Доходов нет, а налоги есть: пенсионерка платит тысячи евро в год за землю, где устроили стоянку

«Когда в 90-е нам вернули землю прародителей, я искренне верила, что Латвия наконец восстанавливает справедивость», — рассказывает Илзе. Это был участок земли, который приобрели ее дед и бабка в 1920 году. Однако в советское время на участке был построен многоквартирный дом, и собственность принесла Илзе одни проблемы.

«Я эту землю не выбирала, я там ничего не строила, а теперь несу за это ответственность», — говорит она. Жильцы дома годами используют эту территорию, живут здесь, паркуют автомашины, соорудили стоянку, но за это не платят. Тем временем владелица должна платить за участок налоги и нести юридическую ответственность.

Сумма налога на недвижимость составляет более 2700 евро в год. Илзе обращалась во все возможные институции — в самоуправление и в суды, даже писала президенту Латвии. Но в ответ — тишина.

«Все вроде бы понимают, всем жаль, но никто ничего не делает. Всегда слышу одну лишь фразу: «Это сложная юридическая ситуация». Неужели за 30 лет нельзя ее решить?» — спрашивает она. Илзе убеждена, что государство, вернувшее собственность, несло ответственность и за создание законных механизмов, чтобы люди могли эту собственность использовать, а не быть ее жертвами.

Ситуация становится еще абсурднее, когда Илзе приходится нести ответственность за строения, которых она не строила: «Жильцы дома самовольно соорудили стоянки на зеленой зоне, а теперь мне как землевладельцу вменяется в обязанность эти сооружения демонтировать, ликвидировать последствия и платить повышенный налог на недвижимость — 3% от кадастровой стоимости. Разве это власть закона? Разве это та справедливость, за которую мы боролись?»

«Никто не хочет увидеть эту ситуацию такой, какова она есть», — считает Илзе. Она задает неудобные, но существенные вопросы: «Сколько людей в Латвии на сегодня живут в таких ловушках восстановленной «справедливости»? Сколько тех, кто платит за землю, которую никогда не могли использовать? Сколько тех, кто молчит, потому что говорить нет больше сил?»

Илзе подчеркивает, что ее цель не состоит в том, чтобы жаловаться: «Я уже не знаю, к кому обратиться. Моя единственная цель — добиться, чтобы в обществе услышали: это неправильно, когда государство возвращает имущество, но не дает возможности его использовать. Несправедливо, когда у человека есть обязанности, но никаких прав нет».

«Я боюсь, что до исхода этой борьбы я не доживу. Но, может быть, кто-то прочитает и задумается. Может быть, какой-нибудь юрист, политик или чиновник заметит эту несправедливость. И, может быть, хотя бы одному человеку, который столкнулся с подобной ситуацией, станет немного легче», — надеется Илзе.

(Иллюстративное фото.)