Ушаков: «Мы пришли к решению не заниматься одним мега-проектом, а привести в порядок всё»

«Мы пришли к тому, что у нас нет желания заниматься каким–либо одним мегапроектом. Мы хотели попробовать привести в порядок все то, что у нас в городе имеется. Просто почистить, отремонтировать, починить. Начиная со дворов в Пурвциемсе и кончая прилежащими к школам территориями в Пардаугаве. Такая у нас была установка», — говорит мэр Риги Нил Ушаков в интервь. «7еми секретам».

— 1 июля исполнилось семь лет со дня вашего вступления в должность мэра. Оцените эти годы. Желательно и на уровне самооценки.

— Самооценка — конечно, хорошая штука, однако я выборный политик. Так что пусть об этом лучше судят избиратели. Особо учитывая то, что следующих выборов осталось ждать недолго. Меньше года.

А в самом начале, в 2009 году, размышляя о развитии города, мы пришли к тому, что у нас нет желания заниматься каким–либо одним мегапроектом. Мы хотели попробовать привести в порядок все то, что у нас в городе имеется. Просто почистить, отремонтировать, починить. Начиная со дворов в Пурвциемсе и кончая прилежащими к школам территориями в Пардаугаве.

Такая у нас была установка. Мы говорили о ней с избирателями, и люди этот курс — станем ремонтировать и чистить город — поддержали.

Сделано много. Если говорить о школах — половина территорий приведена в порядок. Большинство детских садов, детские площадки приведены в порядок. В следующем году эту работу завершим. Приведены в порядок очень значимые культурные объекты: «Зиемельблазма», Национальный художественный музей, начата реконструкция Дворца культуры ВЭФ. Нам удалось привести в порядок многие деградированные, брошенные территории. Квартал Спикери, бывшую свалку на улице Аугуста Деглава, где создается парк. Второй по величине парк в Риге будет если не на Луцавсале, то на Аугуста Деглава.

Могли ли мы, если речь идет о приведении города в порядок, сделать больше? Наверное, да. Никто не идеален, никто не безупречен. Все допускают ошибки. И в нашей работе, если говорить о команде, они были. Это один аспект. Аспект приведения города в порядок.

Второй: по–моему, очень важно то, что нам все–таки удалось за эти годы удерживать и утверждать в городе ярко выраженную социально ориентированную политику. Несмотря на кризис, пособия сохранены, круг пособий расширен, бесплатные проездные действуют, с 1 сентября в школах города будем кормить ребят бесплатными обедами…

— А вот ваша думская оппозиция смотрит на это по–иному. Вы якобы увлеклись виртуальностью, вершите лишь то, что людям приятно (места отдыха, инфраструктура, пособия, льготы, внутренние дворы, объекты культуры), не уделяя должного внимания базе. У Ушакова «все время праздник…»

— Для людей, которые проводят всю жизнь в Интернете, а именно там в основном пребывает наша оппозиция, виртуально все. Почему мне, по сравнению, например, с работой в Сейме, так нравится работа в самоуправлении? Потому что каждое свое дело, а также то, что я не сделал, я могу потрогать руками.

В Спикери я могу пойти прогуляться или поехать туда на велосипеде. Променад не виртуален. Парк на Луцавсале не виртуален. Приведенные в порядок дворы и Национальный художественный музей — не виртуальный обман. Точно таким же образом я могу пойти и пощупать те ямы, которые еще не ликвидированы.

Оппозиция? Мне очень нравится оперировать цифрами. Когда я изучал экономику, моей главной специализацией была статистика. Один пример. В определенных кругах стоит ненормальный ор о том, что мы дискриминируем латышских детей в латышских детских садиках…

— Пока вы не приступили к ответу, дайте и мне немножко поорать на эту тему. Неужели нет никакой возможности перестроить общую картину детских садов таким образом, чтобы в латышских садиках исчезли очереди, а в русских — недобор?

— Назову только две цифры. Если говорить не о виртуальной, а о реальной жизни, то с 1996 по 2008 год включительно все правые, национально ориентированные хозяева города открыли в детских садах 110 латышских групп. За двенадцать лет. В среднем — девять групп ежегодно.

Мы за семь лет открыли 152 группы. Двадцать две группы ежегодно. Я говорю только о латышских группах. Мы открываем ежегодно в два с половиной раза больше групп, чем все бирксы, аксеноки, аргалисы за двенадцать предыдущих лет, когда у них с деньгами все было в порядке.

