За семгой на Терский берег Белого моря

Есть рыбаки, которых тянет в далекие места. В советские годы многие из них ехали на Русский Север — в Архангельскую область, Мурманскую, в Карелию, а в новые времена любители дальних странствий переключились на Финляндию, Швецию, Норвегию, страны бассейна Карибского моря, Индокитай… Рижанин Алексей ГЕДЕРЦЕВ не изменил давней привязанности — уже 36 лет он ездит на Терский берег Белого моря. Едет каждый год на праздник для души.

Уезжает весной либо осенью. В этом году отправился в июне.

— Приезжаю туда на свой день рождения — 5 июня, когда там ранняя весна. В этом году чуть припозднился: приехал на неделю позже. Вода была уже низкая, трудно было плыть, но все равно рыбы хватало, — рассказывает Алексей ГЕДЕРЦЕВ.

Есть места на побережье, где семга крупнее. Тут — 2–3 килограмма. 5–килограммовая считается редкостной удачей… Но о рыбалке — чуть позже. А пока — о самом путешествии до Терского берега, которое тоже стоит отдельного рассказа.

— Из Риги выехали на машине, — продолжает Алексей. — На пароме переправились в Финляндию, потом добрались до Северной Карелии. Через два дня были в начальной точке маршрута — в поселке Умба, на берегу Белого моря. Это — Мурманская область, крупнейший населенный пункт Терского района… Старые друзья встретили хлебосольно, с банькой, но долго расслабляться не было времени — утром продолжили путь, уже на ЗИЛ–131. Тот, кто прошел армию, хорошо знает эту марку. Предстояло проехать 100 километров на север от Умбы. Ехали семь часов: бездорожье. Потом по реке Индель на катамаране спускались вниз по течению. Дальше была река Панна, потом — Варзуга. Село Варзуга, расположенное на двух берегах одноименной реки, в 22 километрах от Белого моря, и стало конечной точкой нашего маршрута…

Ловят семгу не только на Белом море, но и на Баренцевом — северном побережье. Несмотря на кризис в России и в Европе, рыбаков тут с каждым годом все больше.

— Не только россиян, но в первую очередь иностранцев: поляков, финнов, литовцев, латышей, эстонцев… Потому что таких мест в Европе больше нет — заповедник дикой природы, где водится семга. Да, в Швеции тоже можно поймать лосося — но разве это рыбалка? Там он искусственный, — продолжает Гедерцев. — Не случайно сами шведы сняли еще в 2000–м фильм об этих местах, название которого говорит за себя — «Последнее королевство дикого лосося»…

Причем едут сюда несмотря на то, что цены год от года растут. По словам собеседника, еще года два назад лицензия и проживание — с завтраком и ужином — обходились в 100 долларов в день. Сейчас только за лицензию на 12 часов нужно выкладывать 100 евро. А если десять дней? Плюс проживание, питание. Тем более, по словам рассказчика, это еще божеские цены.

— Есть более дорогие базы, а не палаточные лагеря, — говорит Алексей. — Например, такой, где двух человек каждый день вертолетом развозят по рекам. Есть и такие, где нужно ехать на лодке. Есть — где нужно идти пешком. Цены разные. Я назвал минимальные…

При этом семгу брать запрещается. Принцип: поймал — отпусти. Хотя, что греха таить, на месте все же ее готовят. А вот увозить с собой — тут лучше не шутить.

По словам собеседника, если раньше арендаторы берегов вдоль реки были иностранцы, которые продавали лицензии (например, знаменитый исландец ФЕРГЮСОН), то теперь — сплошь россияне. Базы отдыха и лагеря созданы практически по всему побережью — даже около небольшой реки, куда заходит семга.

— Беседовал недавно с одним рыбаком, который ловил в Швеции, — говорит Гедерцев. — Поинтересовался, много ли лично он поймал рыб, каков вес самой крупной и сколько это стоило? Так вот, за десять дней он взял одного лосося — вес килограмм, а заплатил за все 3 тысячи евро. Вот и считайте!

Хотя деньги все же не самое главное. Едут к Белому и Баренцеву морям, как говорит Алексей, «за туманами» — настоящей, нетронутой природой.

— Такого лосося нет нигде в мире, — говорит знаток. — Это — беломорская семга, ее называют царской рыбой России. Норвежский лосось с ней близко не сравнится. Это как одно место с пальцем. Беломорская семга жирнее, вкуснее — натуральная рыба, которую не пичкают всякой дрянью…

Впрочем, и балтийский лосось, который заходит в латвийские реки, питается естественным кормом. Но и его близко не сравнить с беломорской семгой: другие кормовая база и вода.

— Летом в обычной деревенской избе койка с питанием обходится в 500 долларов с человека за 5 дней — не меньше, чем в западном отеле. При этом свободных мест практически нет! Как говорят в Варзуге, только ленивый здесь не сдает место, — рассказывает Алексей. — Но вы знаете, какая там потрясающая энергетика! И не от всяких там аномалий — удивительная природа, люди. Два года назад потребовалась помощь одному из участников нашей группы — мы в 4 утра постучались в избу, к незнакомым людям. Нас тут же впустили, усадили за стол, вынесли угощения, а попутчика еще и взяли на постой…

А живут на Терском берегу Белого моря поморы. Их предки поселились в этих местах много столетий назад. Вещественное свидетельство тому — деревянная церковь XIV века, собранная, кстати, без единого гвоздя. Сегодня, по словам Гедерцева, жители этих мест продолжают дело прадедов — занимаются рыболовством, охотой. Промысловое рыболовство ведется только по открытой воде; зимой со льда бьют тюленя.

Во время последней Всероссийской переписи 2010 года поморами себя назвали всего 3 113 человека, а еще в 2002–м их было 6 571. Хотя в последние годы, по словам Алексея, государство много сделало для улучшения тут условий жизни. Проведена линия электропередач, есть связь: в каждой деревне — таксофон. На Большую землю раз в неделю летает вертолет. Для местных жителей билет стоит на наши деньги примерно 17 евро, остальное дотирует государство. А себестоимость такого перелета — около 200 долларов на одного человека.

— Для государства, конечно, накладно держать такие деревеньки и регионы, но там понимают, что это — часть России: ее культура, история, традиции. Да и поморы уже никуда не уйдут. Если в 1990–е — начале 2000–х уезжали, то теперь — нет. А летом возвращаются из больших городов дети — те, кто когда–то уехал учиться, гости. Население Варзуги с трех сотен увеличивается до нескольких тысяч. Летом тут красота: полярный день, круглые сутки светло, температура плюс 18–24. Вода чистейшая — ее можно пить прямо из рек. А зима суровая: с декабря до февраля — полярная ночь. Снега столько, что под крышу заносит…

Весной в родные края слетается много перелетных птиц — выводят потомство, а осенью улетают в теплые края.

— Люди — тоже как птицы. Тот, кто однажды побывал на этих берегах, уже никогда не может без них. Вот и я все время возвращаюсь, — заканчивает свой рассказ Алексей Гедерцев…

17 декабря 2015. «Латвийские вести» №50