Киев ищет политические обоснования для заморозки выплат по долгу России

Украина претендует на российское зарубежное имущество в качестве компенсации за экономический ущерб от «ухода» Крыма в состав России. Судебные перспективы этого спора эксперты оценивают как крайне невысокие: Европа вряд ли станет загонять отношения с Москвой в тупик, а для стран за пределами Евросоюза решение ЕСПЧ (Европейского суда по правам человека), даже если таковое появится, не обязательно к исполнению. Зато претензии Киева на госсобственность России можно использовать для того, чтобы политически обосновать отказ от выплат по евробондам 2013 года. Срок платежа как раз наступает в июне.

О претензиях на зарубежное имущество России заявила накануне замминистра юстиции Украины Наталья Севастьянова в эфире украинского телеканала. По ее словам, это один из возможных механизмов взыскания с России того ущерба, который нанес Украине переход Крыма под российскую юрисдикцию. Соответствующий иск Киев подал в ЕСПЧ в декабре прошлого года, но до его рассмотрения по существу еще далеко. Бывшая союзная республика оценивает нанесенный ей ущерб в 47,3 миллиарда долларов, однако эту сумму надо еще обосновать. Тем более что с юридической точки зрения полуостров сначала отсоединился от Украины, а потом уже вошел в состав РФ, — то есть Москва в причинении ущерба вроде как и не виновата.

Спор о советском наследстве

О каком российском имуществе идет речь? Ни одного российского объекта недвижимости на территории Украины нет, заявил, комментируя претензии Севастьяновой, пресс-секретарь управделами президента РФ Виктор Хреков. Зато между Россией и Украиной уже лет двадцать идет вялотекущий спор за бывшее советское имущество. В 1991 году Россия оставила за собой права на всю зарубежную советскую собственность, в обмен приняв на себя внешний долг СССР в размере 96 миллиардов долларов. Не согласна с таким бартером была только Украина, пожелав выплатить свою часть долга самостоятельно и получив взамен равноценную долю союзного заграничного наследства. Правда, до дележки совместно нажитого обе страны так и не дошли: определены были лишь размеры украинской части советского долга — 16 процентов, или 13,3 миллиарда долларов. К 1994 году надежда выплатить России эти деньги иссякла, и Киев подписал так называемое «нулевое соглашение»: долг и советская собственность должны были отойти РФ. Однако Верховная Рада так его и не ратифицировала.

Причин тому несколько. Во-первых, в добавление к «нулевому варианту» Киев требовал 40 зданий в разных странах мира для размещения своих посольств. В процессе переговоров список удалось сократить до 36, а потом до 28 объектов. Беда в том, что из предложенных Россией вариантов Украину устроили только девять, так что договориться не удалось. Во-вторых, на Украине подсчитали, что общее советское имущество за рубежом стоит порядка 300-400 миллиардов долларов. Заплатить России 13,3 миллиарда и получить собственности на 50-70 миллиардов показалось депутатам Рады выгодной сделкой. К началу 2000-х киевские власти претендовали на советское наследство стоимостью 12,1 миллиарда долларов, а также на 42,1 тонны золота и 600 миллионов советских рублей деньгами. Но все эти цифры существуют лишь в теории, — как неоднократно говорил Владимир Кожин, занимавший пост управделами президента до 2014 года, оценку проводить дорого и бессмысленно, ведь никто не собирается ничего продавать. Балансовая стоимость всего зарубежного недвижимого имущества России, по сделанной несколько лет назад оценке Счетной палаты, составляет 2,6 миллиарда долларов.

Максимум чего удавалось добиться Киеву — заморозить в ряде стран перерегистрацию советской собственности на Российскую Федерацию в начале 90-х. Речь шла всего о 744 объектах собственности. Со своей стороны Москва не раз требовала от Киева ратификации «нулевого соглашения» 1994 года. Например, в 2009 году это было одним из условий предоставления Украине пяти миллиардов долларов кредита. С премьер-министром страны Юлией Тимошенко об этом удалось договориться, а вот с президентом Виктором Ющенко — нет. Переговоры по кредиту в итоге зашли в тупик, и вопрос о ратификации отпал сам собой.

Занимайте очередь за ЮКОСом

Казалось бы, теперь у Киева появился новый аргумент в споре за имущество — ущерб, причиненный «уходом» Крыма в состав России. Однако до сих пор попытки покуситься на российскую зарубежную собственность не увенчивались успехом, напоминает «Ленте.ру» замгендиректора Центра политтехнологий Алексей Макаркин.

«Сразу вспоминается история с фирмой Noga, которая в суде выиграла право получить от России компенсации в размере 27 миллионов долларов и пыталась арестовать российское имущество, в том числе счета в банках, и даже арестовали российский учебный парусник, вошедший во французскую гавань, — говорит эксперт. — Однако потом все аресты сняли. Украина будет стоять в очереди на российское имущество за акционерами компании ЮКОС, которые в Гааге выиграли у России иск на 50 миллиардов долларов, однако Россия не выплачивает компенсаций и явно не собирается».

