Нет, это не Майдан: чем принципиально различаются ситуации на Украине и в Белоруссии

На Украине, в отличие от Белоруссии и России, существовал и существует механизм разрешения электоральных противоречий через выборы. Безусловно, демократией пока здесь и не пахнет — это ее первая стадия, охлократия. Власть толпы. Чем укрополитикум с выгодой для себя пользуется. Тем не менее, в украинских реалиях противоречия внутри элиты все-таки разрешаются именно на выборах, а потому уровень подтасовок и фальсификаций, конечно, существенно ниже. Результат достигается демагогией и технологиями оболванивания, но сам по себе подсчет голосов можно признать относительно честным. Относительно российских и белорусских реалий, конечно.

И вот в том и проблема, что в рамках этих сложившихся механизмов так называемые «оранжевые» не могли победить иначе, чем через государственный переворот или неконституционные действия. На выборах они неизменно пролетали фанерой над Парижем. Поэтому в 2004 году им пришлось давить улицей, чтобы устроить «повторный второй тур», полностью противоречащий конституции, а в 2014 году идти на прямой госпереворот. Вокруг этих двух событий можно наворачивать любые лозунги и кричалки про свободный выбор свободных людей, но оба майдана — это навязывание воли меньшинства большинству, причем силовым способом. Что, конечно, ничего общего с демократией даже в ее зачаточном, как на Украине, виде иметь не может. Выборы Зеленского (вне зависимости от того, как кто к нему относится) вернули Украину на путь законного и нормального разрешения противоречий, и одно это позволяет относиться к итогам последних выборов крайне положительно.

С Белоруссией (и Россией) никаких аналогий в данном случае нет и даже близко. В Белоруссии и России нет механизма разрешения противоречий через выборы. Диктатура есть диктатура. Поэтому протест, мятеж или революция — в общем, любые незаконные действия — мероприятие, которое неизбежно возникает как реакция на невозможность разрешить противоречия законным путем.

Протесты в Белоруссии и России имеют принципиально иную природу, чем майдан на Украине. Хотя, конечно, внешнее сходство буквально бьет по глазам. Тем не менее в этом смысле украинцы ушли дальше русских и белорусов — у них по крайней мере уже есть механизм, которого все еще нет ни у россиян, ни у белорусов. Вот когда он будет создан — тогда и будут возникать аналогии. Но не сейчас.

В реальности сегодняшняя борьба с диктатурами в Белоруссии и России идет за создание такого способа разрешать противоречия, при котором проблемы будут решаться не на улице, а в более цивилизованном порядке. Но пока у власти находятся диктаторы, этот способ недостижим.

Анатолий Несмеян.