Девятилетняя Алиса Теплякова (на фото справа) — далеко не единственный вундеркинд в России. За три года до ее поступления внимание журналистов привлекла семья Салиевых. У москвички Мадины Салиевой две дочери. Обе окончили школу в 11 лет, а уже в 12 поступили на бюджет в вуз. Салиева уверена, что для того, чтобы пройти школьную программу, ребенку не нужно тратить 11 лет жизни.
Успехи дочерей — Камиллы и Анниссы — во многом заслуга их матери. При этом по профессии Мадина Салиева — не педагог, а инженер-системотехник. Она начала заниматься с девочками, как только те родились. В два с половиной года Мадина научила их читать, а уже в пять отдала в школу. Старшая Камилла после седьмого класса перешла на свободное посещение и осваивала школьную программу дома с мамой, а младшая Аннисса занималась только дома.
В школе настороженно отнеслись к домашнему обучению Камиллы и попросили все-таки посещать первый класс. За девочкой наблюдал психолог и учителя. Когда оказалось, что первоклассница Камилла уже знает программу не только первого, но и третьего года обучения, ей стали предлагать «перепрыгивать» классы, проходя один учебный год за шесть месяцев.
Я решила их обучать сама, потому хорошо знала школьную программу и у меня была возможность сидеть дома и заниматься с дочерьми. Я поняла, что могу не хуже, чем преподаватели, все объяснять детям. Дочери учились по сути один час в день, больше занималась я: готовила материалы, рисовала какие-то карточки, перелопачивала кучу литературы, чтобы объяснить интереснее, нагляднее, освежала в памяти школьную программу, чтобы, если ребенок спросит, быть готовой ответить
Ее старшая дочь Камилла завершила обучение в школе и вузе еще до того, как ей исполнилось 18 лет. Она вспоминает, что мать начала заниматься с ней чуть ли не с пеленок, как и с ее младшей сестрой. В семейном архиве даже есть видео, на котором маленькая Камилла лежит с соской, пока Мадина учит ее буквам.
Я лежу, а мама говорит «покажи букву А». И я показываю, — вспоминает она. — Мы любили играть в школу в детстве, и я всегда себе представляла, как буду учиться. Для меня учеба в школе была чем-то невероятным, очень туда хотела, поэтому уже в пять лет стала первоклассницей
Однако ожидания оказались сильно завышены: в первом классе 5-летней школьнице было скучно, как и ее матери в свое время. Ее одноклассники проходили простые как «два плюс два» примеры, в то время как Камилла уже могла решать несколько таких за раз. В результате программу 5-го и 6-го класса ей удалось пройти за год. Так же она «перескочила» 7-й и 8-й класс, а потом из 9-го сразу попала в 11-й. При этом с 7-го класса девочка была на домашнем обучении — все предметы ей преподавала мать.
В школе я училась хорошо, на пятерки. Не считая нескольких предметов, — говорит девушка. — Мне не особо давалось пение — нет слуха. И на труде я не доставала до педали швейной машинки
По словам Камиллы, она никогда не сидела за учебниками по десять часов в сутки. Свое детство она вспоминает как веселое: благодаря домашнему обучению было много свободного времени, которое она проводила во дворе — играла в вышибалы и в казаки-разбойники. Также Камилла успевала ходить в разные кружки и на секции: начиная с художественной школы и заканчивая капоэйрой — бразильским боевым танцем. «У них друзей больше, чем если бы они ходили в школу, — утверждает Мадина Салиева. — Везде по интересам».
В 11 лет Камилла получила школьный аттестат, а в 12 поступила в Московский государственный университет гражданской авиации (МГТУ ГА) на факультет прикладной математики. В семье Салиевых все технари: родители учились в МГТУ имени Баумана. Через 11 лет по стопам старшей пошла и младшая Аннисса.
Сестры Мадиевы.
В университете у меня вся группа была доброжелательной, — говорит она. — Ну, могли подкалывать — на парту «Растишку» положить, например. Это было смешно. Хотя изначально мало кто знал, что мне 12. Внешне я казалась немного взрослее, поэтому на первых порах одногруппники ничего не подозревали. Меня даже сделали старостой: первые года два я ходила разбираться за нашу группу в деканат
Однако после окончания вуза Камилле все же пришлось столкнуться и с минусами ускоренного обучения — оказалось, что обществу не так уж легко воспринимать вундеркиндов. В 17 лет она начала искать работу, однако работодатели не воспринимали ее всерьез. Камилле пришлось прибавить себе в резюме пять лет, чтобы по крайней мере попасть на собеседование. Только так ей удалось получить отклик.
Впрочем, на собеседовании Камилла рассказала, сколько лет ей на самом деле, и на работу ее приняли. В 19 лет она стала руководителем отдела аналитики и начальствовала над людьми, которые были намного старше ее самой. Сейчас Камилле 26 лет, и она менеджер продукта в одном из самых крупных банков страны. Ее младшая сестра Аннисса доучивается в вузе — ей еще нет 16-ти.
