Такая работа: делать кубики льда. Но очень большие

Как-то раз наш латвийский лед и сделанные из него фигуры поставлялись аж… за Полярный круг. Поэтому Эдуард Суниньш, основатель “ледяного дела” в Риге, не смеется над шуточками про «продать чукче холодильник зимой». Это его работа — делать кубики льда огромных размеров не только для Балтийских, но и для Скандинавских стран, где происходят ледовые фестивали. И существует очень много секретов того, как сделать материал для скульптур идеально чистым и прозрачным, — ими никто не делится! Кстати, в Балтии Эдуард единственный, кто делает лед…

Ледяные блоки нужны для того, чтобы потом из них делать произведения искусства. Правда, недолговечные, но тем не менее. А еще в ледяные блоки можно вморозить все что угодно, чем Эдуард тоже активно занимается. Но это вам не ягодку или цветочек заморозить, что к слову, нередко происходит. В ледяные блоки заточаются бутылки с алкоголем, покрышки и даже велосипеды!

А сейчас Эдуард уже полтора года работает над сложным проектом, где ему предстоит заморозить… целую машину. При этом после такой заморозки машина должна поехать как ни в чем не бывало.

— Замороженную машину нам заказали в Германии для рекламной акции. Кто конкретно заказал — секрет, — говорит Эдуард. — А работаем мы так долго, потому что технически это трудно осуществить. Для выполнения задачи нам требуется ледяной блок весом в 45 тонн. Чтобы его сделать, нужна новая холодильная установка, которую нам необходимо изготовить специально для этого проекта.

Дальше — сама заморозка: если заморозим машину сразу, она сломается. Поэтому над этим надо долго работать… Ведь авто нельзя обработать специальным защитным покрытием, так как оно не позволит вначале обморозить его вокруг: обморозка просто не будет держаться. А без ледяного покрытия машина сломается и будет выглядеть некрасиво. А потом все это надо будет еще транспортировать в Германию…

Тайна превращения воды в лёд

А начинал Эдуард с песка. Десять лет назад он с художниками делал песочные фигуры для фестивалей. Но потом перешел на фигуры ледяные: обнаружил, что в соседних странах ничем подобным не занимаются, и стал замораживать ледяные блоки.

Эдуард открыл нам, что нигде нельзя купить для них специальные морозилки. И что никто вам не расскажет, не подскажет, какими они должны быть. Сами придумывали, сами экспериментировали, пока лед не получился качественным:

— Два года я пробовал различные морозильные устройства. Сами делали морозилки, сами же их и переделывали. Материалы можно купить, а вот технологии — нет. Надо было найти нужный темп заморозки воды: лед морозился либо слишком медленно, и это выходило дорого и невыгодно, либо слишком быстро — тогда ледяной блок трескался или не получался прозрачным.

Мы морозим воду таким образом, чтобы она все время циркулировала, поэтому надо было также решать, как быстро она должна это делать. Нельзя ни слишком быстро, ни слишком медленно. Чтобы лед был хорошим, не должно быть резкой смены температур. А вообще воде, когда она переходит в другое агрегатное состояние, нужна… гармоничная спокойная музыка. Я серьезно — это научно доказано! И в нашем ангаре мы включаем музыку…

В течение полутора лет Эдуард сделал первую морозилку, а потом постепенно у него появились еще. Теперь в его ангаре стоят 10 морозильных установок, где ждут своего часа блоки, самые тяжелые из которых весят полторы тонны. Их вынимают с помощью кранов и подъемников. Блоки поменьше Эдуард таскает сам с помощью помощников. Он говорит, что брать лед из рек и озер, конечно, дешевле, но не легче. Да и лед там не чистый и не прозрачный. А он воду фильтрует.

— Большой блок замерзает в среднем 10 дней, — рассказывает Эдуард. — Маленький — три-четыре дня. И так круглый год. Заказов летом, может быть, чуть меньше, но мы делаем запасы для зимы. Самая большая фигура, какую мы делали, весила 4,5 тонны. Но вообще-то максимума не существует: в Германии, помню, видел фигуру под 12 метров высотой. Так что все зависит от возможностей заказчика…

Латвийские клиенты в основном хотят лебедя на свадьбу, петуха на Новый год, гномиков, Дедов Морозов, зайчиков-котиков на день рождения. Но были и интересные заказы: один ресторан как-то заказал брюссельского писающего мальчика. Красивый фонтан получился…

В среднем скульптура в помещении может простоять сутки. Более массивные и объемные продержатся и трое суток. Лед Эдуарда тает медленнее обычного. Все потому, что вода очень чистая, лед очень плотный, внутри нет ненужных примесей, нет кислорода, который позволяет фигуре таять быстрее.

Но нет такого, что к концу срока фигуры полностью тают и от них остается лужица — они держат форму и «после бала». Вода обычно стекает в резервуар, стоящий под столом или постаментом. А вокруг все сухо.

Тут же, в ангаре, приглашенные художники вырезают ледяные фигуры. У всех разная специализация: один может быстрее сделать покемона, другой выточит здание, кому-то легче дается Дед Мороз. Двух одинаковых фигур никогда не бывает, все индивидуально.

Художников, специализирующихся на ледяных фигурах, в Латвии немного — всего восемь-девять человек. Четверо работают с Эдуардом. Инесе Валтере одна из них. Когда она еще училась в Латвийской академии художеств на скульптора, ее пригласил поработать к себе Эдуард. И вот уже десять лет они сотрудничают.

