На днях Валерий Самохвалов вернулся из Бразилии. Но не спешите поздравлять с путешествием в эту далекую и экзотическую страну: это не та Бразилия с тропическими лесами, где много диких обезьян. И хотя на дороге, ведущей к «нашей» Бразилии, замечены следы крупного кабана и табунка косуль, расположена она всего в получасе езды от Даугавпилса, на стыке Калкунской и Медумской волостей.
Долгая дорога в Бразилию
Надо сказать, что здесь автор уже бывал лет пятнадцать назад. Тогда, прежде чем оказаться в «Бразилии», очутился на каком–то хуторе. Остановился, чтобы спросить, правильно ли еду. Навстречу вышла женщина:
— Нет, немного недоехали: «Бразилия» — во–о–он за тем леском. А наш хутор называется «Лиелкалнс».
Услышав это поэтически–красн
— А может, ваш дом на камне стоит? Ведь неспроста хутор так называется.
— А как же тогда мы вырыли бы подвал под домом? — парирует сельчанка, которая назвалась Антониной. — Нет, видимо, были другие причины дать такие названия и нашему хутору, и «Бразилии».
— Ну, бог с ним, с камнем — нет его, и ладно. А вот почему «Бразилия»?
— А вот этого не знаю. Спрашивайте у хозяев.
Попробовав вкуснейшего деревенского творога и запив его молоком (несравнимым с пакетным!), любезно предложенным Антониной, поехал дальше — за лесок.
Действительно, всего в километре был хутор. Две собаки носились за оградой, не давая ни шанса приблизиться к поселению. Тогда это был обычный дом–пятистенок с недавно перекрытой крышей. На отшибе — маленькая банька. Заглянул в окошко: похоже, топится по–белому. Однако нельзя было не заметить и признаки цивилизации: на крыше — телевизионная «тарелка», а на фронтоне — датчик охранной сигнализации.
Вернувшись, снова захожу к Антонине. Она продиктовала номер телефона хозяев «Бразилии». По нему назавтра я и связался с ними. Действительно, наше первое знакомство на «бразильской» земле могло состояться только в ближайшую субботу — на нее мне и назначили встречу.
И вот я опять еду по уже знакомой дороге. На сей раз удалось доехать до «Бразилии» без особых приключений. Марс и Рекс (так звали четвероногих сторожей) уже не так лютуют. Видимо, признали во мне своего.
Навстречу вышла хозяйка — Раиса. Она мило улыбается и сразу приглашает в дом. Извиняется, что вчера по телефону не сразу согласилась принять гостя:
— Мало ли кто может позвонить. Время сейчас такое, что люди редко помогают друг другу даже в беде. А наш хутор стоит на отшибе, далеко от других поселений, так что в случае чего кричи не кричи — помощи ждать будет неоткуда. Правда, на нашу «Бразилию» пока никто не зарился, да и не дай бог.
Дома был и муж Раисы Арвид, который готовил баню: топил печь, таскал ведрами воду из пруда. Раиса всю жизнь работала на швейном производстве, но сейчас уже на пенсии, а Арвид — механик и снабженец в одном лице в фирме, занимающейся электромонтажным
Хутор — наследственный. Сруб дома поставлен больше ста лет назад, но, несмотря на свой весьма солидный возраст, ни следов гниения бревен, ни отметин жуков–древоточце
— А это потому, — говорит Арвид, — что раньше не знали, что такое «подсочка», при которой из сосен извлекали смолу–живицу.
Может быть, именно потому дом удивительно хорошо держит тепло: в одну из зим, когда морозы доходили до 30 градусов, а из–за сугробов и полного бездорожья сюда невозможно было добраться, чтобы еще хоть что–то спасти от стужи, цветок мирта, стоявший в не топленом две недели доме возле самого окна, не замерз. Банки с солениями, составленные в комнате, тоже не пострадали.
Почему хутор назвали «Бразилия»
— А откуда появилось такое интересное для наших мест название вашего хутора? — отхлебывая изумительный чай из местных трав, задаю свой главный вопрос хозяевам «Бразилии».
— Мне моя мама рассказывала, — вспоминает Раиса, — а ей передавала эту легенду ее мать, что в давние времена здесь вокруг был глухой лес. Кругом низины и болота, а в этом месте — единственная высота. Вот кто–то из предков–старовер
В тот мой приезд здесь все лето жил отец Арвида Микелис, которому было под 90 лет. Он, несмотря на весьма преклонные годы, был еще крепкий — как то дерево, из которого смолу не высасывали.
— В баню к нам, — подхватывает Арвид, — приезжает мыться уйма народу. Однажды мы посчитали — больше двадцати человек собралось! Приходилось в три–четыре захода париться. Сначала, пока пар сильный, идут мыться мужики. Потом — женщины и дети. Случается, одной закладки дров не хватает! Но ничего — по ходу дела подкидывали еще поленьев, ведь для здоровья не жалко, да и вокруг хутора бурелома в лесах уйма. А пока парильщики ждут своей очереди, обо всем переговорят: и о ценах, и о Евросоюзе, и о политике.
Но не только в баню приезжают сюда родственники и знакомые: летом собрались всей толокой, чтобы накрыть крышу.
— А жара в тот день стояла несусветная! Припекало — как в настоящей Бразилии! — со смехом вспоминает Арвид. — И пива ушло под эту работенку 62 бутылки!
Арвид и Раиса не ставят целью выращивать здесь какие–то заморские фрукты–ягоды: картошка, морковка да свекла — вот главные их изыски. Зато Раиса не удержалась, чтобы не похвалиться:
— Под стеной, с солнечной стороны дома, растет замечательный виноград! Даже в «плохой» год вызревает! Не хуже, чем в настоящей Бразилии! Правда, приходится гонять с гроздей птиц и ос — не услежу, так съедают начисто. Приходится укрывать от них и яблоню, на которой растут очень сладкие плоды.