«У меня не было других вариантов. Я была одинока»
Критики родителей, воспитывающих детей-вундеркиндов, часто напирают на то, что те лишь натаскивают их на ЕГЭ, в то время как школьную программу их подопечные осваивают лишь поверхностно.
Однако и до появления ЕГЭ были дети, которые показывали феноменальные результаты в учебе. Так, советский вундеркинд Ирина Полякова в пять лет прочитала 26 томов Жюля Верна, а уже в 14 поступила в МГУ на экономический факультет.
Как и в случае Салиевых, раннее развитие Поляковой — идея мамы-педагога. Однако, в отличие от Камиллы, Ирина не вспоминает свое детство как веселое и беззаботное. Полякова все время проводила за книгами. Родители воспитывали в строгости, а за пятерки никогда не хвалили — эта оценка считалась в их семье нормальной, тогда как другие просто не воспринимались как положительные.
Если бы я ходила в садик и на какие-то секции, дружила со сверстниками, то не факт, что учеба стала бы для меня единственной отдушиной, — говорит она «Ленте.ру». — Я училась так много и читала так много, потому что у меня не было других вариантов. Я была одинока, у меня не было братьев и сестер, не было друзей. (…) В основном я сидела дома. Это было советское время: по телевизору показывали мультики два раза в день, не было ни компьютеров, ни интернета, ни друзей по играм
Ирина Полякова называет идеей фикс стремление ее родителей дать ей образование, жертвуя при этом общением со сверстниками. Специальной среды для одаренных детей тогда не было, поэтому Ирина фактически была вырвана из реальной жизни. «Очень важно уделять внимание кругу общения, который есть у ребенка, — говорит она. — Родители, как и многие советские люди, были сконцентрированы на результатах и достижениях, поэтому очень важно было хорошо учиться».
Ирина Полякова.
Гиперопека со стороны родителей не прекратилась в жизни Поляковой даже тогда, когда она уже училась в МГУ. Несмотря на то что Ирине было 14 лет, отец провожал ее до дверей вуза и встречал после пар. Ирина была уже подростком, у нее начали появляться друзья, и эти встречи она вспоминает как нечто «совершенно ужасное». «Они считали, что я еще маленькая. Учиться — большая, а все остальное — маленькая», — говорит Полякова.
«В университете я скрывала возраст, — рассказала она. — Я сказала, что не хочу больше этого зоопарка, когда на меня все показывают пальцем, как будто я странная».
В результате в 18 лет Полякова сбежала из дома и пошла работать. «Я считала дни, как Робинзон Крузо на необитаемом острове, до тех пор, пока мне исполнится 18», — признается она. Ирина Полякова сразу пошла работать, сняла квартиру, сдала на права и купила машину.
Сейчас она работает на двух работах и воспитывает сына. По второй специальности Полякова — психолог. «Я считаю, что 90 процентов людей приходят в психологию из-за своих собственных проблем, желания в себе разобраться и, возможно, помогать другим», — считает она.
Сыну Поляковой скоро исполнится 14 лет. Она не ждет от него никаких успехов в учебе и сверхдостижений: ни «перепрыгивания» через классы, ни золотой медали, ни красного диплома.
«Если бог что-то дал, то другое что-то забирает»
Именно честолюбие родителей — один из главных аспектов гениальности таких детей, считает заслуженный учитель России Евгений Ямбург. Он уверен, что детей нужно развивать соизмеримо их возрасту, и никак иначе.
Евгений Ямбург, заслуженный учитель России, академик отмечает, что, когда одаренные дети вырастают, их «гениальность», как правило, выравнивается, как это и произошло в случае Ирины Поляковой. Она ведет обычную жизнь и, судя по общению, вовсе не претендует на особое отношение. Однако Ямбург подчеркивает, что «обычно если бог что-то дал, то другое что-то забирает». Например, счастливое детство.
«К 35 годам вундеркинды превращаются в обычных ординарных людей. Как в фигурном катании: взлет в 14-15 лет, а затем уровень выступлений снижается. Одаренность — она, в общем, как шизоидность. Не надо этого бояться. Но по собственному опыту знаю, что стремление реализовать свои комплексы на ребенке заканчивается довольно конфликтно», — уверен педагог.
«Обычным ординарным человеком» во взрослом возрасте стал и другой выпускник МГУ, 47-летний Данила П. Сейчас он работает художником по костюмам в кино и увлекается исторической реконструкцией — ведет обычную скромную жизнь, хотя в детстве ему прочили феноменальные успехи.
По словам знавших его людей, в семь лет мальчик уже читал Гегеля — его мать была специалистом по одаренности детей. Как результат — в 12 лет он окончил школу с золотой медалью, а в 13 поступил на факультет журналистики МГУ. Несмотря на возраст, с социализацией у Данилы проблем не было. «Многие ребята с ним общались, некоторые даже дружили, он в вакууме точно не был», — вспоминают его однокурсники.
