Иветта, Лизетта, Мюзетта…Лариса Голубкина о жизни с Андреем Мироновым и без него

31 июля и 1 августа в концертном зале «Дзинтари» пройдет международный фестиваль музыки театра и кино Jūras Pērle, посвященный музыкальным произведениям, написанным для кинематографа, мюзиклов и спектаклей.

Зрители смогут окунуться в атмосферу синтеза разных видов искусств, вживую услышать песни в исполнении как самих актеров, сыгравших роли в фильмах, так и артистов, которые пели их за кадром. Во время исполнения песен будут демонстрироваться отрывки из кинолент, а на сцене — меняться декорации и происходить театральные действия.

На фестивале Jūras Pērle ожидается невероятное количество звезд. Один из фестивальных дней, 1 августа, будет посвящен памяти Андрея Миронова (в этом году исполняется 30 лет со дня его смерти). Среди гостей Jūras Pērle будет вдова артиста, замечательная актриса Лариса Голубкина.

Воспитательный момент

Лариса рассказывает:

— С одной стороны, меня радует, что часто вспоминают об Андрее. Но в то же время мне не нравится, когда люди после его смерти придумывают то, чего не было, приписывая ему только положительные качества, отчего Андрюша опустил бы голову. Мало кто замечал, что в жизни он даже немного сутулился, тем самым как бы желая избежать суеты вокруг него. Он стыдился своей славы.

Андрей вырос в замкнутом пространстве двух очень известных людей. Их дом был всегда полон знаменитостей: композиторов, писателей, актеров. У Андрюши была замечательная семья, но он сделал себя сам, хотя многие думали, что его продвигали знаменитые родители. Надо отдать им должное, они его не избаловали. Даже свою первую машину Андрюша купил на собственные сбережения.

Ему не хватало некоторой суммы, и он попросил денег у родителей, но те сказали, что не могут помочь. Тогда Андрей взял взаймы у одного художника, друга их семьи; потом, естественно, вернул долг. А уже после покупки узнал, что деньги этому художнику дали его папа с мамой. Вот такой воспитательный момент. Я считаю, что они поступили правильно.

Андрюша с детства привык решать свои проблемы сам, поскольку родители часто и надолго, иногда на полгода, уезжали на гастроли. Именно тогда у него развилось чувство одиночества, которое сопровождало его на протяжении всей жизни…

В халате и бабочке

— Мы познакомились с Андрюшей, когда мне было 22 года. Я училась в ГИТИСе на факультете музкомедии. Помню, я сдавала экзамен и в окно увидела Андрюшу, который выходил из такси с корзиной цветов.

Когда я впервые пришла к нему в гости, Андрей встретил меня в халате. Он до сих пор хранится у меня. Этот халат, подаренный известным писателем Владимиром Дыховичным, отцом Ивана Дыховичного, очень нравился Андрею. Он казался ему отблеском старого стиля, олицетворением барства.

Но в тот момент я крайне удивилась и сказала Андрюше, что, пока он не оденется, я в квартиру не зайду. Погуляв некоторое время на улице, я снова пришла, позвонила в дверь, и мне открыл Андрей, одетый в черный костюм с бабочкой и шикарные ботинки. Вот что значит человек с юмором!

Иветта, Лизетта, Мюзетта…

— О любовных отношениях Андрея до сих пор ходят легенды. Его превратили в какого-то донжуана. Будто он ничем, кроме романов, и не занимался в жизни: не играл в театре, не снимался в кино, не гастролировал. Будто у него не было ни жен, ни детей… Ревновала ли я его? Конечно! Но всегда держала себя в руках.

Помню, в 1980 году Алла Сурикова пригласила на главные роли в фильм «Будьте моим мужем» Андрюшу и очаровательную Леночку Проклову. В августе перед отлетом на съемки я и Андрей отдыхали у наших друзей в Голландии. Что мы там делали? Одевали Андрюшу! Купили модные брюки, куртку… И вот он улетел в Сочи… И не звонит! Что мне оставалось думать? Ясное дело, у Андрея роман с Прокловой!

Вдруг раздается звонок: «Ты можешь приехать?» Я тут же вылетела в Сочи. Вечером поехали в ресторан, потом Проклова всю компанию позвала к себе. Приходим, а там сидит мужчина с бородой. И вдруг я неожиданно ловлю себя на том, что начинаю злиться: как она могла променять Миронова на этого бородатого?!

Дар предчувствия

— Мы никогда не вели разговоров ни о смерти, ни о том, что с нами будет, когда мы состаримся. Жизнь Андрея была похожа на фейерверк — не в смысле веселья, а в том смысле, что не хватало времени остановиться и задуматься о том, что может произойти несчастье. Я удивлялась, что мы как-то очень складно живем. Очевидно, у нас просто не было времени ссориться.

У нас никогда не было стремления накопить побольше, как-то обустроить дом на будущее. Единственный раз, когда мы отмечали Андрюшино 40-летие, пришло очень много гостей, и мы задумались над тем, что нам нужно иметь гостиную, где могло бы уместиться много народу.

Мы обратились с просьбой о новой квартире в Моссовет, и ее удовлетворили. Это был 1987 год. При всей своей энергичности Андрей в этот год был неактивен. Казалось, он догадывался, что новое жилье ему не нужно. Мы ходили, смотрели какие-то квартиры, но Андрюшу это не радовало, он безразлично оглядывал стены. Уже после его смерти я стала задумываться о том, что, наверное, человек все-таки наделяется даром предчувствия…

Смерть в Риге

— Андрей был очень светлым человеком. Люди уходили от него только с улыбкой. Он был просто не способен сделать другому человеку больно. Андрюша никогда не завидовал ничьему богатству; правда, ему хотелось иметь иномарку, и он ее купил в 1985 году. Любил хорошо одеваться — ему нравились дорогие очки, куртки, хорошие ботинки, но он не был помешан на вещах.

Он был фанатом джаза и всегда просил меня привозить из заграничных поездок джазовые пластинки. Кроме них я обязательно должна была привезти сигареты Marlboro, потому что он курил только этот сорт. Андрюша обещал бросить курить в 40 лет, но так и не расстался с этой вредной привычкой до последнего дня.

…С Ригой меня связывает тяжелое воспоминание. 16 августа 1987 года Андрюша умер на гастролях Театра Сатиры. Потерял сознание во время спектакля, не доиграв последнюю сцену в комедии «Безумный день, или Женитьба Фигаро». Прошло почти 30 лет… После смерти Андрея я так и не вышла замуж. Не потому, что повернулась на нем. Просто мне не захотелось менять что-то после его ухода ни в нашей квартире, ни в своей душе…

Елена СМЕХОВА