«Мы купились на обещания Москвы»: Айо Бенес мечтает о новой революции в Донбассе

На днях Черный Ленин прислал в редакцию «Новой» письмо, где раскритиковал позицию Москвы по вопросу мирного урегулирования в Донбассе, а также обвинил «московских кураторов и олигархов» в узурпации власти в республиках. Негодование леваков, поддерживающих Новороссию, вызвал недопуск коммунистической партии «ДНР» к выборам в «Верховный совет ДНР».

Кроме прочего коммунист заявил, что разочарован в миротворческих усилиях российской власти и вместе с коллегами намерен создать фронт патриотических сил, который заставит Москву изменить свою политику.

Напомним, что газета РБК сообщала на прошлой неделе о расформировании управления администрации президента России, курирующего взаимодействие со странами СНГ и непризнанными республиками. Источники издания заметили, что Кремль, по сути, не контролирует политические процессы в «ДНР» и «ЛНР», однако на территории продолжают работать политтехнологи, представляющиеся кураторами из Москвы.

Подробнее с Черным Лениным поговорил спецкор «Новой» Павел Каныгин.

— Так что конкретно вас не устраивает, Бенесс?

— Целый список вещей нас не устраивает. Во-первых, узурпация власти в Донбассе сомнительными антинародными элементами. Во-вторых, то, как обращаются с ведущими силами региона, в частности, с коммунистической партией ДНР — ​нас, как вы знаете, не допустили до участия в выборах в Верховный совет, а до этого некие опять же антинародные силы устроили теракт в нашем горкоме во время съезда компартии…

— Почему вы их не называете напрямую?

— Ну я не суд, не следствие, чтобы называть, пусть они называют, хотя вообще за этим всем стоят буржуазно-олигархические круги как России, так и Украины. Они просто не хотят, чтобы власть в Донбассе принадлежала народу, не хотят продвижения Новороссии, понимаете.

Сейчас все больше разговоров о том, что тут будет Приднестровский сценарий, заморозка [конфликта], стагнация всего, а разве мы этого добивались в 2014 году? Плюс назначают нам этого Пушилина, деятеля МММ и ставленника московских олигархов и кураторов, которого здесь никто не уважает. Бородай говорит, что дело решенное, Москва уверена в Пушилине, хотя сам его сначала называл Чепушилиным. Ну это же нонсенс! Посмотрите, что происходит: всех влиятельных и любимых в народе людей просто изолировали от внутриполитического процесса.

Андрею Пургину не дали паспорт ДНР, поэтому он не сможет баллотироваться. Ходаковского не выпускают из России, на Павла Губарева давили совершенно подло, похитив его жену. Нашего товарища коммуниста Хакимзнова тоже не допустили. Остался один Пушилин и чисто технические кандидаты: Елена Шишкина и Роман Храменков, Роман Евстифеев и Владимир Медведев, о которых вообще мало кто знает в ДНР. То есть некие политические силы, которым совершенно наплевать на наш народ и государство, просто хотят любыми способами захапать власть и собственность в ДНР!

Короче, я считаю, что предстоящие у нас выборы совершенно не соответствуют нашей конституции, общедемократическим принципам и нормам международного права.

— Бенесс, простите, но когда вы говорите про законы в «ДНР», то звучит так, как будто вы шутите.

— А я не шучу. Просто дело в том, что мы обманулись, чувствуем себя обманутыми. Настоящее разочарование.

— То есть четыре года назад вы согласились на полукриминальную диктатуру, которая появилась здесь вместе с Захарченко и Ташкентом, а сейчас жалуетесь на отсутствие демократических институтов, верно?

— Мы полагали, что это будет временно. Ну бардак, ну поворуют, но потом-то все-таки будет присоединение к России, порядок… Вплоть до Дебальцевской битвы мы верили в то, что в Донбассе будет реализован абхазский и южноосетинский сценарий: Россия дает нам защиту и признает нашу независимость с прицелом на присоединение.

Расширение Новороссии тогда притормозилось, но так хоть пусть будут признаны [Россией] те территории, что есть. Нам тогда стали говорить, что надо потерпеть, что ситуация тяжелая, что Минск — ​это специальный, очень хитрый план Путина, потому что в любом случае Украина никогда эти договоры не будет соблюдать.

Мы вроде как согласились. При этом внутри республик стали нарастать бардак, коррупция, сворачивание демократических процессов. Но мы терпели, потому что верили, что дальше хитрый план все равно победит. Короче, купились, пошли на уступки.

