Все, что имело отношение к Сталину и его семье, проходило через руки Паукера. Без его ведома ни один кусок пищи не мог появиться на столе вождя. Без одобрения Паукера ни один человек не мог быть допущен в квартиру Сталина или на его загородную дачу.
За короткий срок Паукер сумел настолько войти в доверие к вождю, что тот доверял ему свою жизнь не только в переносном смысле — во время бритья смело подставляя горло «вооруженному» острой бритвой Карлу. Еще большего расположения Сталина Паукер добился, презентовав ему собственное изобретение — сапоги с потайными каблуками.
Благодаря им глава СССР, который не отличался высоким ростом, мог выглядеть выше. Паукер успевал даже играть роль «придворного шута», развлекая Сталина анекдотами, комичными сценками и игрой в Деда Мороза на Кремлевских елках. В награду за свою угодливость Карл получил от вождя лимузин, кабриолет и множество правительственных наград.
В то время как Паукер возглавлял службу безопасности Сталина, личным телохранителем Иосифа Виссарионовича стал комиссар особых поручений Спецотделения Коллегии ОГПУ и бывший руководитель личной охраны Феликса Дзержинского Иван Юсис. Его назначили на эту должность летом 1927 года.
Юсис отличался невысоким ростом, щуплым телосложением и был далек от физических стандартов телохранителей, принятых сегодня. Тем не менее на должность личного охранника Сталина его отобрал и утвердил лично Вячеслав Менжинский, ставший к тому времени главой ОГПУ.
Свое «боевое крещение» телохранитель Юсис прошел 7 ноября 1927 года на параде в честь десятилетнего юбилея Октябрьской революции
В тот день для усиления охраны Сталина, который приветствовал участников парада с трибуны, отобрали несколько курсантов Военной академии имени Фрунзе.
Среди них оказались Аркадий Геллер, Владимир Петенко и Яков Охотников. Троица прибыла на Красную площадь с опозданием, из-за чего их попытался остановить один из сотрудников ОГПУ. Однако курсанты сумели прорваться на трибуну. Тогда чекисты, дежурившие около первых лиц государства, бросились им наперерез.
«Мы вас пришли охранять, а вы?»
Из потасовки, завязавшейся на трибуне, удалось вырваться курсанту Охотникову — ярому троцкисту, который ненавидел Сталина. Подскочив к вождю, курсант прокричал — «Мы вас пришли охранять, а вы что?» — а потом со всей силы ударил его кулаком в затылок.
Охотников уже занес руку для нового удара, но тут его руку перехватил телохранитель Юсис. Он легко ранил агрессора своим ножом, после чего курсанта скрутили подоспевшие чекисты. Каким-то чудом Охотников избежал наказания за удар, нанесенный Сталину, но спустя десять лет все же был репрессирован и казнен.
После этого случая охрану Сталина во время мероприятий на Красной площади усилили в разы: на подступах к трибуне Мавзолея отныне были расставлены пулеметы, на крышах окрестных зданий залегали снайперы, а ближайшая к Мавзолею колонна марширующих теперь состояла из сотрудников органов госбезопасности.
В 1928 году телохранитель Юсис с семьей справили новоселье: им выделили квартиру в Кремле — в Нижних апартаментах Большого Кремлевского дворца, рядом с апартаментами Сталина. Сам вождь с теплотой относился к своему первому охраннику и часто приглашал Юсиса вместе с женой и дочерью погостить на свою дачу.
Верный Юсис неизменно сопровождал Иосифа Виссарионовича во время его поездок по стране в бронированном вагоне поезда или на теплоходах. При этом время отъезда и вид транспорта, который в итоге выбирал Сталин, держались в строжайшем секрете вплоть до начала поездки.
В 1930 году на смену Спецотделению при Президиуме ВЧК, созданному для охраны первых лиц страны десятью годами ранее, пришел Оперативный отдел ОГПУ, который ожидаемо возглавил Карл Паукер. За несколько лет чекист сумел вывести из подчинения Комендатуры Кремля и существенно усилить службу спецохраны Сталина.
