«А ты сиди дома и вари борщ!» Женщины вытесняют мужчин с рынка труда в США

По данным Бюро трудовой статистики США, за месяц американская экономика прибавила 162 тысячи рабочих мест. Из них 158 тысяч — женские. То есть на долю женщин пришлось около 98% всего прироста занятости. Мужчинам осталось всего 4 тысячи новых рабочих мест — почти в 40 раз меньше.

Одним случайным месяцем дело, похоже, не ограничивается. За последние 12 месяцев число работающих женщин в США выросло более чем на 870 тысяч. А число работающих мужчин за то же время, напротив, сократилось почти на 1,5 миллиона. По словам директора по экономическим исследованиям Indeed Hiring Lab Лоры Уллрих, разрыв между числом рабочих мест, занимаемых женщинами и мужчинами, достиг невиданного прежде уровня.

«Мы находимся в самом центре перемен. Они происходят прямо у нас на глазах», — говорит Уллрих.

Отчасти объяснение довольно прозаично. Американский рынок труда сейчас растет прежде всего там, где традиционно работает много женщин. Главным мотором создания новых рабочих мест уже больше года остается здравоохранение, а там женщины составляют свыше 80% работников. В августе ожили местные органы власти и образование, вместе создавшие 42 тысячи рабочих мест — примерно четверть всего месячного прироста. В образовании, профессиональной подготовке и библиотеках женщины занимают почти три четверти рабочих мест.

Но этим объясняется не все. Женщины стали активнее получать работу даже в традиционно мужских отраслях — например, в промышленности.

Это видно и по безработице. В августе она составляла среди женщин 3,9%, на 0,4 процентного пункта меньше, чем годом ранее. Среди мужчин — 4,4%. Причем в годовом выражении положение женщин заметно улучшилось, тогда как мужская занятость резко сократилась.

Правда, экономисты предостерегают от слишком радостного лозунга «женщины победили». Месячные данные способны сильно колебаться. Кроме того, женский успех может объясняться не только эмансипацией, но и качеством создаваемых рабочих мест. Женщины в среднем получают меньше мужчин, поэтому их растущая доля среди нанятых может означать, что экономика создает прежде всего сравнительно низкооплачиваемые вакансии. Женщины также чаще работают сразу в нескольких местах, а значит, часть статистического прироста может приходиться на тех, кому одной зарплаты просто недостаточно.

Есть и противоположная тенденция: матери маленьких детей продолжают уходить с рынка труда — явление, для которого в США даже придумали термин mom-cession, «мамина рецессия».

И все же цифры выглядят почти символически. Еще совсем недавно западная модель семьи менялась главным образом за счет выхода женщины из кухни и детской на рынок труда: вместо «муж работает — жена ведет хозяйство» постепенно утверждались две работающие половины семьи.

Теперь статистика словно предлагает следующую серию.

Все последние годы мужчин пугали будущим, в котором их рабочее место займет искусственный интеллект. Но пока роботы еще только собираются за ними прийти, место уже заняла женщина. И если нынешняя тенденция продолжится, старую семейную формулу действительно придется перевернуть: жена утром берет портфель и отправляется на работу, а муж остается дома — готовить ужин, встречать детей из школы и спрашивать у жены вечером: «Ну как там сегодня в офисе?»

Гендерные роли, получается, действительно меняются. Только совсем не обязательно в ту сторону, которую представляли себе авторы многочисленных прогнозов о будущем труда. Возможно, первым массовым «профессиям будущего» окажется вовсе не оператор нейросети, а мужчина-домохозяин.