Когда мы в 2009 году стали руководить Рижской думой, то получили в наследство очередь на место в детском саду из 7 500 детей. В октябре этого года у нас в очереди, возможно, будет 900, а может, и меньше детей.

И учтите то, что доходы рижского бюджета только в 2018 году, возможно, будут такими же, как во времена Яниса Биркса. Мы сейчас работаем над бюджетом 2017 года, и все еще по доходам пребываем ниже бюджета времен Биркса.

— Все–таки насколько крепка хозяйственная основа Риги?

— Внутренний валовый продукт на одного жителя, учитывая паритетность цен, по сравнению со средним в Европе, в Риге, Рижском регионе составляет 107,4%, по Латвии — 64,5%, по Латгалии — 35,1%.

— Однако почти в каждом интервью с вами на протяжении нескольких лет, будто некий припев, повторяется вопрос о бюджетном дефиците.

— Главное, что нам удалось сделать, — сократить объем общего долга. Мы же получили долг выше одного миллиарда. Айвар Аксенок получил город с долгом ниже 200 миллионов евро, а Янис Биркс оставил город с долгом выше миллиарда (благодаря Южному мосту).

Нам удалось добиться того, что долг стал ниже этого психологического порога — ниже миллиарда. У нас все еще имеется достаточно большой резерв. На данный момент у нас около 800 миллионов евро свободных средств. Это то, что у нас есть. Кредитные рейтинги нашего города растут из года в год.

Сейчас среди всех самоуправлений, даже не говоря о государственных учреждениях, мы единственные, кто оперирует трехгодичной бюджетной рамкой. В этом смысле у нас с хозяйством все в порядке.

— А вот думская оппозиция считает, что у думской позиции нет видения развития столицы.

— Видение развития Риги сформулировано очень четко. С одной стороны, Рига — социально ответственный город. Второе, что порой может оказаться поважнее даже хозяйственной политики, — то, что в городе удалось достичь того, чего не удается добиться в других местах — латыши и нелатыши трудятся вместе. Они работают вместе как единая команда в рамках всего самоуправления. И, по–моему, благодаря этому мы имеем такие результаты и в хозяйстве, и в экономике, и в социальной сфере. В городе чрезвычайно ярко выраженная социальная политика.

А если говорить о вещах более глобальных, то для города очень важно медленно и постепенно (потому что это требует и времени, и согласованности с отношением общества) уменьшить роль автотранспорта, увеличивая роль пешеходов и велосипедистов. Для города чрезвычайно важно развитие порта, но — одновременно — также и защита среды.

Например, перенос перегрузки угля на Русский остров (Krievu salа). Городу, если говорить о развитии, о более отдаленной перспективе, важно создание новых городских центров.

Один такой, например, создается в районе Сканстес. Ради этого сообща трудятся как частники, которые во многих местах будут развивать каждый свой проект, так и город, который, привлекая и европейские деньги, будет создавать инфраструктуру по крайней мере с пятидесятилетней перспективой.

Между прочим, мы вместе с правительством, с Министерством связи очень успешно работаем в рамках проекта Rail Baltic. Он значительно преобразит центр города. В лучшем смысле этого слова. Я не говорю о возможности поехать из Таллина в Берлин на поезде. Я говорю о том, как благодаря Rail Baltic изменится жизнь человека…

— Еще недавно жители Агенскалнса эти восторги не разделяли…

— Для Агенскалнса Rail Baltic уже не проблема. Идея агенскалнского тоннеля благодаря также и позиции думы отброшена. Трасса пойдет параллельно существующей железной дороге. Насыпь, которая разделяла город (Старую Ригу и Московский форштадт) будет срыта. Улица Элизабетес пойдет в тоннель под Центральным вокзалом и станет длиннее.

Улица Гертрудес тоже пойдет в тоннель. Мы соединим центр с Московским предместьем, что даст этому району возможность развития. Благодаря городу и Rail Baltic район за рынком, вдоль променада и дальше в сторону Южного моста, в течение следующих тридцати лет получит огромный потенциал развития.

— Как на Ригу, ее хозяйство повлияли последние события в Европе?

— Пока еще это влияние не ощущается, но риски огромны, и здесь я не могу как–то выделить, обособить Ригу от Латвии, стран Балтии, Восточной Европы. Выход Великобритании из Евросоюза — это огромный риск…

— Что бы мэр столицы одной из стран ЕС поменял в политике Евросоюза?

