Русская Латвия: как в Риге открывали памятник Петру I

Решение украсить центр города (тогда Александровский бульвар) памятником ПЕТРУ I рижские власти приняли в 1908 году — в ознаменование 200–летия вхождения города в состав Российской империи. Был образован комитет по созданию памятника, первое его заседание прошло 20 декабря.

А 12 января 1909 года объявили международный конкурс. В жюри вошли ведущие скульпторы России и Германии. Возглавил комиссию ректор Петербургской академии художеств Владимир Александрович БЕКЛЕМИШЕВ, вошли в нее скульптор Матвей Афанасьевич ЧИЖОВ, профессор Рихард ДИЦ из Дрездена, рижский архитектор Вильгельм БОКСЛАФ, представитель Российско–балтийского общества исследователей истории барон Герман БРУНИНГ.

Сколько сегодня присылают проектов на конкурсы скульптур в Латвии? Десять, двадцать? Впрочем, на них все равно побеждают «свои». А о результатах каждый может судить сам. Достаточно посмотреть на обелиск Оскару КАЛПАКУ и Карлису УЛМАНИСУ. А тогда прислали немыслимое по сегодняшним меркам количество проектов — 58!

Что двигало авторами? Вряд ли только гонорар — он был не самый большой. Каждому хотелось, чтобы именно его монумент украсил центр одного из ведущих городов Российской империи, а имя вошло в историю Риги…

Памятник ПЕТРУ I после открытия.

Огласили результаты. Победил Александр БАУМАН из Петербурга, второе и третье места заняли берлинцы — Франц ПРИТЕЛЬ и Вильгельм ВАНДШНЕЙДЕР.

Но победа еще ни о чем не говорила. После вердикта комиссии гипсовые проекты «пошли в народ» — их выставили в Рижском городском художественном музее. Лишь после этого окончательно назвали автора будущего памятника. И стал им с народной «подачи» малоизвестный Густав ШМИДТ–КАССЕЛЬ из Германии.

Дрезденский художественный музей честно информировал о нем комиссию: «Молодой, подающий надежды скульптор, у которого пока немного заказов…»

Однако это не умалило окончательного решения.

Еще одно отличие от нынешних конкурсов. На стадиях обсуждения сметы нередко раздуваются. А в случае с монументом Петру комиссия исходила из сметы — не более 50 тысяч рублей. Львиную часть средств составили пожертвования.

Среди лучших проектов не было работ Августа ФОЛЬЦА — ведущего в то время рижского мастера. Но если проект Шмидта–Касселя отметили еще на первом этапе — была в пятерке, то Фольца не оценили ни эксперты, ни зрители. Его проект назвали тяжеловесным, статичным, «типично немецким». Царь стоит: в одной руке — плащ, другой опирается на меч. Небольшая фигура диссонирует с массивным постаментом с многочисленными украшениями…

Но давайте перенесемся в лето 1910 года. Вот что писал «Рижский вестник» в номере от 1 июля: «Распоряжение генерал–адъютанта Императорского Двора барона Фредерикса. Пункт IV. 4 июля в 8 часов утра пятью пушечными выстрелами возвещено будет г. Риге, что того числа имеет быть празднование 200–летия присоединения Лифляндской губернии к Российской империи и открытие и освящение памятника императору Петру I…»

Торжества, приуроченные к круглой дате, предполагались не просто масштабные – подобных не было за все 200 лет нахождения Риги в составе России. Не случайно удостоить их своим посещением должен был сам НИКОЛАЙ II с семьей и свитой.

В том же номере – информация о многочисленных гостях, ожидающихся к празднику. Среди них и видные чиновники — как, например, питерский голова Илья Иванович ГЛАЗУНОВ, и простые смертные – староверы из Режицы (Резекне), учащиеся.

Входили в Рижскую гавань и военные суда. В номере той же газеты за 2 июля читаем, что в город прибыла минная эскадра из 11 крейсеров под командованием вице–адмирала Николая Оттовича фон ЭССЕНА: «Всего вчера в Ригу прибыли 28 военных судов, которые стали на якорь у левого берега Двины…»

4 июля — кульминация торжеств. Это было воскресенье. Вот что писал «Рижский вестник» на следующий день:«В двенадцатом часу дня при восторженных несмолкаемых криках «ура» и звуках гимна к  месту установки памятника соизволили прибыть в коляске Ее Императорское Величество Государыня Императрица Александра Федоровна с Августейшими дочерьми их Великими Княжнами Ольгою, Мариею и Анастасиею Николаевнами… Ее Величество и Их Императорское Высочества были в белых нарядах. Государыня Императрица была в Андреевской ленте…»

НИКОЛАЙ II и царская семья (в шатре) перед открытием памятника.

Когда с памятника слетело покрывало, «началась праздничная пальба»: «с военных судов, находящихся в Рижском порту, с фортов Усть–Двинской крепости и артиллерийских батарей… А во всех церквах производился колокольный звон…»

К монументу было возложено множество венков, серебряные – от городов Москвы и Петербурга. Около 11.30 император со свитой отбыли на личную яхту «Штандарт», стоящую в Рижской гавани.

Но и после того как закончилась официальная часть, празднование продолжалось. По сообщениям «Рижского вестника», это было настоящее народное ликование: «По окончании торжественного освящения памятника к нему устремился толпами народ. В течение дня побывало несметное количество публики, непрерывно подходили со знаменами, без них группы учеников и учениц, находящихся в Риге… А когда настал вечер, Императорская яхта «Штандарт» засветилась бесчисленными огнями иллюминации, отражавшимися в волнах Двины. Пестрой изящной лентой засверкала иллюминация на городской набережной и Понтонном мосту. Засверкал бесчисленными огнями весь город…На набережную стекалась многочисленная ликующая толпа, двигавшаяся с пением гимна и криками «ура» до полуночи…»

Много воды утекло с тех пор. В 1915 году с приближением к Риге фронта Первой мировой памятник снимают с пьедестала и пароходом эвакуируют в глубь страны. Пароход топит немецкий миноносец, но в 1934–м эстонские водолазы обследуют дно и находят затопленный памятник. Через несколько лет его продают Риге, и город собирается установить его в саду Виестура: прежнее место занято – там уже Памятник свободы. Однако вскоре начинается война.

Только в конце 1990–х на деньги предпринимателя Евгения ГОМБЕРГА памятник был отреставрирован в Петербурге, а в июле 2001 года – во время празднования 800–летия Риги – предстал рижанам и гостям в саду Кронвалда. Но лишь на несколько дней. По решению Рижской думы, в которой тогда правили соцдемы, памятник убрали, а г–на Гомберга оштрафовали, обвинив в самоуправстве.

С тех пор лучший монумент дореволюционной Риги, построенный на народные деньги и выбранный народом, мы вынуждены искать в Юрмале — во дворе частного дома. Шляпу снимаю перед Евгением Гомбергом, но не настало ли время явить Петра I, созданного в основном на народные пожертвования, народу?

Илья ДИМЕНШТЕЙН
Все фото – из архива