Госпереворот в Польше? Она выходит из ЕС? Полиция у суда, президент разворачивает самолёт

Президент развернул самолёт

30 октября польский президент Кароль Навроцкий летел с официальным визитом в Сенегал, когда получил известия из Варшавы. Находясь над южной Испанией, он распорядился развернуть самолёт и возвращаться домой.

Причиной стало чрезвычайное обострение конфликта вокруг Конституционного трибунала — высшего органа конституционного контроля Польши. На сайте учреждения появилось распоряжение о временном отстранении его председателя Богдана Свенчковского и заместителя Бартломея Соханьского. Руководство трибунала отказалось признать это решение, заявив о незаконном захвате контроля над официальным сайтом.

У здания суда появились полицейские, произошли столкновения с протестующими, трое человек были задержаны. Оппозиция заговорила о государственном перевороте. Полиция, однако, отрицала, что штурмовала здание или вмешивалась в работу судей.

Чтобы понять происходящее, необходимо вернуться на десять лет назад. После прихода к власти партии «Право и справедливость» (PiS) в 2015 году началась масштабная судебная реформа. Её противники обвиняли правительство в подчинении судов политической власти. Европейские институты неоднократно критиковали Варшаву за нарушение принципа независимости правосудия.

Когда в 2023 году премьер-министром стал Дональд Туск, он пообещал восстановить верховенство права. Но возникла парадоксальная ситуация: чтобы отменить решения прежней власти, новое правительство само вынуждено действовать в условиях оспариваемой законности судебных институтов.

Ситуацию осложнило избрание президентом Кароля Навроцкого, поддержанного PiS. Он отказался принять присягу у троих из шести новых судей Конституционного трибунала, избранных парламентом в 2026 году. В результате президент, правительство и руководство суда оказались втянуты в затяжной конфликт о законности назначений.

30 октября противостояние достигло новой стадии. Министр юстиции Вальдемар Журек сообщил о пяти ходатайствах о снятии судейского иммунитета: четырёх в отношении Свенчковского и одного в отношении Соханьского.

Туск утверждает, что правительство восстанавливает законность после многолетнего правления PiS. Качиньский обвиняет власти в попытке захватить конституционный орган.

Главная опасность заключается в том, что государственные институты могут перестать признавать решения друг друга. Если парламент считает судей законно назначенными, а президент отказывается признавать их полномочия, возникает вопрос о действительности принимаемых ими решений. Польша рискует оказаться в ситуации, когда у каждой политической стороны будет собственное представление о том, что является законным.

Качиньский достал из кармана Polexit

Но конституционный кризис — лишь половина польских неприятностей. 28 октября лидер PiS Ярослав Качиньский выступил на экономическом форуме Krynica Forum 2026 с предложением радикально перестроить Евросоюз. Причём речь шла не о косметических изменениях, а о пересмотре самой архитектуры европейской интеграции.

Качиньский предложил ликвидировать Европейскую комиссию в её нынешнем виде, превратить Европарламент в собрание представителей национальных парламентов, реформировать Суд ЕС и значительно расширить полномочия национальных правительств.

Иными словами, вместо нынешнего Евросоюза он предлагает создать объединение суверенных государств, где ключевые решения принимаются национальными столицами, а не Брюсселем.

Но самой громкой частью выступления стало предложение использовать угрозу выхода из ЕС как средство давления на европейские институты.

«Это жёсткий метод, рискованный, но ситуация настолько плоха, что стоит прибегнуть и к такому методу, если другие не дадут результата», — заявил Качиньский.

Он предложил сформировать коалицию государств, которые потребуют пересмотра европейских договоров, а в случае отказа Брюсселя смогут начать переговоры о выходе из Евросоюза.

Формально Качиньский не призывал немедленно вывести Польшу из ЕС. Более того, он подчёркивал, что европейское объединение необходимо сохранить. Но само превращение выхода из ЕС в допустимый инструмент политического давления означает существенное изменение риторики PiS.

Призрак британского Brexit

Дональд Туск немедленно обвинил Качиньского в подготовке Polexit — польского аналога Brexit. Министр иностранных дел Радослав Сикорский предупредил о возможных последствиях: возвращении таможенных барьеров, ограничении свободы передвижения, потере европейских субсидий и осложнении торговых отношений с соседями.

Сикорский напомнил и о британском опыте. В Великобритании угроза выхода из ЕС первоначально также использовалась политиками как средство давления на Брюссель. Однако затем последовал референдум, завершившийся настоящим Brexit.

Впрочем, даже внутри польских правых нет единства по этому вопросу. Бывший премьер Матеуш Моравецкий выступил за сохранение членства Польши в ЕС, хотя и поддержал необходимость реформ. Другие представители PiS также поспешили заверить избирателей, что партия не собирается выводить страну из Евросоюза.

Два кризиса — один конфликт

На первый взгляд борьба вокруг Конституционного трибунала и споры о выходе из ЕС никак не связаны. Но в действительности за ними стоит один и тот же вопрос: кто должен обладать окончательной властью — национальные политические институты или наднациональные европейские структуры?

PiS давно обвиняет Брюссель во вмешательстве во внутренние дела Польши. Туск, напротив, считает соблюдение европейских правовых стандартов необходимым условием восстановления независимости польских судов.

Остроты ситуации добавляют предстоящие осенью 2027 года парламентские выборы. Спор о судебной системе и будущем Польши в Евросоюзе становится важнейшей частью политической борьбы.

Пока ни государственный переворот, о котором говорит оппозиция, ни выход Польши из ЕС не являются свершившимися фактами. Но события последних дней показывают, насколько глубоко разделена польская политическая элита.

И самое тревожное здесь даже не взаимные обвинения. Гораздо серьёзнее то, что противоборствующие стороны всё чаще оспаривают не отдельные решения друг друга, а само право оппонентов принимать эти решения. Когда подобный конфликт охватывает правительство, президента и Конституционный трибунал, обычная политическая борьба превращается в кризис государственных институтов.