— Главный риск, по–моему, заключается в том, что нынешний ЕС может преобразиться в несколько союзов. Один из них может составить условный ВИП–класс, в котором останутся основатели — Германия, Франция, Бельгия, Голландия. Второй блок — Восточная Европа. Сложно прогнозировать, как дальше пойдут дела в южной части Европы. В меньшей степени в Италии или Португалии, в большей — в Греции… И что станется со Скандинавскими странами? Они могут создать что–то свое.

Наш главный вызов (я не говорю о Риге, я имею в виду Латвию, Балтию, Восточную Европу) — не допустить разрушения Евросоюза. По–моему, следует вести разговор как о сокращении бюрократии ЕС, так и о гораздо более тесном сотрудничестве по вопросам безопасности в масштабе Европы.

Следует говорить о гораздо более тесном сотрудничестве спецслужб, министерств внутренних дел, полицейских служб, о совместной охране границ. В гораздо более значительной мере — о создании общих вооруженных сил, чтобы мы могли защитить свой континент. Я за Европейский союз. Я хочу видеть Евросоюз более сильным.

— Сильно ли насолила Рига России европейскими санкциями?

— Это было болезненно. И для нас тоже. Очень хорошим показателем для нас было то, что нам удалось завершить прошлый год в Свободном порту по нулям. А в этом году у нас падение больше 15%. Мы уже не могли выстоять. Конечно, мы можем сказать, что по сравнению с другими портами у нас падение меньше, но гордиться тут нечем.

На положение влияет как политический фон отношений между ЕС и Россией, так и вопросы, связанные с конъюнктурой рынка… Например, если зима теплая, объем перегрузки угля уменьшается. Значительно сократилось количество российских туристов. Хотя… нам удалось немножко очухаться, и число туристов из России стало снова расти. Хорошо, что мы не занимаемся сельским хозяйством и не производим шпроты…

Не забудем еще о такой чрезвычайно важной вещи, что программы приобретения вида на жительство фактически уже не существует. Вот тут Рига пострадала очень болезненно. Благодаря ненормальным националам, которым в 2014 году пришло в голову покуражиться…

У нас была уникальная возможность — во время кризиса получить значительную часть капитала, который бежит из России. От людей, которые по разным причинам хотели бы жить за границей. От образованных людей с деньгами и светлыми мыслями в головах. Мы это потеряли.

— Я разговаривал с этими людьми. Это, как правило, профессионалы не последнего десятка, которые, кроме того, четко, иногда даже возвышенно заявляют о своей лояльности к Латвии. Так сказать, благодарный для нас контингент.

— Точно — это благодарный контингент. Кроме того, это контингент с деньгами. В пределах упомянутой программы в Ригу было вложено около 300 миллионов евро. Потому что квартиру не только покупали. Ее ремонтировали, покупали мебель, создавали интерьеры. Эффект был огромен. А сейчас сколько мы имеем сделок за месяц? Три, четыре, пять? Это смешно. Благодаря кризису мы могли очень хорошо заработать, но в очередной раз упустили этот шанс.

— Архитектор, предприниматель Улдис Пиленс считает, что Латвия является символической моделью Европы двух скоростей. Рига и остальная Латвия. Так ли?

— К сожалению, это так. Я только что привел цифры ВВП. Хотя отчасти это так из–за наличия естественных факторов. Порт не переместишь в Резекне. Но ясно, что это определяется также и государственной политикой.

Как я уже говорил, в самоуправлении ты можешь пойти и своими руками потрогать то, что ты сделал и что не сделал. Когда у тебя прием, ты видишь людей, которые нуждаются в социальной поддержке, и ты очень хорошо понимаешь, что им эта поддержка действительно нужна. Ты постоянно общаешься.

К сожалению, Сейм, министерства зачастую ненормально оторваны от любой реальности. Конечно, все самоуправления, начиная от Ипики и кончая Ригой, тоже имеют свои минусы. Но нашим самым большим плюсом, нашей сильной стороной является то, что нам очень хорошо известно то, что происходит с людьми в пределах наших административных территорий.

— Насколько обоснованы надежды Андриса Пиебалгса на то, что «Единство» через год может прийти в Риге к власти?

— Думаю, что для «Единства» программа максимум (говорю это без какой–либо иронии и шуток) — преодолеть в Риге на выборах следующего года пятипроцентный барьер. Ясно, что по итогам выборов следующего года в Рижской думе будет хорошо представлен Союз «зеленых» и крестьян. А также Национальное объединение. Полагаю, что обе эти силы получат больше десяти процентов. А «Единству»… дай Бог преодолеть 5%.