Старый хутор на новый лад
Раньше, пока этот хутор еще не был оформлен, на нем царили хаос и разруха. Ведь раньше присматривать за ним приходилось только наездами — тогда еще и Арвид, и Раиса работали в Даугавпилсе. Но со временем хозяева навели здесь полный порядок. В этом убеждаюсь сейчас, когда по уже знакомой дороге приехал в «Бразилию». На въезде на хутор гордо красуется деревянная резная доска с надписью BRAZILIJA — сын Анатолий сам сделал и подарил маме на день рождения. Дом обшит современным натуральным материалом из фрезерованной древесины — этой работой Арвид и Раиса занимались вдвоем. Правда, поначалу дело не шло — не было нужных инструментов. Зато потом, когда и оборудование появилось, и навык приобрели, дело пошло на лад. Перед этим заменили несколько венцов сруба, которые поддались влиянию времени — поднимали углы на домкратах, вырезали подгнившие бревна, вставляли свежие тесины. Как обычно, трудились скопом — один домкратит, другой вырезает, третий подтесывает бревна. Потому и дело спорилось.
И теперь они живут на хуторе постоянно. Правда, и городскую квартиру держат — авось, внукам пригодится! Сами никуда не ездят на отдых по заграницам — только в «Бразилию»!
— Воздух здесь, — восторгается Раиса, — лучше, чем на любом курорте! Подышишь им, и хватает бодрости на всю неделю! А когда еще видишь плоды своего труда, душа радуется. Правда, нынешнее лето приносит одни огорчения: затяжные дожди залили участок с картошкой — копать ее еще рано, но она уже сгнила от избытка воды. Вчера из–за этого плакала: купить–то на зиму купим, но просто жалко трудов! А Арвид меня успокаивал: «Ну, что ты расплакалась — ведь сегодня праздник!» Тогда я и вспомнила, что у нас 44 года со дня свадьбы. А все равно обидно до слез! Даже огурцы, которым, как известно, нужно много полива, и те не растут. Хорошо что успела засолить в нескольких банках, пока не начались дожди. Ничего, хватит на зиму! Позже займусь заготовкой компотов из яблок и ягод — тоже витамины впрок!
Много средств и труда пришлось вложить в дорогу, ведущую к хутору. Если раньше она была проезжей лишь условно — после дождя проехать по глинистой почве и не мечтай, то теперь Арвид подсыпал ее на всем более чем километровом расстоянии гравием. Но есть два участка, которые после обильных дождей размывает, и их нужно все время подсыпать. Именно из–за них Арвид приехал за мной на своем джипе — на другом транспорте не добраться.
Минувшим летом взялись чистить колодец: когда стоит засуха, случается, что воды в нем чуть выше уровня ведра. Да и деревянный сруб подгнил. Привезли бетонные кольца, стали опускать на лебедках. Заодно почистили дно — за многие годы пользования его стало затягивать илом. И что удивительно: неподалеку, на косогоре, в то лето пробился еще один родник — видимо, нашла выход водяная жила, «потревоженная» во время чистки колодца. Пока на этот источник никаких перспективных видов нет, но на будущее Арвид готов вырыть колодец и там, ведь пока еще на хозяйственные и технические нужды используют воду из пруда, а она, особенно после сильных дождей, не совсем чистая.
Все пригорки вокруг хутора обкошены, но катушек сена на них не видно — поначалу Раиса хотела завести корову, но потом поняла: не справится. Потому сено отдают соседям. Совершенно бесплатно. А те, в свою очередь, когда Арвид зовет на подмогу, с охотой выручают в разных работах, с которыми не справиться своими силами. Из живности есть только куры, две собаки — Боцман и Мухтар да одна гусыня по кличке Гуся. Интересно и забавно наблюдать, как Раиса беседует с Гусей: она что–то спрашивает у нее, а гусыня, словно понимая, о чем речь, зычно отвечает: «Га–га–га!» Гуся очень умная и отлично понимает, в каком секторе нельзя приближаться к собакам, и никогда не переходит запретную черту.
Проблем с отоплением «бразильцы» не испытывают — вокруг хутора частный лес да еще на бросовых землях нарастает много ольхи, от которой чистят участки, а заодно получают дрова. С заготовкой тоже дела налажены: собирают толоку из соседей и родственников, которые всего за полдня справляются с поставленной задачей.
— Тогда, — говорит Арвид, — мы со смехом вспоминаем легенду о происхождении названия нашего хутора: трудимся не хуже рабов где–нибудь на бразильской фазенде! Местные дрова получаются намного дешевле, чем отопление дома каменным углем, который поначалу привозили из Даугавпилса. Но с ним возникает много неудобств: надо где–то хранить, куда–то девать шлак. Правда, я нашел ему применение — дорога требует постоянной подсыпки. Однако это не перевешивает цены угля — дрова–то почти бесплатные, не считая расходов на пиво всем участникам лесоповала.
Если Раиса находит на хуторе душевное удовлетворение и возможность получать экологически чистые продукты, то Арвид рассматривает ценность собственной «Бразилии» под философским углом зрения:
— Своими силами возродив к новой жизни старое поселение, которое было построено почти сто лет назад, стал относиться к этому месту совсем по–другому. Словно вырастил еще одного ребенка!
Есть в этом уголке Латгалии какая–то удивительная прелесть. Может быть, от услышанной легенды о происхождении названия этого хутора? Или от душевных и гостеприимных хозяев?
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.