— Некоторые художники не считают себя скульпторами и говорят, что они художники по льду, — говорит Инесе. — А я в академии научилась пониманию пропорций и формы как таковой, поэтому считаю себя именно скульптором. Не было такого, чтобы я очень хотела работать со льдом, но меня втянули в это. И потихоньку дело меня увлекло… Для Латвии это та самая ниша, где скульпторы работают активно и вообще происходит какое-то движение. Лед — это то, где скульптор может себя проявить. Ведь у нас скульптуру понимают меньше, чем живопись…

У каждого — по ножичку!

Инесе говорит, что изо льда можно сделать все что угодно. Но самое трудное не вырезать фигуру, а доставить ее и установить на месте в целости и сохранности. Ведь лед очень хрупкий материал. Надо думать над тем, как эта фигура будет выглядеть, когда начнет таять, через два часа или через пять… Ты не можешь сделать массивные ноги и тоненькие руки, ведь такие руки быстро растают и фигура будет выглядеть непропорционально.

— Конечно, регулярные заказы — это больше ремесло, где надо, чтобы было «красиво», — говорит Инесе. — А вот искусство начинается на фестивалях, где важна еще и идея, которую ты вкладываешь в свою работу. Я часто езжу по различным фестивалям. Раньше мы ездили по России, а теперь больше по Европе. Связано это с тем, что в России мы уже все видели и знаем, а теперь хочется чего-то нового…

Фестивали ледяных фигур — это не только возможность путешествовать и обмениваться опытом, но и возможность получать премии. А вообще, это искусство больше популярно в России — в Якутии. Там у каждого дома стоит по ледяной фигуре, а у каждого маленького ребенка — по ножичку для резки льда. Это у них в крови…

Вот уже пять лет Инесе серьезно занимается именно резкой по льду. Изготовление стандартного петуха занимает у нее в среднем один день. Быстро и красиво одновременно не получится. На большие скульптуры уходит и по три дня. Принцип работы такой же, как и с камнем: сначала вырезаются большие линии или большие углы, а потом приступают к деталям. Моторной пилой вначале убираются большие куски, а дальше уже идет работа мелкими инструментами.

— Я не могу сказать, с каким материалом работать сложнее: с бронзой или со льдом, — говорит Инесе. — У каждого материала своя специфика. Это как если спросить: какая девушка красивее — брюнетка или блондинка. Единственное — лед тает, он непостоянен. Но непостоянство сейчас в цене. Мир меняется очень быстро, и все меняются вместе с ним.

А еще лед прозрачный. Сложно работать, если хочешь добыть нужную форму: надо много двигаться, чтобы все видеть, ведь лед мерцает, сверкает, переливается красками. Только ты отрезал угол, как он ловит свет по-другому, иначе. А когда меняется освещение, меняется и линия. Но у нас тут отличные прожекторы, и художники нормально работают. Лед тяжел для формы. Я до сих пор учусь с ним работать, хотя знаю много. Еще он хрупкий, это тоже надо постоянно помнить.

Очень важно, при какой температуре ты режешь. Когда слишком холодно, лед становится очень твердым, работать с ним трудно. Чтобы самим не мерзнуть и чтобы лед хорошо себя вел, в среднем температура воздуха должна быть -10-12o C…

Если Инесе делает художественные скульптуры, то Эдуард работает с более простыми формами, где нужны простота, точность и техничность. Он не художник, поэтому работает над шаблонными логотипами фирм, где нужно выгравировать во льду нужное название, над помещениями изо льда.

Что обо мне подумают?

— Свой первый в Балтии ледяной бар мы сделали Эстонии, — говорит Эдуард. — Это такая ледяная комнатка, где все начиная со стульев и заканчивая стаканчиками сделано из льда. Идею с баром придумали именно эстонцы. И если сравнивать латвийских заказчиков и эстонских, то у последних более оригинальные идеи. Эстонцы более свободны, нежели наши, думают шире, выходя за рамки. Их зайчики не интересуют.

А у наших только зайчики, цифры года, знаки года — они более банально думают… А еще наша публика более пугливая. Часто думают: что обо мне подумает общество, когда я эту фигуру поставлю у себя? Для них это важно. А эстонец приходит со своей идеей: я думаю вот так! Для них мы еще делали интересный аквариум с замороженными рыбками…

Фигуры из песка у Эдуарда заказывают не так много, так как лед смотрится намного эффектнее. Его можно красивее осветить, он привлекает больше внимания. И лед стоит не так дорого в сравнении с тем, какой эффект он производит. Когда в ресторане тебе приносят еду на ледяной тарелке, где внутри заморожена ракушка или ягодка, еда воспринимается совсем по-другому. Поэтому ледяная посуда пользуется популярностью в ресторанах.

— Конечно, жаль, когда тает то, что ты делаешь от души, — говорит Инесе. — Обычно жаль фигуры, которые я делала для каких-то фестивалей. Но над простыми заказами я не плачу. Я с песком тоже работаю, но для Латвии делала всего три заказа. С песком я езжу в основном по другим странам. С ним работать сложнее, потому что все надо делать на месте, где уже должны быть правильная вода и правильный песок.

Правильный песок — без примесей, без камушков, чтобы держал форму. Из пляжного песка очень сложно сделать изящную фигуру, а правильный берется из карьеров и либо очищается от глины, если ее много, либо ею наполняется, если глины не хватает. И когда все правильно сделаешь, фигура из песка может стоять месяцами. Пока не ударят морозы…

Виктория СТИЕБРЕ

Фото Владимира Старкова (Эдуард и Инесе)