Вейдемане испытывает рвоту при звуке русской речи и интересуется, сколько русских Латвии её понимают

Пост собрал множество комментариев.

Кто то успокаивает главного редактора «Неаткариги»:

-На работе я познакомилась с русской из Украины, она сказала, что если бы можно было, она бы пролила свою кровь, чтобы ничто не связывало ее с Россией. В семье она говорит по-латышски, потому что не хочет говорить на языке зверей. Так что знаю одного такого человека.

Кто-то напротив:

-Нет, я знаю только бессовестных. Например, у меня есть коллега — учитель русского языка…

А вот тут непонятно, человек явно не любит «русскоязычных», но признает, что в ВСУ и даже в «Азове» множество людей вполне себе общаются на русском (и, видимо, там это ни у кого рвотного рефлекса не вызывает):

-Многим латышским «русскоязычным», чей бог — Путин, больно признавать, что многие бойцы «Азова» не говорили по-украински, многие даже не умели на нем говорить, а ведь были еще и русские националисты из России, с которыми Путин массово боролся. У харьковских ультрас, да и в ВСУ, русский язык является если не главным языком вне публичного общения, то очень значимым.

Хватает и критических откликов:

-Одна только твоя фамилия в сети вызывает у меня рвотный рефлекс, не говоря уже о той ненависти, которую ты извергаешь!

-Один из моих любимых языков — русский, и я не собираюсь его забывать или переставать говорить! Так что не нужно разжигать здесь ненависть. И какое вообще отношение имеют русскоязычные, живущие здесь, к Путину? Все, что ли, его поддерживают?»

-Я не понимаю, я сожалею. А вот стыда — нет. Зачем он? Мои родственники по одной линии — в Украине. Говорят по-русски. Не уехали, не просили пособий и помощи. Воюют, работают… И тоже не стесняются говорить по-русски, насколько я понял. Странный вопрос — про язык». — «Что тут странного? Это язык оккупантов», — нашлась с ответом Вейдемане.

-Почему русскоязычные граждане Латвии должны ассоциировать себя с Россией и ее политикой? У вас каша в голове.

-Вообще-то, на стороне Украины воюют и украинские русские, и даже русские из России.

-Чувство стыда ничего хорошего не дает. Почему я должен стыдиться за поступки других людей, независимо от того, русский он, еврей или палестинец? Язык — это просто средство общения. Нет плохих языков (национальностей), есть плохие люди со своими травмами. Я не понимаю, но мне не стыдно.

-В Латвии невозможно быть таким русским, который бы соответствовал всем требованиям латышей — тех, кто, по сути, ничего не сделал, чтобы родиться латышами, но зато теперь имеет четкое мнение о том, каким должен быть каждый русский, что он должен чувствовать и какие у него должны быть рефлексы.