Однако нагрузка оказалось слишком сильной для 13-летнего ребенка, и постепенно он стал учиться на тройки. После специалитета журфака Данила П. пошел в аспирантуру в другой вуз, но диссертацию так и не защитил. Потом он работал милиционером, охранником, шил военную форму и наконец занялся реконструкцией.
«Как-то раз одна преподавательница журфака МГУ вызвала милицию: мальчишки во дворе играли в футбол и мячом разбили ей окно, — вспоминает инспектор курса, на котором учился Данила. — Каково же было ее изумление, когда позвонивший в дверь милиционер оказался ее бывшим студентом — тем самым Данилой, которого она учила на первом курсе!»
По мнению однокурсника Данилы журналиста Евгения А., истории Данилы и Алисы Тепляковой во многом похожи. «Из него пытались сделать что-то великое, как сейчас из этой бедной девочки, а в результате ничего из него не вышло», — резюмировал собеседник «Ленты.ру».
«Велик риск надлома»
Что же касается Алисы Тепляковой, то в прошлом месяце ей исполнилось девять лет. В интервью телеканалу РБК она рассказала, что в свободное от учебы время ей больше всего нравится играть — более чем нормальное желание для ее возраста. Однако 1 сентября этого ребенка ждет посвящение в студенты в главном здании МГУ на Ленгорах, а потом — пять лет специалитета на факультете психологии. При этом Алиса планирует завершить обучение за два года. Ее отец не сомневается — Алисе под силу и такое.
По мнению доктора политических наук, социолога Александра Чумикова — тоже, кстати, выпускника МГУ — наличие выдающихся способностей у ребенка не гарантирует успехов во взрослой жизни. По его словам, у таких вундеркиндов, как Данила П. и Алиса Теплякова, «велик риск надлома».
«То, что сейчас Алиса обладает лучшими способностями по сравнению со своими сверстниками, вовсе не означает, что такое соотношение сохранится и в дальнейшем. По мере взросления она может сравняться по уровню с ровесниками. Подобных случаев немало», — говорит Александр Чумиков,социолог. Более того, Чумиков убежден, что официальное образование Алисе пока не нужно, поскольку работать она все равно не сможет (ее отец заявлял, что дочь сама решит, хочет она работать или нет). Если Алиса получит диплом за два года, то на момент окончания вуза ей будет не больше 11 лет.
Алиса будет учиться на психолога, — рассуждает Чумиков. — В усредненном варианте это специалист, который рассчитывает на клиентуру из не самодостаточных, слабых людей. Тех, кому нужна посторонняя помощь. Представьте, взрослый человек приходит за психологической помощью: «Доктор, что мне делать?» А перед ним сидит ребенок… В идеале человек должен развиваться без этого: на основе жизненного опыта, приобретенных контактов
В МГУ заявили, что если Алиса поступит, то для нее обеспечат все необходимые условия. Ректор вуза Виктор Садовничий даже предложил выделить девочке педагога-психолога. До поступления Алисы таких юных студентов в МГУ не было. В пресс-службе психфака «Ленте.ру» уточнили, что самым молодым первокурсникам сейчас 16-17 лет.
«И вот эта маленькая девочка ходит среди взрослых студентов, пусть даже они ее опекают. Конечно, она не будет чувствовать себя там полноценно. Это очевидно», — считает заслуженный педагог Ямбург.
Эксперт Общенационального народного фронта, директор Фонда «Национальные ресурсы образования» (НРО) Татьяна Половкова также предрекла Алисе проблемы во время обучения на психфаке. По ее словам, отменить возрастную психологию нельзя. Девятилетней девочке так или иначе будет сложно учиться среди людей, которые вдвое старше нее. Однако отец девочки уверен, что общение со сверстниками к образованию вообще никакого отношения не имеет.
«Вопросы обучения в институте не имеют никакого отношения к кругу общения. Что она должна делать среди студентов? Пить с ними вместе? Что ей будет сложно делать среди студентов? Она идет в МГУ учиться. Учиться! Социализация у нее по возрасту. Поэтому я не вижу проблемы», — Евгений Тепляков, отец Алисы Тепляковой.
Помимо Алисы в семье Тепляковых еще шестеро детей: Хеймдалль, Лейя, Терра, Айлунг, Фейлунг и Тесей. Семилетний Хеймдалль, второй по старшинству ребенок, в 2021 году получил аттестат за 9 класс. Мальчик будет идти на ЕГЭ в зависимости от того, «потянет или нет», говорят родители.
Как бы то ни было, вряд ли второй раз внимание прессы к семье будет приковано столь сильно. Но то, что за успехами (как и за неудачами) Алисы еще какое-то время будет следить вся страна, — можно сказать наверняка.
Леньта.ру
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.