Владимир Линдерман: нынешняя политика России играет против русской цивилизации

В русском протестном движении в Латвии затишье. Один из самых активных и харизматичных ее лидеров, Владимир Линдерман, откровенно признается: «Живу в нехарактерном для себя состоянии – занимаюсь журналистикой, сотрудничаю с разными российскими изданиями. Активные действия сейчас невозможны, потому что их эффективность под большим вопросом». Куда выведет это затишье русских, Латвию, Россию?

-С языковым референдумом пик русского сопротивления пройден. Общество не может все время находиться в состоянии мощного эмоционального возбуждения. Спад неизбежен.

И потом, за последние пару лет стало ясно, что русский вопрос в Латвии находится в тесной зависимости от отношений России и Запада. Поэтому трактовать его как нарушение прав меньшинств и требовать устранения дискриминации бессмысленно.

Идет холодная война и каждого, не спросив, зачислили в сторонники одной или другой стороны. Хотя я в этой войне добровольно нахожусь на стороне России, но в таких условиях любая русская общественная активность по определению считается элементом гибридной войны и относится к вражеской, а это сужает спектр наших возможностей.

— Пик пройден? Но русские, по сути, ничего не добились: прав у неграждан нет, статус русского языка остается иностранным, школы все больше облатышиваются.

-Я не считаю русских Латвии отдельной группой — все ее действия вбрасываются в общий котел сопротивления русского мира тем процессам дерусификации, что происходит во всех бывших союзных республиках. За это время был присоединен Крым, часть моих сторонников уехала в Донбасс. Это общая борьба.

-Не поздновато ли русский мир стал бороться за самосохранение? За 25 лет национальные республики окрепли, русские жители в них либо растворились, либо приспособились к новым условиям, либо деградировали. Да и сама Россия не СССР. Это логично — история идет своим чередом.

-Я исхожу из того, что целью бывших союзных республик является дерусификация территорий, построение своих мононациональных государств. Это логично. Для них.

История это поединок воль, характеров, которые растягиваются иногда на очень длительный период. Им сопутствуют частные поражения, частные победы. Мы сейчас можем только держать оборону.

-Какая ж оборона – русская Латвия на глазах растворяется в Европе.

-Это ничего не значит. Например, Великая Отечественная война – первый год советские войска отступали, но на оставленных территориях сохранялись островки сопротивления, и это было далеко не бессмысленно.

Нарабатывается опыт, передается моральная эстафета, появляются примеры, на которые можно равняться.

Я же не говорю, что все хорошо. Территория русского мира сужается. И пока не изменится российская политика, пока она не откажется от устаревших методов, дело не сдвинется. Защита прав русского населения за пределами России должна стать приоритетом для РФ.

-Судя по Донбассу, уже стала.

-Нет, даже близко не стала. Это же совершенно очевидно. Вот военная безопасность государства является для России приоритетом, мы это видим по целому ряду действий и официальных заявлений.

Базы в Крыму, в Сирии, намерение воссоздать Средиземноморскую эскадру это совершенно четкие действия для укрепления обороны государства. А права русских не входят в число приоритетов. И это не раз было озвучено официальными лицами.

Например, в 2012 г. Косачева, который тогда был главой Россотрудничества, спросили, почему бы России не добиваться придания в Украине русскому языку статуса второго государственного. Он ответил, что это повредит позициям украинского языка. Значит, приоритет России на Украине другой – хорошие отношения с украинскими политиками. Так русских жителей мягко, но подталкивают к ассимиляции.

-Это в Латвии подталкивают, а русских в Донбассе защищают даже при помощи оружия.

-Никакая это не защита — это сложившаяся определенная геополитическая ситуация. Есть ряд стран, которые Россия не хочет видеть в НАТО, потому что это угрожает ее безопасности.

Некоторые из бывших советских республик она хочет видеть своими союзниками, а некоторые -нейтральными. Это продиктовано государственными интересами, но не защитой прав русских.

-Значит, вы теперь боец гибридной войны?

-Я стараюсь влиять на восприятие российской властью русского вопроса. Нынешняя политика ведет к тому, что пространство русской цивилизации сократится до предела.

