Смешно слышать утверждения зашоренных националов о том, что русские на этой земле появились только после 1940–го. Загляните хотя бы в Хронику Ливонии Генриха Латвийского. В ней сказано, что еще в XIII веке княжеством Кукейнос (нынешнее Кокнесе) правил князь Вячко. Происходил он из смоленской или полоцкой ветви Рюриковичей. Центр княжества располагался на берегу Двины, у места впадения в нее речушки Персе. Тогда русские называли ее Кокна, отсюда и название княжества — Куконос, что означало — мыс Кокны. Уже потом в учебниках замок стали называть Кукейнос. В далекие времена там было торговое поселение, в котором проживали купцы и ремесленники. Археологические исследования свидетельствуют, что люди поселились здесь еще в середине I тысячелетия нашей эры. Городище–замок занимал площадь 2000 квадратных метров. Он был обнесен валом с деревянными стенами. Археологи обнаружили там и остатки православной церкви XII века. Стояла она на каменном фундаменте. Были найдены и другие свидетельства русского следа княжества. Стеклянные бусы, браслеты, перстни русского образца, гончарные изделия. В начале XIII века княжеством правил внук одного из героев "Слова о полку Игореве", смоленского князя Давыда Ростиславича, отважный воитель Вячеслав Борисович — Вячко, которого латвийские учебники истории именуют "правитель Ветсеке". Выдающийся историк Татищев, рассказывая про Вячко из Кукейноса, ссылается на летопись Еропкина, где повествуется о Борисе Давыдовиче полоцком, жене его Святохне и сыновьях Васильке и Вячке. Летопись сгорела во время нашествия Наполеона в 1812 году, поэтому основной источник описания жизни Вячко — Хроника Ливонии Генриха Латвийского. Согласно ей, он возглавлял сопротивление Ливонскому ордену. Хотя поначалу отношения складывались дружелюбные. Впервые Вячко появляется на страницах Хроник в записях за 1205 год — "седьмой год епископства Альберта". Обеспокоенный тем, что "латинские пилигримы" поселились всего в трех милях от него, он принимает решение отправиться на встречу с епископом. Перед тем как спуститься на корабле вниз по реке, высылает в Ригу гонца. С тевтонами был заключен мир. В 1207 году Вячко вновь встречается с Альбертом, и "епископ почтил короля многими дарами, обещал ему помощь людьми и оружием"… За это пришлось обещать немцам половину своих владений. В том же году, несмотря на мирные договоренности, воины епископского вассала Даниила фон Бенерова напали на Кукейнос. "Однажды ночью слуги Даниила поднялись вместе с ним самим и быстро двинулись к замку короля, — повествует Генрих Латвийский. — Придя на рассвете, они нашли спящими людей в замке, а стражу на валу… мало бдительной. Взойдя неожиданно на вал, они захватили главное укрепление; отступавших в замок русских, как христиан, не решились убивать, но, угрозив им мечами, одних обратили в бегство, других взяли в плен и связали. В том числе захватили и связали самого короля, а все имущество, бывшее в замке, снесли в одно место и тщательно охраняли. Позвали господина своего Даниила, бывшего поблизости, и он, желая выслушать совет епископа об этом деле, сообщил обо всем рижанам". Нападение — открытое оскорбление чести и достоинства главы соседнего государства. Ведь автор Хроник именует Вячко, как и князей псковских и полоцких, королем — в отличие от племенных вождей, которых он называет лишь старейшинами. Совершено нападение даже не рыцарем, а низкородными его слугами. В ту эпоху повод к войнам давали и гораздо менее значимые события, и поэтому хотя бы формально Альберт должен был выказать неодобрение. Лицемер–епископ так и сделал. Он велел вернуть короля, с которым был заключен договор о мире, в его замок и возвратить ему все имущество. Вскоре пригласил его к себе, с почетом принял, подарил коней и много драгоценной одежды… А 6 апреля 1208 года, угостив Вячко с дружиной и "усыпив всякую вражду между ним и Даниилом", с радостью отпускает князя домой.