К примеру, Паукер убрал с территории Кремля ряд учреждений, куда постоянно наведывались многочисленные посетители, а также школу имени ВЦИК, выполнявшую роль гарнизона. Глава службы безопасности Сталина всерьез опасался госпереворота и видел в школе серьезную опасность.
По мнению Паукера, 1,5 тысячи военных, обучающихся там, могли запросто поднять восстание и взять в заложники первых лиц страны. Впрочем, несмотря на все усилия Паукера, Сталин, любивший пешие прогулки, часто игнорировал требование передвигаться по Москве на бронированном автомобиле.
Так было вплоть до 1931 года, когда в один из дней в руки Иосифа Виссарионовича попала служебная записка, содержание которой не на шутку встревожило вождя. После нее он стал пользоваться бронированным автомобилем.
«16 ноября, проходя с нашим агентом в 15:35 по Ильинке около дома 5/2 против Старогостинного двора, агент английской разведки случайно встретил Вас и сделал попытку выхватить револьвер. Как сообщает наш агент, ему удалось схватить за руку указанного англоразведчика и повлечь за собой, воспрепятствовав попытке». Из служебной записки на имя Сталина.
«Труд этот был нечеловеческий»
В 1931 году, к большому огорчению Сталина, его телохранитель Юсис скончался от инфаркта. Вскоре главным охранником вождя стал опытный чекист Николай Власик, выходец из бедной крестьянской семьи. До этого Власик был одним из рядовых телохранителей Сталина и, помимо прочего, занимался обустройством его дачи.
В отличие от своего предшественника, Власик обладал крепким телосложением и недюжинной силой: однажды карманник попытался стащить у Николая кошелек, но тот перехватил руку вора и так сильно сжал ее, что переломал все кости.
Позже Власик попросил подоспевших милиционеров не задерживать карманника: мол, тот все равно воровать больше не сможет
Чтобы обеспечить безопасность Сталина, Власик разработал целую систему конспирации: в назначенный час вместе с машиной вождя из Кремля выезжали сразу несколько аналогичных правительственных автомобилей — порой их число доходило до 15 — и разъезжались в разные стороны. Определить, в какой машине находится Сталин, было невозможно.
Порой похожий маневр охрана советского лидера устраивала и с двумя идентичными правительственными кортежами. С 1932 года автомобиль Иосифа Виссарионовича всегда сопровождали две машины, в салоне которых находилось по четыре охранника.
Впрочем, Власик зашел куда дальше: он приказал своим подчиненным составить досье на каждого из жителей домов, мимо которых лежал традиционный маршрут Сталина. Семьи граждан, которых глава охраны вождя счел ненадежными, были переселены в другие места, а их квартиры заняли чекисты.
При Власике была введена и практика с двойниками советского лидера: вместо самого Сталина мероприятия, где требовалось лишь его присутствие, посещали загримированные под генсека люди.
Если же Сталин решал лично отправиться на важное мероприятие, на месте его проведения принимались самые строгие меры безопасности. За несколько дней до важной даты само здание и прилегающие к нему дома тщательно проверяли и устраивали в них охранные пункты с круглосуточным караулом: входили туда по заранее составленным спискам.
Особую тревогу у службы безопасности Сталина вызывали его визиты в Большой театр: ложу вождя тщательно проверяли перед его приходом, а в моменты, когда он входил и выходил из театра, кулуары были пусты — туда никого не пускали.
После того как в 1932 году умерла жена Сталина Надежда Аллилуева, на плечи Власика легла забота о трех детях вождя. Его дочь Светлана Николая не любила, считая того «невероятно малограмотным, грубым, глупым, но вельможным». А вот Василий и приемный сын Сталина Артем Сергеев относились к Власику благосклонно, понимая тяжесть его работы.
