Брак — идеология системы здравоохранения

Ну как же иначе!? Мракобесие, конечно! Невежество! Если речь идет об отношении к врачам. А что касается системы здравоохранения, которая уже двадцать с лишним лет никак не может добиться улучшения общей картины состояния здоровья народа, «идеологии» так называемых реформ системы, фактически способствовавших распространению болезней, то следует говорить о мракобесии в самой этой системе. Хорошо бы ее прикончить.

Поскольку, на мой взгляд, она уже весьма долго старается не ради здоровья людей, а ради «индустрии» болезней. Она считает приемлемым отказать или отложить лечение не по профессиональным соображениям, а под влиянием разных побочных факторов. Она годами (значит, вполне сознательно) поддерживает и выстраивает разные бюрократические преграды между пациентом и его здоровьем, между медицинскими учреждениями и лечением болезни наиболее соответствующим состоянию человека способом и в наиболее эффективные для его здоровья сроки. Чуть ли не единственным критерием доступности медицины стали деньги, а не своевременность, качество, высокий уровень врачей и медицинских учреждений…

Система заикается о профилактике и взывает к общественному сознанию, однако не способна предложить обществу заинтересованную, достаточно строгую и содержательную поддержку здорового образа жизни на уровне государственной политики. Если вооружиться мнением Всемирной организации здоровья, что вклад медицины в здоровье человека составляет 20%, то непонятно, почему система не интегрирует в конкретную политику все элементы, которые это здоровье определяют (условия жизни, экология, продовольствие). У системы хватает наглости использовать профилактические мероприятия как денежные насосы. Потому что при обнаружении в ходе таких мероприятий болезней человеку, как правило, говорится, что все доступные ему пути лечения лежат только через его кошелек. Система допускает дискриминацию в здравоохранении как по старости, так и по достатку. Она годами ноет о финансовом голоде, но не сподобилась даже произвести в государственной практике корреляцию всем известного факта старения общества с реальной демографической нагрузкой на работающих. Она делает отдельных людей ответственными за проблемы, причиной которых является качество самой системы. Включая финансирование. Как система (!) она уже не спасает жизни, а существует (паразитирует) за счет жизненных рисков людей. Человек ей безразличен — слишком очевидно то, что и для Минздрава, и для государственной политики расходы на медицину есть траты, а не инвестиции в человека.

Поданный же в Сейм законопроект о финансировании здоровья является лишь хорошей иллюстрацией сказанного выше. Можно, конечно, было бы слукавить, сказав, что Минздрав подал в Сейм брак, депутаты этот брак увидели и потому заговорили, что проект надо отдать на переработку. Но я все–таки считаю, что Минздрав (система) представил Сейму очередной, выдержанный в духе вышесказанного, идеологический концепт, который Сейм пытается оправдать.

Разные группы врачей считают, что здравоохранению закон ничего не даст. Омбудсмен Латвии полагает, что законопроект, концепция правительства социально несправедлива и, «не обеспечивая необходимый каждому минимум медицинской помощи, она увеличит количество безработных и получателей пособий, будет способствовать социальной отторженности, ухудшит и так уже критическое состояние здоровья жителей Латвии». А законодателю проект кажется концептуально (!) приемлемым и как средство, «чтобы привести в порядок отношения налогоплательщик

ов с государством». Законодатель в очередной раз собирается сделать простых людей виноватыми за то, что экономика Латвии предпочитает для своего существования серую зону. Подобные законопроекты есть весьма наглядная иллюстрация того, что исполнительная власть не способна создать и осуществлять такие сценарии продвижения экономики, которые хоть на элементарном уровне позволяли бы государству выполнять свои обязательства перед людьми.

20 марта 2014. №12