Но оказалось, что быстро Москва ничего делать не хочет, понятно, в Москве есть разные политические структуры, настроения, группы влияния, сценарии. Не один там Сурков со своей командой, есть и другие люди. Есть идея Южнорусской федерации. Там тоже мощные политические структуры, которые вообще считают, что весь Донбасс, вообще вся Новороссия — ​это исконно русские земли, это южнорусские территории, они должны быть присоединены. Но пока наиболее силен Сурков. Но опять-таки нам говорят, что Сурков ослаблен, и очень многие испытывают к нему недовольство.

— И вы не в курсе, что целью Москвы с конца 2014 года было не присоединение, а, наоборот, реинтеграция Донбасса в Украину на определенных условиях?

— Все-таки мы на территориях видели другое — ​что была довольно сильная интеграция в Россию. Переформатированы инфраструктура, заводы, фабрики, часть наших угольных предприятий завязаны теперь на России, металлургия, Харцызский трубный завод. Все праздники, время у нас российское, учебники, история, которую преподают в наших вузах, школах, все это российско-советское, а не украинское.

У нас рубль основная валюта. Паспорта есть ДНР и ЛНР, возможно, потом российские начнут выдавать. Говорят, что банки будут российские. То есть, видя всю вот эту интеграцию [в Россию], мы невольно соглашаемся со всеми недостатками…

Да, процесс чуть-чуть задерживается, не год, не два, а там пять-шесть, это плохо, потому что в результате перестрелок гибнут люди, безусловно, это преступно, потому что гибель людей мирных и наших военнослужащих надо прекратить. Но мы видим эту интеграцию. И до сих пор верим, что это не просто, чтобы сдать нас обратно Украине.

Да, мы разочарованы тем, что все так медленно. Мы купились на определенные обещания, и в этом есть наша вина. В том числе и что до сих пор мы контролируем только 35–40% территории Донбасса. Хотя можно было еще тогда, в 2014 году, взять и Мариуполь, и всю территорию, мы могли бы буквально за несколько дней все взять и навести порядок. А сейчас уже пятый год нет ни мира, ни войны, постоянные обстрелы территорий, пригородов Донецка, разрушаются дома.

Высокая безработица у нас, крайне низкие зарплаты. Бюджетники, учителя 5–6 тысяч рублей получают, на эти деньги выжить невозможно.

Но мы не верим, что Кремль при всей своей буржуазности сдаст нас Украине. В ДНР и ЛНР вложено очень много российских денег, просто невыгодно отдавать все Украине.

— Почему вы решили, что Кремль хочет все отдать Украине? Москва действительно проводит экономическое, инфраструктурное, культурное присоединение Донбасса, но в законодательном плане хочет оставить Донбасс частью Украины. И это долгие годы будет точкой давления Москвы на Киев.

— Вроде троянского коня? К сожалению, видимо, в Кремле сейчас доминируют такие настроения. Но хочу сказать, что после ужасов и того насилия, террора, которые учинила нам бандеровско-фашистская хунта, я не думаю, что наши жители согласятся даже на формальную реинтеграцию. Не хочется верить в такой сценарий. Все-таки мы верили, что Россия придет навсегда, как в Крым. 
 
— Вам не очевидно, Бенесс, что Москва не хочет, как в Крыму, а хочет иначе?

— Я и говорю: значит, мы обманулись. Хотя и не верится до конца. Но возможно, в Кремле еще продолжается борьба групп, и решение еще не принято. Поэтому мы и хотим создать единый фронт сторонников Донбасса и Новороссии, чтобы наш голос громче звучал в Кремле.

Фронт, куда войдут и «Другая Россия», и ВКП, и товарищ Стрелков, и Безлер, и Пургин, и Губарев. Все эти люди, которые хотят, чтобы Россия была мощным, сильным, процветающим государством. Ведь Россия на самом деле хочет поскорее осуществить присоединение, но в условиях санкций и давления российских олигархов это невозможно.

У олигархов деньги, ресурсы, они платят налоги. Они связаны с западным капиталом и понимают, что санкции их погубят. Поэтому не хотят расширения Новороссии. Но есть шанс, что Россия пережует эти санкции, создаст свое независимое производство и станет менее зависимой от Запада, создаст союз с Китаем, Казахстаном, а прозападные олигархи будут сломлены. Вот тогда у нас появится шанс! Надежда на это остается. Но пока во власти России доминируют именно те силы, которые не хотят независимости от Запада.