России надо понять: геополитика и защита прав русских это тесно связанные между собой вопросы. Иначе проблемы войдут в саму Россию через Среднюю Азию, через Кавказ, через тот же Татарстан и лет через пять станут необратимыми.

Как журналист, занимаюсь и частными случаями. Когда моего товарища Вячеслава Высоцкого, воевавшего в Донбассе ФМС России хотела выдворить в Латвию, удалось добиться предоставления ему убежища в России. Иначе это было бы позором – дают гражданство артистам, боксерам, но не людям, проливавшим за нее кровь.

-Почему за Россию обязательно надо бороться? Может, ей стоить укрепить экономику, повысить уровень жизни, и соседи сами потянутся к ней.

-Никогда такого в истории не было, чтоб кто-то к кому-то тянулся за уровнем жизни. Это плохо пережеванный марксизм.

Так и Ельцин думал: сейчас все развалится, а потом все придут к процветающему центру. Мол, задача русских, оставшихся за пределами России, понравиться местным титульным нациям. Своим раболепным поведением заслужить почет, и все устроится.

Ничего не устроится, все будет хуже и хуже. Никакая региональная элита добровольно не променяет свою власть на какие-то спорные блага.

Только сила может объединить территории и людей. Не могут русские понравиться латышским националистам, потому что цель националистов – вытеснить из Латвии все русское.

-Но русская молодежь уезжает из Латвии не в Россию – в Европу, где жизнь комфортней во всех отношениях.

-Из частного не рождается общее. Это эволюционистская теория, она не работает.

Никакая региональная элита не поделится своей властью ни с кем, даже если население будет умирать от голода. Националисты всех республик по периметру России будут продолжать дерусификацию своих республик и построение моноэтнических государств.

-Когда Латвия вступала в ЕС и должна была урегулировать пограничные отношения с Россией, латышские националисты заметно притихли. В тот момент Россия могла разменять договор на права русских, но вместо этого переманила латвийского премьера на работу в «Латвияс газе».

-Это как раз доказывает, как мло российский правящий класс интересует русский мир. Но меня это не вгоняет в ступор, я просто делаю то, что должен. Буду стараться менять ситуацию, насколько это в моих силах – это мой путь.

Далеко не все русские поехали бы на Запад, если б почувствовали к себе интерес России. И массовые акции сейчас поднять невозможно не потому, что никому до них нет дела – просто люди не верят в успех.

Но те российские ведомства, которые занимаются проблемами соотечественников за рубежом, упорно идут по ошибочному пути. Пытаются сваять очередного коллективного Януковича. Ну, посчитают его пророссийским на Западе, но на самом-то деле он таковым не будет. Это путь в тупик.

Если б малая часть средств, вложенных в Януковича, была направлена на поддержку русского движения на Украине, пользы России было бы гораздо больше.

— Владимир, впечатление такое, что вы хотите вернуться в 1991-й год.

-Я хочу, чтоб Россия была сильна и влиятельна, и чтоб русская цивилизация жила за пределами настолько долго, насколько позволит история.

Поэтому я считаю, с Крымом было все правильно. Если б она еще смогла решить вопрос с Новороссией!

Запад ошибочно думает: если Путина убрать, русские повернутся к Западу. Не понимают, что народ в России в плане патриотизма радикальнее власти. Крым это было решение власти, но на Донбасс поехали добровольцы.

— Что предлагаете делать своим сторонникам, тем, кто недоволен положением дел, но молчит?

-Сейчас мы можем реагировать только на конкретные факты наступлений на наши права. Скажем, начнут закрывать школы – защищать школы, соберутся переносить памятник – защищать памятник. Свободу слова от зверских поправок.

Надо сотрудничать с Россией пусть не в политическом плане — гуманитарном. Все-таки, у нас есть и русские СМИ, и борьба за русские школы, и языковой референдум, и 9 мая – это все точки роста. Ситуация может измениться в любой момент под воздействием самых неожиданных факторов, и мы к этому должны быть готовы.

Елена СЛЮСАРЕВА.