Я к штыку приравняю labdien: как избежать палестинских флагов в Риге? Конечно же, укрепляя госязык

В этой напряженной атмосфере я не хочу углубляться в суть израильско-палестинского конфликта. Это фон, на котором ярче высвечивается сама проблема. Столкновение различных культур в конфликтной ситуации. У нас нет такой большой диаспоры палестинцев и их сторонников, чтобы по улицам Риги ходили колонны взволнованных людей, размахивающих палестинскими флагами. Но, наверное, стоит представить себе такое зрелище, и прикинуть, при каких условиях у нас есть шанс его лицезреть. И что нужно сделать для того, чтобы этого никогда не случилось.

Здесь есть два основных фактора. Во-первых, численный фактор, а во-вторых, мировоззренческий. Какова в обществе доля людей, принадлежащих к иной бытовой культуре, и каково отношение к ней общества, а значит, и власти?

Мы видели, как соотносятся эти факторы после российского вторжения в Украину, когда часть (не будем обсуждать, насколько большая) этнических русских в Латвии заняла, мягко говоря, «двусмысленную» позицию. Эту прокремлевскую позицию они пытались продемонстрировать 9-10 мая 2022 года у памятника в Пардаугаве. Отношение латвийской общественности к таким шагам было однозначным и резким. Сразу же был поднят вопрос о сносе памятника. Различные прокремлевские активисты были жестко предупреждены: если вы будете продолжать заниматься антиправительственной деятельностью, вам придется за это ответить. Такие акции стали проводиться гораздо реже…

Это к тому, что даже относительно большое количество «несогласных» можно удержать в приемлемых для государства рамках при наличии твердой позиции государства и общества. К сожалению, с этой твердой позицией у Латвии и латышей всегда были большие проблемы. Уже 100 лет назад Карлис Скалбе писал: «Рига похожа на международный рынок, где только чужеземцы сразу чувствуют себя как дома. Каждый из них говорит на своем языке, и только латыш должен понимать их всех».

«Исследование» стоимостью 300 000 евро, посвященное «культурному и социологическому анализу опыта работников служб доставки Wolt и Bolt», только что вызвало большой общественный резонанс. Практически априори предполагается, что работники доставки/иностранцы не говорят и даже не учат латышский язык. Достаточно того, что они знают английский.

Я сам недавно зашел в лавку шаурмы. За прилавком стояли двое. Один принимал заказ, другой резал мясо. На мое “Labdien”  ответил “Hai.” Мои попытки сделать заказ на латышском языке не увенчались успехом. Когда меня спросили по-английски, какую шаурму я хочу: маленькую, среднюю или большую, не смогли понять ответ по-латышски. Оба. Даже научиться понимать три слова — mazs, vidējs, liels — оказалось для них слишком сложно. Почему? Ведь по-английски ты научился.

Правда, когда я уходил, принимающий заказ улыбнулся и сказал paldies. У меня сложилось впечатление, что он сам был несколько удивлен моим упорным желанием говорить по-латышски. Я полагаю, что в том, что мигранты не учат латышский язык, во многом виноваты сами латыши, которые при первой возможности охотно переходят на другие языки и даже не пытаются говорить по-латышски с людьми, которые выглядят не как латыши.

Глядя на репортажи из Лондона, Амстердама, даже из некогда столь мирного Хельсинки и других западных городов, где ликуют сторонники палестинского терроризма (какими бы лозунгами они сейчас ни размахивали), становятся понятны побочные эффекты такого культурного смешения. Именно оно является источником лавинообразной вспышки бандитизма в Швеции, все более небезопасной обстановки в Германии и других странах, где доля иммигрантов превышает определенный порог. В Латвии иммигранты с других континентов пока не заявляют о себе, но ключевое слово здесь — пока. В какой момент количество приезжих перерастет в иное качество поведения, можно только догадываться.

С этой точки зрения интересным могло бы быть исследование МВД на тему «Готовность и желание сотрудников латвийской полиции вмешиваться в конфликты с мигрантами другой культуры». Учитывая опыт бельгийской полиции, которая боится даже заходить в брюссельский квартал Моленбик, можно предположить, что и наши полицейские будут избегать разрешения конфликтов с нашими курьерами «Bolt». Даже сейчас, когда это всего лишь велосипедисты с большими коробками продуктов на спине.

А что будет, когда, как в других странах Европы, многие из них обнаружат, что выгоднее зарабатывать деньги, перевозя в этих коробках запрещенные к употреблению одурманивающие вещества, страшно подумать. Поэтому единственный способ предотвратить эти будущие конфликты — это сильная демонстрация государственной власти и пресечение возможных конфликтов в зародыше. Это касается всех конфликтов. Больших и малых. Как только государственная власть демонстрирует трусость — все. Игра проиграна. Рано или поздно».