В октябре 1934 года в рижской гостинице «Петербургская» скоропостижно скончался выдающийся тенор, солист Оперного театра имени Станиславского Леонид СОБИНОВ. Его смерть до сих пор окутана некой таинственностью. Еще в середине 1980–х автор этих строк встречался со старожилом Риги Николаем ИВАНЕНКО, который говорил, что это было политическое убийство. Родные Иваненко дружили со следователем КАРЧЕВСКИМ — от него и услышали версию об убийстве.
Я решил полистать крупнейшую русскую газету тех лет «Сегодня». Что она писала о трагических событиях? Как оказался Собинов в Риге, где остановился?
В Ригу Леонид СОБИНОВ приехал 11 октября 1934 года вечером, в четверг. Он был не один — с женой Ниной Ивановной и 13 летней дочкой Светланой — Светиком, как он любил ее называть. Рига, без преувеличения, была для Леонида Витальевича вторым домом: его жена вела род от знаменитой рижской купеческой династии МУХИНЫХ. Нина Ивановна приходилась родной сестрой выдающемуся скульптуру Вере МУХИНОЙ.
Нина была сказочно красива. Когда в Испании во время корриды кто–то из зрителей бросил тореадору розу, тот подарил ее Нине — как самой очаровательной зрительнице…
В Ригу Собинов приезжал не только по родственным делам — часто гастролировал в Национальной опере. Старая рижанка рассказывала мне, как однажды была в гостях на улице Базницас, 6, и увидела там Собинова. Он приходился родственником хозяину дома. Хозяин рассказал сальный анекдот, и Собинову пришлось за него извиниться.
За год до смерти Собинов тоже был в Латвии: лечился в Кемери. Свидетельство о той поездке — автограф, который он оставил основательнице и попечительнице Русской женской гимназии Олимпиаде ЛИШИНОЙ. С ее семьей Собиновых связывала давняя дружба. На афише, выпущенной в Москве к 35–летию артистической деятельности выдающегося певца, надпись: «Дорогому другу Олимпиаде Николаевне Лишиной на добрую память. Преданный и любящий Леонид Собинов, 1933 год, Рига».
По рекомендации врачей и в следующем, 1934 году он отправился на воды — только на сей раз в Чехию, в Мариенбад (нынешние Карловы Вары).
В Мариенбад выдающийся тенор поехал с самыми близкими людьми — супругой и дочкой. Воды сделали то, чего не могли сделать врачи: не только подняли певца на ноги, но и в буквальном смысле возвратили ему вторую молодость. В приподнятом настроении певец поехал в Италию — показывал своим близким знаменитую Миланскую оперу, на сцене которой когда–то блистал.
Из Милана Собиновы возвращались на родину. Первую остановку сделали в Берлине. Леонида Витальевича консультировал, как писала газета, светило немецкой медицины профессор ВАЛЬТЕР. «Он нашел здоровье артиста настолько удовлетворительн
Вторую остановку на пути в Россию Собиновы сделали в Риге. Обычно во время рижских визитов Собиновы останавливались у друзей на улице Алунана. На сей раз нарушили традицию — разместились в «Петербургской». Друзья нашли, что лечение пошло артисту на пользу. Как вспоминал один из современников, «Леонид Витальевич поразил нас своим бодрым и жизнерадостным видом. Он даже как бы помолодел, был оживлен и весел».
В субботу за несколько часов до трагедии Собинов отпустил на спектакль в Театр русской драмы своего Светика. В воскресенье к обеду супруги ждали в гости старых друзей. Как пишет «Сегодня», ничто в состоянии Собинова в тот вечер не давало абсолютно никаких оснований для мрачных предположений и беспокойства. А уже в понедельник, 15 октября 1934 года, «Сегодня» на первой полосе сообщала: «Вчера в Риге скоропостижно скончался знаменитый артист Л. В. Собинов».
В этом же номере газета достаточно подробно рассказывала подробности случившегося: «Под утро супруга Собинова услышала, что он, лежа в своей кровати, издает какие–то странные звуки, похожие на всхлипывания. Она бросилась к нему с криком: «Леня, Леня, проснись!» Собинов не отзывался. Нина Ивановна не растерялась и сделала мужу обычное впрыскивание, которое делала не раз. Но пульса уже не было!»
Как констатировали врачи, смерь наступила в 6.30 утра «от разрыва сердца». О трагическом известии жители Латвии узнали в 9 утра — из сообщений московского радио.
Телеграммы о смерти Собинова с пометкой «срочно» полетели из Риги в разные концы света, в том числе в Берлин — сыну артиста от первого брака Борису. (Борис, после революции эмигрировавший в Германию, был талантливым пианистом. Другой сын певца от первого брака — Георгий — обладал великолепным голосом, ему прочили славу отца. Но он не стал продолжателем династии — погиб в Гражданскую.)
Далее события следовали своим чередом. В тот же день в седьмом часу вечера тело артиста было вынесено из гостиницы и перевезено в помещение полпредства советской России в Латвии. Именно в это помещение с певцом пришли проститься его близкие, друзья. 16 октября гроб был отправлен в Москву.
А в середине октября 1934–го Ригу потрясла еще одна трагедия: убийство главы Православной церкви Латвии — владыки Иоанна ПОММЕРА. Рассказывают, что когда гроб с телом владыки выносили из кафедрального собора, мимо проезжала траурная процессия с гробом Собинова — по пути на вокзал. Так неожиданно пересеклись пути этих двух больших людей — при жизни, видимо, совсем незнакомых…
Смерть Собинова, как и гибель Иоанна Поммера, оставила много загадок. Как же так, полностью восстановившийся после лечения человек внезапно умирает? — задавались вопросом друзья и знакомые артиста. Что стало причиной смерти?
«Сегодня» ничего не писала на эту тему. Но старый рижанин рассказал: в обществе говорили, что это могло быть политическое убийство. Ведь Собинов отчасти занимался идеологией: был замом по художественной части ведущего театра — имени Станиславского. Авторитет большой, а вот идеологически — «не наш человек». И сын в Берлине, и родня жены за кордоном, да и происхождение далеко не пролетарское у обоих…
Пищу для размышлений давало и то, что за день до смерти он побывал на приеме в полпредстве советской России.
Хотя, пожалуй, все домыслы о политическом убийстве не имели никакого отношения к действительности
После смерти Собинова «Сегодня» написала статью памяти певца. Ее автор — известный журналист, культуролог Петр ПИЛЬСКИЙ:
«О нем нельзя говорить только как о блестящем певце, о замечательном теноре, о прекрасном исполнителе оперных партий. Это было главное, и все–таки в эти формулы Собинов целиком не укладывался. Культурно, духовно он был выше и сильней, чем даже эта завидная и прекрасная односторонность… Он никогда не запирался в какую–нибудь одну тесную клетку, хотя бы и золотую… Теноры были и будут — Собинов остается среди них счастливым одиночкой, сверкающим исключением…»
(!) ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ. В следующей публикации мы расскажем о знаменитых гостях отеля «Рим», который находился на месте нынешней гостиницы «Рига», — Иване БУНИНЕ и Федоре ШАЛЯПИНЕ. Правда, Шаляпин жил в другой гостинице — «Метрополе», а в «Рим» любил ходить в знаменитый ресторан…
* Продолжение серии исторических публикаций известного краеведа и журналиста, сотрудника нашего еженедельника. Начало — в двух предыдущих номерах «ВЕСТЕЙ».
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.