Труд этот был нечеловеческий. Всегда ответственность головой, всегда жизнь на острие. Он [Власик — прим. «Ленты.ру»] прекрасно знал и друзей, и недругов Сталина. Что у Власика вообще была за работа? Это была работа день и ночь, не было 6-8-часового рабочего дня. У него вся жизнь была работа, и он жил около Сталина
Из воспоминаний приемного сына Сталина Артема Сергеева
В 1931 году (по другим данным, в 1935-м) Власику пришлось закрывать Сталина от пуль своим телом: произошло это во время прогулки вождя на катере близ города Гагры. В какой-то момент по моторному судну с берега открыли огонь: стреляли пограничники, якобы не знавшие о правительственной прогулке.
Именно тогда главный телохранитель советского лидера закрыл его собой: к счастью, оба не пострадали. А вот офицера, отдавшего приказ стрелять по катеру, вначале осудили на пять лет, а затем расстреляли. К слову, сам Власик в ошибку пограничников не верил — он полагал, что на жизнь его шефа было совершено спланированное покушение.
Дача особого режима
Стараниями Власика для Сталина была организована целая система подмосковных дач и резиденций на юге СССР с бытом и охраной на высшем уровне. В 1933 году советский лидер решил сменить столичную жизнь на загородную и выбрал для своего проживания «Ближнюю дачу», расположенную в подмосковном селе Волынское.
Самого вождя на даче охраняли девять человек: сам Николай Власик, семеро из 35 находящихся на территории телохранителей и личный шофер из разведчиков. Немногим позже эту команду увеличили до 12 человек. А в наружной охране сталинской дачи, обнесенной двойным забором, было задействовано около 200 человек.
«В нашу обязанность входило сопровождать Сталина, куда бы он ни направлялся. Даже когда он гулял у себя по саду, за ним постоянно следовали 3-4 телохранителя. — из воспоминаний охранника Сталина Владимира Васильева. — Сам вождь охрану, готовую в любой момент отдать за него жизнь, прикрыть его от пули своими телами, за людей явно не считал и, встречаясь, смотрел сквозь нас. Заговаривать с ним было запрещено, и мы даже давали подписку, что не будем обращаться к нему с личными просьбами».
Между тем летом 1934 года на базе ОГПУ появилось новое подразделение НКВД — Главное управление государственной безопасности (ГУГБ). Для усиления охраны Сталина, бывавшего в Москве наездами, и других правительственных особ в 1936 году было организовано патрулирование Кремля: для этого привлекли спецполк НКВД из 1200 военнослужащих.
Проклятое место
«Серый кардинал» Кремля Карл Паукер в ноябре 1936 года занял пост начальника отдела охраны (1-го отдела) членов правительства ГУГБ НКВД СССР. А уже весной 1937-го над ним стали сгущаться тучи: из фаворита Сталина он превратился во врага народа.
Паукера подвела его излишняя ретивость — он активно участвовал в политических процессах и, среди прочего, способствовал уничтожению фигурантов дела «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра» — оппозиционеров Льва Каменева и Григория Зиновьева.
Правда, год спустя Карл сам оказался на их месте: его объявили «немецким шпионом», обвинили в подготовке покушения на Сталина и расстреляли летом 1937-го. Позже Паукер попал в число немногих жертв репрессий, которым было отказано в посмертной реабилитации.
Его печальную судьбу разделили и два следующих руководителя 1-го отдела. Владимир Курский, который занимал эту должность всего пару месяцев, в июне 1937 года стал начальником 3-го (контрразведывательного) отдела и в этом же месяце свел счеты с жизнью при невыясненных обстоятельствах. Следующий глава 1-го отдела, Израиль Дагин, продержался на посту около года, а затем был арестован и расстрелян. Причем в посмертной реабилитации ему, как и Паукеру, отказали.