Я не могу ничего сказать об Андрисе Пиебалгсе, но в целом у политиков «Единства» нет никаких иллюзий насчет того, что их ожидает в Риге. Думаю, что, рассуждая о своих шансах в Риге, они в значительной мере махнули на них рукой.

Если бы это было не так, то их отношение к Риге было бы иным. Например, реформа оплаты труда учителей. Всем самоуправлениям установлен коэффициент — 15,5 ребенка на одного учителя. А Риге — 16,5. Это ничем не обоснованный пример несправедливости. Чем школа в Пурвциемсе отличается от школы в Лиепае, Елгаве или Даугавпилсе? 

Министерство образования и науки сейчас планирует на одного ребенка в Даугавпилсе, Елгаве, Лиепае, любом другом самоуправлении 72 евро, а в Риге — 68. Как такое возможно? Обоснование: это Рига. И все. Никакого другого обоснования нет!

Если правительство примет эту реформу в окончательном чтении, мы, учитывая, что нет никакого профессионального обоснования, на следующий же день обратимся в Суд Сатверсме. Потому что недопустимо считать рижского ребенка (будь он из латышской, из русской или смешанной семьи) ребенком второго сорта, чтобы ему перепало в месяц на четыре евро меньше, чем остальным.

Благодаря этой реформе рижские учителя потеряют примерно по 100 евро в месяц. Учителя больших школ в зависимости от политики администрации, от ставок, от всего остального потеряют от 50 до 200 евро. В более драматичном положении окажутся школы нацменьшинств. Украинские, эстонские, литовские, еврейские… Там общее бюджетное сокращение превысит 10%. В школах–интернатах — 25–30%. Но такова позиция Карлиса Шадурскиса. И этим четко сказано, что «Единство» думает о Риге.

— Самый отрицательный опыт я, да и многие знакомые мне люди в Риге, получал от встреч с муниципальными предприятиями. Я готов даже считать, что сейчас эти вот предприятия — одна из самых больших нечистот города. На мой взгляд, муниципальные предприятия за деньги рижан распустились до того, что собственная деятельность для них вторична, а клиент продолжает быть никем. Это видно, начиная с циничности в личном общении и кончая хотя бы непонятными двумя евро за неоказанные юридические услуги.

— С одной стороны, никто не идеален. С другой — в учреждениях Рижского самоуправления, предприятиях, агентурах работают те же рижане, которые трудятся на частных предприятиях, в частных компаниях и государственных учреждениях. В–третьих, следует понимать также и специфику этой работы.

Больше всего жалоб имеется или об общественном транспорте, или о обхозяйствовании домов. Общественный транспорт используют 65% рижан. Естественно, что при таком количестве будет и больше жалоб. А если говорить о обхозяйствовании домов, то, с одной стороны, в нашем ведении 85% домов. С другой — у половины домов, которыми мы занимаемся, имеются долги. А если люди не платят, то сложно заботиться о надлежащем качестве.

Я тут не пытаюсь в каком–либо роде оправдываться, я просто перечисляю те объективные факторы, считаясь с которыми мы должны пытаться действовать так, чтобы качество и отношение наших работников с каждым годом улучшались бы. Но это требует и времени, и приложения усилий.

— Это интервью прочтут уже после Праздника столицы. Дайте краткую характеристику нынешнего праздника. Что вы пожелаете рижанам?

— В этом году Праздник Риги особенный. Мы всегда стараемся предложить какую–то объединяющую тему. Когда–то это был средневековый замок. В этом году все подвластно тематике кино. Наверное, и среди вас, уважаемые читатели, есть люди, которые посетили кинотеатр на природе, слушали музыку из кинофильмов… Смотрели фейерверк в субботу вечером. Или участвовали в тех, можно сказать, традиционных мероприятиях, которые стали популярными и любимыми. Спортивные соревнования, парад ретроавтомобилей, показательные полеты авиации…

Рижане весь год усердно трудятся. И в последние годы празднуют все главные праздники вместе. И Лиго, и 18 ноября, и Новый год. Я хочу пожелать, чтобы мы продолжали трудиться столь же усердно и столь же радостно вместе встречали все важные праздники. Мы — все рижане.

Виктор АВОТИНЬШ.