Если продаёт за деньги, то это уже не порнография? Вейдемане о закрытом деле против Кристиана Бректе

В сентябре присяжный адвокат Виктория Яркина попросила полицию оценить возможное содержание детской порнографии в произведениях художника Кристиана Бректе. Того самого автора скандального мурала на стене 40-й Рижской школы.

«Мы не можем, иллюстрируя интервью, публиковать эти работы, — рассказала тогда Якрина «Неаткариге», показывая три картинки с коллажами — маленькие девочки в эротических позах, совершающие половые акты. — Если человек демонстрирует такие свои работы публично, а потом ему позволяют рисовать свои фантазии на школьной стене, какое послание он может передать детям? Если человек публично позиционирует себя с чем-то таким, в чем я лично вместо искусства вижу элементы детской порнографии с несовершеннолетними девочками, мне было важно привлечь к этому внимание общественности».

Полиции рассмотрела заявление адвоката. Ответ пресс-секретаря Рижского регионального управления государственной полиции Ольги Козыревой звучит довольно забавно: «Мы оценили фотографии, которые были приложены к заявлению. Существует Закон об ограничении порнографии, в котором есть дефиниция порнографии, но там есть и исключения. Мы пришли к выводу, что художественная ценность все-таки есть, потому что он продает свои работы, он зарабатывает на этом деньги, так что это исключение. Констатировали, что [работы] не соответствуют определению порнографических материалов».

«Я исследовала Закон об ограничении порнографии, в котором каждый абзац соответствует «произведениям искусства» Кристиана Бректе, как хорошо сшитый костюм. Но полиция, конечно, лучше знает, насколько подходит этот костюм, — иронизирует Вейдемане. — Определенное направление полиции этой осенью указала министр внутренних дел Мария Голубева, заявив, что полиция, скорее всего, прекратит уголовное дело. «Я была бы очень удивлена, если нет», — добавила та.

Это было прямым давлением на следователей, но, наверное, это норма в полиции, когда министр указывает, какое дело закрыть, а какое продолжить, — пишет Вейдемане. — Теперь мы знаем, что, если художник рисует и продает свои порноработы, его или ее нельзя обвинять в распространении порнографии, но строгость закона будет обращена против настоящих порнографов, например, некоммерческих организаций, которые бесплатно, по простоте душевной распространяют порнушку. А если в компьютере будут обнаружены изображения детской порнографии, владельцу компьютера останется только сказать, что он продал эти фотографии кому-то (а посему они имеют художественную ценность!) – все в порядке, этот человек невиновен, как детские слезы, полиция еще принесет извинения за беспокойство.

Разве не славно жить в королевстве кривых зеркал?»