— И своим фронтом вы хотите давить на Кремль и, в частности, на Путина?

— Да.

— Чтобы они бесповоротно встали на путь изоляции от Запада и присоединили Донбасс?

— Да. Но при этом я не говорю, что Россия будет [совсем] в изоляции. Россия будет строить Каспийский союз, Евразийский союз, укреплять свое сотрудничество с государствами Азии, Южной Америки, Африки. Так мы это видим. Откуда России брать инвестиции и технологии? Извините, в России есть огромный человеческий, научный потенциал. Разве мы не можем двигать собственные технологии? В России есть Калашников, есть технологии по использованию того же болотного газа, который практически неиссякаем, в отличие от природного…

— А вы и правда — ​Черный Ленин. Болотный газ, изоляция от Запада, дружба с Африкой…

— Просто имейте в виду, что наш фронт может успешно давить на власть России, учитывая, что народ в стране сейчас и так ропщет. Посмотрите сами, сколько факторов: пенсионная реформа, повышение НДС, растущая бедность. И если власть не пойдет на уступки, не услышит народ Донбасса и не освободит от хунты народ Украины, то будет…

— Опять революция?

— Да, смена власти. Не буду сейчас этими терминами бросаться: революция — ​не революция. Но будет смена. Власть, которая не слышит людей, не может быть вечно.

— Вы человек коммунистических взглядов, но называете правого Губарева и крайне правого Гиркина своими соратниками. Как это у вас получается?

— У нас есть общая цель — ​чтобы были честные, нормальные выборы проведены в ДНР в соответствии с законом. А уже когда нам власть предоставит эти условия для выборов, там мы уже честно будем бороться друг с другом: за кого народ проголосует, тот и будет править. И тогда, безусловно, мы уже будем оппонировать с тем же Губаревым или с другими буржуазными элементами

— Уверен, что ваш фронт назовут красно-коричневым. Вы знакомы с антисемитскими высказываниями Гиркина? Читали его кавказские рассказы?

— Я, честно говоря, не слышал ничего антисемитского и антикавказского в его словах. Но знаю, что он контактирует и дружит со многими евреями, в том числе командирами в Донбассе, в том числе со мной. И он не выступает за диктатуру только русской нации.

— Интересно, какая будет реакция Москвы на ваши инициативы?

— Честно говоря, думаю, что поначалу не будет никакой реакции. А уже в зависимости от того, как наша коалиция станет действовать, власть и будет реагировать. Сами мы, коммунисты, продолжим выступать за воссоединение ДНР и ЛНР с Россией и всей Новороссии как автономии России, и, в конечном счете, наша программа-максимум — ​это социалистическое общество и восстановление Советского Союза. Конечно, мы видим, что Путину и другим руководителям России хотелось бы входить в клуб лидеров наиболее развитых стран мира и решать там свои вопросы. Но уровень жизни народа — ​это никого не волнует, вот в чем главная проблема.

— Вы бы хотели, чтобы Россия не входила в этот клуб?

— Я бы хотел, чтобы Россия была рядом с Белоруссией, рядом с Северной Кореей, с Кубой, с Никарагуа, с Венесуэлой, в которой Мадуро, с Сирией, я, кстати, поддерживаю военные действия России там.

— То есть рядом с беднейшими странами-изгоями?

— Да, вот с этими изгоями. Потому что эти страны избрали либо социалистический путь развития, либо не определились. Вот с ними Россия должна создать мощный политический и экономический союз.

— Бенесс, не боитесь, что даже люди в Донбассе придут в ужас от ваших идей? Люди все-таки хотят, говоря вашим языком, реализовать свои мелкобуржуазные потребности. Достойно и безопасно жить, не бояться войны и арестов, отдыхать. А вы им предлагаете Северную Корею.

— Мы предлагаем людям мир. И я скажу, что население Донбасса даже готово чуть-чуть затянуть пояса для завершения войны… Меня вот все время люди спрашивают на улицах (видят человека в форме и спрашивают): «Скажите, а когда война кончится?» Вот я иду каждый раз по улице, и каждый раз этот вопрос от простого народа: «Ребята, когда это закончится?»Вот чего хотят люди. Как это решить? Мы знаем: нужен ввод российских миротворцев. Второе, что хочет народ, — ​хорошей работы, хорошей зарплаты и т.д. А как можно решить эти вопросы? Путем реальной национализации. Об этом еще Маркс писал: первое, что нужно населению, — ​это одеться, обуться. Вот мы и будем над этим работать.