А с 1938 по 1952 год должность руководителя 1-го отдела ГУГБ НКВД СССР занимал Николай Власик, который за считанные годы сумел выстроить практически идеальную структуру службы безопасности Сталина. К слову, «власиковская» система была скопирована сторонниками Гитлера для создания службы охраны правительственных особ в Германии.
«Образованный человек слишком много думает»
С началом Великой Отечественной войны на плечи Власика легли обязанности по эвакуации членов правительства во главе со Сталиным — он обеспечил переезд партийной верхушки в Куйбышев и там занялся выстраиванием системы охраны. Верный телохранитель сопровождал вождя повсюду и по его перемещениям можно было вычислить самого советского лидера.
Поэтому в моменты, когда Сталин бывал на фронте, нарком внутренних дел СССР Лаврентий Берия категорически запрещал Власику принимать участие в этих выездах.
К слову, в годы войны большую роль в охране Иосифа Виссарионовича сыграли советские разведчики и диверсанты. Именно они перехватывали на территории СССР фашистских шпионов-головорезов, целью которых было убийство Сталина. На время проведения Тегеранской, Ялтинской и Потсдамской конференций штат охраны вождя расширялся до нескольких тысяч человек и десятков единиц техники.
К примеру, во время его перелета в Тегеран на самолете Douglas C-47 Skytrain безопасность в воздухе обеспечивали 24 истребителя. В Тегеране Сталина ждала организованная Власиком охрана из трех колец армейских полков и оперативников.
В 1946 году служба спецохраны пережила очередную реорганизацию: Управление коменданта Московского Кремля было объединено с двумя управлениями охраны — так возникло Главное управление охраны Министерства государственной безопасности (ГУО МГБ) СССР.
Николай Власик, к тому моменту получивший генеральские погоны, возглавил новую структуру, годовой бюджет которой изначально составил 170 миллионов рублей.
В ведение главного телохранителя Сталина поступил многотысячный штат охранников. Часть из них (в разные годы от 400 до 600 человек) была зачислена на службу в подразделение Охраны №1 ГУО, предназначенное для обеспечения личной безопасности вождя. К слову, к 1952 году расходы на содержание ГУО превысили 600 миллионов рублей, а штат сотрудников разросся до 15 тысяч человек.
Желающих попасть на службу в подразделения охраны первых лиц государства было хоть отбавляй — должности там считались очень престижными и оплачивались весьма достойно.
Но и отбор в ряды охранников был строжайшим: без партийных рекомендаций попасть туда было невозможно. Больше всего шансов оказаться в списке телохранителей имели москвичи — проверить их благонадежность было проще всего. Несомненным плюсом для потенциальных охранников было наличие собственного жилья или отсутствие жены: холостые в отдельных квартирах не нуждались — хватало предоставленных комнат в общежитиях. При этом высшее образование не просто не требовалось, но и становилось минусом для кандидатов в кремлевские охранники.
Образование наших сотрудников не должно превышать десятилетки: образованный человек слишком много думает. Отобранные кандидаты были обязаны пройти профподготовку — для этого в Ногинском районе организовали специальный учебный центр и военный лагерь.
«Сталин отдал меня в руки врагов»
Однако, несмотря на многолетнюю верную службу, Николаю Власику в конце концов не удалось избежать репрессий — его тайным врагом оказался сам Лаврентий Берия.
Первый тревожный звонок для начальника охраны Сталина прозвенел после Потсдамской конференции — Власика обвинили в том, что он вывез из Германии и передал в пользование своей семье быка, лошадь и двух коров. Тот и не отрицал этого факта: во время войны немцы разорили село, где жила семья сестры Власика. Они угнали его племянницу на работы в Германию и забрали скот.
Поэтому главным оправданием начальника охраны было то, что он просто восстановил справедливость. В тот момент Сталин поддержал Власика и потребовал прекратить расследование. В следующий раз на главного телохранителя вождя напали в 1948 году.
