном из пунктов слайда из презентации С. Янки, где перечислены обязательства Министерства здравоохранения по выполнению требований Государственного контроля.

Оказывается, Государственный контроль вовсе не требует, чтобы финансируемая государством медицинская помощь детям стала доступнее быстрее, чем сейчас — не говоря уже о том, чтобы лечение приводило к выздоровлению, а не к осложнениям.

Вместо этого в пункте 1.1 Государственный контроль потребовал — а Министерство здравоохранения обязалось — сначала что-то «оценить», а затем провести оценку самой этой «оценки». Это подтверждается фрагментом слайда, продемонстрированного С. Янкой.

В противоположном углу той же страницы упоминается 2032 год — этот срок привязан к обещаниям «провести оценку», за которыми следуют обязательства «обеспечить», «усилить», снова «обеспечить» и, наконец, «отслеживать и оценивать».

При этом нет ни слова о том, чтобы к 2032 году государство гарантировало наличие достаточного числа врачей — а также финансирование для оплаты их труда и создания необходимых условий работы, — благодаря чему дети (будь то все дети, дети с определенными заболеваниями или какая-то иная категория) могли бы получать доступ к врачам, обследованиям и процедурам без долгих ожиданий в очередях.

Потребность в финансировании достигает астрономических масштабов.

Борис Книгин, заместитель государственного секретаря по финансовым вопросам Министерства здравоохранения, выдвинул ультиматум относительно дополнительного финансирования, которое необходимо получить от латвийского государства — или его жителей, — чтобы медицинские учреждения могли не только продолжать свое существование, но и оказывать услуги.

Для того чтобы объем этих услуг хотя бы отчасти соответствовал ожиданиям общества и амбициозным обещаниям политиков, требуется дополнительно 826 миллионов евро.

Чтобы не допустить, чтобы сектор здравоохранения увяз в долгах, угрожающих самому существованию его учреждений, по имеющимся данным, требуется дополнительно 77,8 млн евро.

Членов комитета — во главе с председателем Комитета по устойчивому развитию Угисом Митревицсом — поразили не столько внушительные суммы, сколько то, как именно распределяются эти 77,8 миллиона евро: львиная доля дополнительных расходов направляется на укрепление безопасности компьютерных систем.

Книгин пояснил, что запрашиваемые средства не изменят повседневную работу ИТ-систем для рядовых пользователей; их цель — создать защиту от утечек данных, подобных той, что произошла в Латвии в Дирекции безопасности дорожного движения (CSDD).

Такие меры безопасности, по всей видимости, необходимы — хотя бы для того, чтобы помешать мошенникам, которые, купив украденные из системы электронного здравоохранения данные, могут активизировать свои попытки обмануть людей, выдавая себя за врачей или даже работников ритуальных служб. Другие же могут стать жертвами шантажа: злоумышленники могут угрожать публичным разглашением полученной информации. И хотя любые расходы в рамках бюджета здравоохранения можно попытаться обосновать, напрашивается неизбежный вывод: трата этих средств всё меньше связана с непосредственным лечением пациентов.