Свадьбы не будет! У Лукашенко не осталось аргументов, чтобы обосновать свою власть над Белоруссией: мнение

У власти очевидная проблема — повысить градус террора она опасается, так как это даст толчок к новому росту числености протестов. Но и пойти на малейшие уступки хоть в чем-то — скажем, выпустить политических заключенных — будет означать для протеста знак, что власть можно вынудить. Поэтому остается все как есть — то есть, никак. Патовая ситуация.

Начали распространяться слухи о том, что все-таки на следующей неделе могут отпустить знаковых узников вроде мужа Тихановской или схваченного банкира Бабарико. Возможно, это условие, которое будет вынужден выполнить Лукашенко в обмен на помощь Кремля. Трансфер белорусской власти неизбежен — даже если протесты угаснут, для Лукашенко президентствовать в совершенно новой Белоруссии будет предельно сложно. Модное нынче слово «турбулентность» — это то, что теперь точно ожидает Белоруссию.

Экономически режим подорван — и внешняя коньюнктура, и внутренние проблемы складываются в идеальный шторм. Если Кремль намерен воспользоваться катастрофой, которую устроил в стране Лукашенко, то экономические проблемы у Белоруссии только начинаются — перед захватом чужой собственности наиболее логично будет опустить ее стоимость до минимальных значений. Поэтому кремлевские олигархи, вожделенно смотрящие на еще неразграбленные угодья, будут делать все, чтобы экономический коллапс Белоруссии состоялся как можно быстрее и более полно. Раз так — у Лукашенко просто не будет аргументов обосновывать свое право на власть стабильностью. Ее уже не будет. Значит, так или иначе, но придется уходить. Или решать вопрос, чтобы остаться но так, чтобы фактически уйти.

За Лукашенко просто нет ни одной выигрышной стратегии. Он не может больше опираться на «стабильность», потому что ее нет и уже не будет. Он не может предложить (и тем более реализовать) никакой проект развития, так как его режим 26 лет строился строго в рамках проекта «стабильность», а потому для перехода в иное состояние придется полностью трансформировать всю систему власти. У Лукашенко на это нет мандата перед собственной бюрократией. И за рамками выстроенной им системы он никто.

Какое-то время он, конечно, будет трепыхаться и пытаться удерживать власть, но чем дальше — тем менее адекватно это получается. Бегать с автоматом за натовскими ядерными боеголовками — выглядит это как-то не ага. Но деваться некуда. Пять известных стадий принятия уже начались, и сейчас Лукашенко на стадии перехода гнева к торгу, после чего через депрессию ему придется принимать неизбежное. Он проиграл.

Сам по себе трансфер вряд ли будет простым. Три внешних игрока будут решать на этой стадии свои задачи, они конфликтны друг по отношению к другу, а потому любая новая власть в Белоруссии будет либо компромиссной и коалиционной (скорее всего, два игрока сколотят правительство, противодействующее планам третьего), либо новая власть будет подчеркнуто чьей-то (к примеру, про-российской), но тогда два выброшенных за борт внешних субъекта будут оказывать ей серьезное противодействие, пытаясь сделать владение Белоруссией для «победителя» максимально обременительным. Про-белорусского правительства пока не просматривается даже на горизонте. И это — главная претензия к Лукашенко. Его режим личной власти привел к полному отсутствию национально-ориентированной оппозиции, а значит — к национальной катастрофе после его ухода. И ситуацию не исправить ни за неделю, ни за месяц — сколько там Лукашенко еще сидеть в кресле.

Анатолий Несмеян.