Схожего мнения придерживается и вице-президент Ассоциации политконсультантов Украины Андрей Бодров. «Не могу расценивать как высокую вероятность того, что Россию заставят расплачиваться собственностью, — сказал он «Ленте.ру». — Даже если симпатии Страсбургского суда окажутся на стороне Киева, придется найти сложную формулу оценки ущерба, доказать, что в нем виновата Россия, а потом предпринимать массу усилий для имплементации этого решения. Даже в Европе мало стран пойдут на конфликт с Россией из-за ареста имущества. Скорее всего, эти претензии — средства политического мотивирования во внешнеполитическом диалоге с Россией».

Платить нельзя погодить

И действительно, претензии по советскому имуществу могут стать дополнительным политическим обоснованием, например, для того, чтобы в июне не производить выплат по так называемым «миллиардам Януковича». В декабре 2013 года Россия выкупила украинские евробонды на сумму три миллиарда долларов со сроком обращения два года и со ставкой купона 5 процентов годовых. Это была тщетная попытка поддержать тогдашний официальный Киев финансово. Целиком программа предусматривала выкуп евробондов на сумму 15 миллиардов долларов, но из-за Майдана до этого не дошло. «Миллиарды Януковича» должны быть выплачены Москве в конце этого года, а ближайший платеж как раз в июне. Украина платить не хочет. В мае Верховная Рада даже специально приняла закон, который дает кабмину право вводить мораторий на выплату внешнего долга. С сегодняшнего дня эта норма вступает в силу. Однако отказ от внешних обязательств слишком напоминает технический дефолт, о чем не преминули заявить все российские представители — от депутата Госдумы до министра финансов и пресс-секретаря президента включительно. А реструктурировать долг Россия отказывается, хотя Киев обратился за посредничеством к МВФ. По сути, вопрос о дефолте Украины сегодня «подвешен» именно на эти злосчастные евробонды.

«Думаю, что, претендуя на российское имущество за рубежом, Киев как раз прицелился к этой сумме долга», — считает Алексей Макаркин. А Андрей Бодров признает: в качестве юридического обоснования для отсрочки платежей история с претензиями на российскую собственность никуда не годится, но как политическое оправдание — вполне сойдет.

Спор об имущественных компенсациях за «крымский ущерб» может развернуться и по другому сценарию. Российской собственности на Украине нет, зато есть собственность российских компаний с госучастием. Например, у Роснефти есть завод в Лисичанске. Теоретически взыскание можно обратить и на эту собственность. «С компаниями, которые на 100 процентов государственные, проще, но у того же «Газпрома» есть частные акционеры, в том числе иностранные. И конфискация имущества «Газпрома» может, в свою очередь, вызвать иски со стороны акционеров», — отмечает Макаркин. К тому же и за «Нафтогазом» числится корпоративный долг «Газпрому», сумму которого, по словам эксперта, «при желании можно довести до 30 миллиардов долларов». И в этом случае российская и украинская стороны рискуют на долгие годы увязнуть в судах, а финансовые дела Киева от этого не поправятся.

Конфискуйте это немедленно

Еще один вопрос — что именно, хотя бы теоретически, могло быть конфисковано и пущено с молотка для удовлетворения иска Украины. Да, за Россией числится немало сверхдорогих объектов недвижимости: участок земли под строительство Русского центра в Париже стоимостью более двух миллиардов рублей; Русский центр культуры и науки в Берлине — 1,4 миллиарда; участок в Лондоне за 404 миллиона; подворье РПЦ в Италии за 324 миллиона… Однако даже с учетом того, что оценка не рыночная, претензий Украины все это удовлетворить не может (а ведь есть еще иск акционеров ЮКОСа).

«Речь, скорее, не о зданиях или сооружениях — их не так много и они не так дорого стоят, к тому же консульства и диппредставительства неприкосновенны, — говорит Ленте.ру первый зампред Комитета Госдумы по международным делам Леонид Калашников. — Речь о банках, вкладах, ценных бумагах и российских фондах, которые держатся в зарубежных ценных бумагах». По мнению Калашникова, в Европе понимают, что покушение на эти активы означало бы полноценную холодную войну, и вряд ли пойдут на такое. Во всяком случае, ни Noga, ни ЮКОС реализации российского имущества с молотка и выплат компенсаций так и не добились.

А вот сама Россия в Крыму между тем предпринимает симметричные меры, готовясь к продаже национализированного властями полуострова имущества. В конце мая Госдума приняла закон о дополнительных компенсациях крымским вкладчикам украинских банков. Чтобы провести выплаты, решено, в том числе, пустить с молотка часть реквизированной на территории Крыма недвижимости, принадлежавшей «Приватбанку» и «Ощадбанку».

В целом все это напоминает холодную дипломатическую войну с финансовой составляющей. Украина грозит ободрать Россию как липку в европейских судах, Москва показывает, что нанести оппоненту экономический удар она в состоянии и без походов в Страсбург и Гаагу. В наиболее уязвимом положении тут Киев, которому в июне надо или произвести выплаты по евробондам, или признать отказ от обязательств — и это де-факто будет дефолтом. Единственный путь избежать его — договориться с Москвой о реструктуризации долга. Но претензии на зарубежное имущество России — не самый разумный путь к началу таких переговоров.

Долг конфискацией красен