В России по подозрению в шпионаже задержан корреспондент американского The Wall Street Journal

В ФСБ утверждают, что Гершкович по заданию США «занимался сбором сведений об одном из предприятий российского военно-промышленного комплекса, которые составляют гостайну».

Следственное управление ФСБ открыло уголовное дело по статье 276 УК РФ («Шпионаж»), сообщила российская спецслужба. По этой статье предусмотрено наказание до 20 лет лишения свободы.

The Wall Street Journal опубликовала новость о задержании журналиста, в которой цитируется сообщение российской ФСБ, а также говорится, что издание очень «обеспокоено безопасностью господина Гершковича». Уточняется, что Гершкович пишет о России в составе московского бюро WSJ. Чуть позднее издание дополнило новость словами о том, что «категорически отрицает обвинения ФСБ и добивается немедленного освобождения» своего корреспондента.

До The Wall Street Journal Эван Гершкович работал в Agence France-Presse, The Moscow Times и The New York Times. В России он проработал около шести лет. Знакомые Гершковича сказали Би-би-си, что в последние месяцы он жил в Лондоне, но регулярно ездил в Россию в командировки.

Как стало известно про задержание

Об исчезновении американского журналиста утром в четверг сообщил в своем телеграм-канале екатеринбургский пиарщик Ярослав Ширшиков. По его словам, Гершкович «пару недель назад» брал у него интервью, после чего «благополучно отработал несколько дней и улетел в Москву».

По рассказу Ширшикова, в час ночи в четверг, 30 марта, ему позвонили коллеги журналиста из Лондона и сообщили, что Эван Гершкович 29 марта вернулся в Екатеринбург и не выходил на связь с редакцией «уже более 9 часов». Как рассказал пиарщик Би-би-си, Гершкович во вторник написал ему, что прилетает и предложил встретиться в четверг, то есть сегодня.

Накануне издание «Вечерние ведомости» из Екатеринбурга сообщило, что, предположительно, силовики у ресторана Bukowski Grill на Карла Либкнехта, задержали человека. По словам очевидца, «когда задержанного вели, на его голову натянули свитер — так, что прохожим не было видно лица».

Ширшиков предположил, что этим человеком мог быть Гершкович, потому что он «с Эваном обедали в Буковском и совсем рядом не только мой офис, но и офис ещё одного героя материала». «Нетрудно предположить, что в малознакомом городе человек пойдёт по знакомым местам», — написал сегодня пиарщик.

Версии произошедшего

Сразу несколько человек рассказали, что Гершкович интересовался вербовкой в ЧВК «Вагнер» и отношением к войне в Украине.

Как рассказал Ширшиков Би-би-си, журналист приезжал в Екатеринбург «по мотивам двух скандалов с Пригожиным» — один из них у основателя ЧВК «Вагнер» был с директором музея истории Екатеринбурга Игорем Пушкаревым (Пригожин обвинял его в распространении «недостоверной» информации о ЧВК), другой — с губернатором Евгением Куйвашевым.

«Эван приезжал писать, кто популярнее: Пригожин или губернатор», — говорит Ширшиков.

По словам пиарщика, Гершкович просил его «знакомить не только с либералами, но и с «патриотами». «Он хотел взять комментарий у начальника дома офицеров, обращался в пресс-службу центрального военного округа, ему сначала согласовали интервью, а потом резко отказали. Так что, возможно, им так и заинтересовалась контрразведка», — предполагает Ширшиков.

У депутата заксобрания Свердловской области Вячеслава Вегнера Гершкович спрашивал про ЧВК «Вагнер»: дело в том, что Вегнер направил официальное обращение к основателю ЧВК «Вагнер» Евгению Пригожину с инициативой привлечь женщин-заключённых ИК-6 Нижнего Тагила к участию в СВО: они вызывались быть медсестрами, связистами и так далее.

«У меня была переписка с Пригожиным, связанная с людьми, которых набирают по тюрьмам, чтобы они могли искупить кровью. У него было мнение, что людей насильно забирают. Я ему показал обращения, которых уже более тысячи, обращения со всей страны: люди обращаются ко мне, чтобы я ходатайствовал перед Пригожиным, чтобы у них была возможность стать участниками СВО. Поэтому говорить о том, что там кого-то насильно заставляют — это неправильно и нечестно», — сказал Вегнер Би-би-си.

Также, по его словам, они обсуждали бывшего оппозиционного мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана, ситуацию в Екатеринбурге в целом и промышленные предприятия Свердловской области. Однако Вегнер, по его словам, заверил журналиста, что «у нас все в порядке, промышленность работает», а «недруги в США — не дождутся».
Однако официальный представитель МИД России Мария Захарова утверждает, что то, чем занимался в Екатеринбурге сотрудник американского издания The Wall Street Journal, не имеет отношения к журналистике. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков добавил, что «речь идет не о подозрении, а речь идет о том, что он был задержан с поличным».

Захарова уверяет, что «уже не первого известного западника «хватают за руку».
Задержания иностранных журналистов происходили в России неоднократно, но до обвинений в шпионаже дело доходило крайне редко. В сентябре 2016 года парижский корреспондент украинского госинформагентства «Укринформ» Роман Сущенко был задержан в Москве, обвинен в шпионаже и осужден на 12 лет лишения свободы. В 2019 году Сущенко передали Украине в ходе обмена пленными.

В довоенное время МИД России предпочитал оперативно вмешиваться и решать вопрос, говорит один из иностранных журналистов, попавший на допрос к ФСБ во время работы в приграничной зоне с Украиной в 2015 году. «Сама аккредитация давала право работать в РФ, всем было понятно, что она не спасет от целенаправленной репрессии, но может помочь от «случайных» силовиков», — объясняет он.

Другой редактор западного СМИ рассказывает, что если иностранного журналиста подозревали в нарушении закона, ему давали понять, что ему необходимо покинуть страну и давали возможность это сделать, но сейчас это изменилось.

В довоенное время МИД РФ выдавал аккредитации иностранным журналистам сроком на год. Сейчас этот срок сократился до трех месяцев.

Что говорят эксперты

Политолог Татьяна Становая напоминает, что после обновления российского законодательства о госизмене и шпионаже, возможно «посадить на 20 лет любого, кто просто интересуется военными делами, то есть пишет про СВО, ЧВК, положение дел в армии, оснащенность войск боеприпасами, военную тактику и стратегию».

Она обращает внимание на то, как уклончиво ФСБ заявляет, что журналист действовал «по заданию американской стороны», что «можно трактовать в самом широком смысле»: «Редакция WSJ — это тоже американская сторона. Из этого можно предположить, что у ФСБ нет ничего, что указывало бы на то, что Эван именно работал на спецслужбы под прикрытием журналиста».

Эксперт говорит, что задержание Гершковича похоже на захват заложника. Она предполагает, что журналиста могут обменять, например, на Владислава Клюшина (США признали его виновным в участии в крупных финансовых махинациях с использованием украденной из американских компьютерных сетей информации), «которого не удалось вытащить в прошлый обмен». «Кстати, сам обмен вполне мог дать Кремлю вкус успеха и подстегнуть желание брать новых заложников», — отмечает эксперт.

Политолог Александр Кынев с такой версией не согласен. По его мнению, задержание Эвана Гершковича за якобы шпионаж даже «для обмена» — это глупость.

«Иностранные СМИ всегда были табу даже в самых специфических автократиях. Права журналистов это то, что даже в «дружественных странах» непреложная ценность. Негатив от этой акции испортит репутацию властей РФ даже там в мире, где к ним ещё относятся лояльно», — заключил эксперт.