Арестованный комендант «Ближней дачи» сообщил на допросе, что Власик якобы планировал отравить генералиссимуса. Однако осведомленный о доносе на своего приближенного Сталин счел эти слова бредом. Но Берия не сдавался — с его подачи в 1952 году была организована проверка подведомственного Власику ГУО МГБ.
Так вскрылись факты должностных злоупотреблений — охранники и персонал сталинских дач в отсутствие хозяина устраивали громкие посиделки и беззастенчиво опустошали кладовые и бары с дорогими напитками. После этого скандала Власик был снят с должности и занял место замначальника Баженовского исправительно-трудового лагеря на Урале.
Вскоре после этого, в мае 1952 года, ГУО МГБ СССР было преобразовано в Управление охраны (УО) МГБ СССР, курировал которое лично министр госбезопасности Семен Игнатьев. Но гонения на Власика не прекратились: окончательно «добило» бывшего начальника сталинской охраны «дело врачей».
В рамках него Николая обвинили в том, что он не осведомил Сталина о письме врача-кардиолога кремлевского Лечсанупра Лидии Тимашук. В этом послании Тимашук обвиняла своих коллег во вредительстве и подтасовке диагнозов.
За арестом и расследованием последовали пять лет лагерей — на свободу Власик вышел лишь в декабре 1957-го. Спустя десять лет его не стало, а родственники добились реабилитации генерала лишь в 2000 году. Того, что Сталин не заступился за него, Власик вождю так и не простил.
«Я был жестоко обижен Сталиным. За 25 лет безупречной работы, не имея ни одного взыскания, а только одни поощрения и награды, я был исключен из партии и брошен в тюрьму. За мою беспредельную преданность он отдал меня в руки врагов», — из воспоминаний Николая Власика.
Проморгавшие смерть
Последние годы своей жизни Сталин провел на «Ближней даче». К этому времени охрана правительственной резиденции и ее окрестностей сильно улучшилась. На дороге, ведущей к даче, постоянно дежурили милицейские патрули: рядовых сотрудников в их составе не было — к этой работе привлекали правоохранителей в званиях капитанов и майоров.
Леса, окружавшие территорию резиденции Сталина, были перегорожены колючей проволокой и патрулировались охранниками с овчарками.
Ближе к первому из двух заборов дачи генералиссимуса были размещены трофейные охранные системы из Германии, оснащенные датчиками движения: они позволяли дежурному определить, в каком секторе находится нарушитель.
Между двумя заборами сотрудники охраны разместили морские сигнальные прожекторы. Воздушная зона над дачей была закрыта для полетов, а на случай внезапной атаки на территории резиденции находились средства ПВО. Кроме того, при необходимости вождь мог укрыться в бункере-бомбоубежище площадью 12 квадратных метров, расположенном в 17 метрах под землей — его построили в 1942 году.
Около самого дома дежурила личная охрана — «девятка». Наверное, по сложности и изощренности охраны ее [дачу] можно было бы сравнить только с Wolfsschanze [«Волчьим логовом», главной ставкой] Гитлера.
Одним из требований службы безопасности были плотно зашторенные окна: даже дежурившие во дворе охранники не догадывались, в каком из внутренних помещений в тот или иной момент находится Сталин. Но все меры охраны оказались бессильны перед лицом болезни.
1 марта 1953 года Сталина разбил инсульт (версия о его отравлении так и осталась на уровне домыслов), и спустя четыре дня он скончался. К слову, в гибели вождя некоторые винили именно телохранителей: они были свидетелями ночных посиделок Сталина, и их не насторожил тот факт, что глава СССР не давал о себе знать и не выходил из комнаты целый день.
Полагая, что тот попросту отсыпается, охранники решились потревожить своего шефа лишь в 22:00 — к этому времени Сталин был едва жив. Впрочем, к ответственности охранников привлекать не стали: после смерти генералиссимуса с подачи Берии служба личной безопасности Сталина была распущена, а многие ее сотрудники были распределены в разные учреждения за пределами Москвы.
Анна Комиссарова, Лента.ру
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.