Историк: РФ не будет ждать, пока НАТО приготовится к войне

Военный эксперт, историк и профессор Потсдамского университета Зёнке Найтцель (Sönke Neitzel) в интервью, опубликованном немецкой газетой Bild 21 марта, шокировал общественность Германии, заявив, что предстоящее лето может стать «последним мирным летом в Европе». Свои опасения он объяснил тем, что «мировая ситуация в области безопасности изменилась» из-за политики президента РФ Владимира Путина и президента США Дональда Трампа.

DW побеседовала с Зёнке Нaйтцелем о том, каким будет следующий шаг Путина, готов ли российский президент действительно испытывать НАТО и что нужно сделать Европе и Германии, чтобы защититься от возможной агрессии со стороны РФ. 

DW: Господин Найтцель, вы стали печально известны в Германии своим заявлением о о том, что это лето может стать последним мирным летом. Что именно вы имели в виду?

Зёнке Нaйтцель: Я не говорил, что это точно последнее мирное лето. Я сказал, что это возможный и наихудший сценарий. Потому что никто не знает, чего хочет и что сделает Путин. Никто не может реально предвидеть будущее: ни спецслужбы, ни главы государств, ни я не могу этого сделать. Но есть возможные сценарии.

Например, возможное заключение «негативного» мирного договора по Украине развязывает руки Путину и его военным для других акций. Уже объявлены большие военные учения «Запад», которые должны пройти в Беларуси осенью 2025 года. Вся подоплека цитаты, с которой вы начали наш разговор, ровно в том, что мои друзья в Литве и других странах Балтии очень обеспокоены этими маневрами. Потому что мы видели, что аналогичные маневры в 2021 году предшествовали полномасштабному вторжению в Украину.

Я не говорю, что это обязательно произойдет, но это — возможный сценарий и мы должны ускориться. Все дебаты о том, что Россия может быть готова к нападению на НАТО в 2029 году, — это немного искусственные дебаты. Предугадать это невозможно, но Путин, если он захочет, если у него будут такие планы, не станет ждать, пока НАТО приготовится к войне.

Необходимо осознать: мы не живем в мирное время. На саммите НАТО в Мадриде в 2022 году было заявлено: евроатлантическое пространство сейчас не живет в мирное время.

— Насколько рациональными вам представляются действия Путина в данный момент?

— Я не считаю полезным упрощать, как это делают те, кто говорят, что Путин сумасшедший. Мне кажется, что у него есть собственное обоснование того, что он делает, и это усложняет нам задачу, поскольку мы следуем другим правилам: международное право, нельзя нарушать границы и так далее. С точки зрения Путина такая страна, как Украина, все больше и больше становится частью Запада, развивает демократию, и это представляет опасность для его внутреннего порядка. В моем понимании, то, из-за чего идет война, это не только Донбасс или Украина. Это столкновение Запада и России.

— Как вы оцениваете те уроки, которые в настоящее время можно извлечь из происходящего в Украине?

— В немецком бундесвере и штабах сейчас много разговоров о том, что нужно сделать, как адаптироваться к войне беспилотников и так далее. Проблема в том, что в Германии ужасная бюрократия. И она находится в голове у многих генералов, а иногда и политиков.

Бундесвер не привык к быстрым решениям. Нам необходимо реформировать процесс перехода от констатации «ОК, у нас есть проблема» до реальных изменений в дивизиях, бригадах и ротах, чтобы солдаты чувствовали себя по-другому. Они должны начать получать беспилотники, начинать проходить обучение работе с ними и действительно адаптироваться к войне 21-го века.

— Мы видим, что сейчас происходит в Украине. Мы видим, что внутри НАТО все меньше полагаются на Соединенные Штаты, даже статья 5 устава альянса подвергается сомнению. Мы видим Россию, которая готовит крупные маневры в Беларуси, и в то же время НАТО укрепляет свой восточный фланг. Все это происходит на фоне падения финансовых рынков из-за чрезвычайно разрушительной экономической политики Трампа. Как вы можете описать весь этот пейзаж, и какой сценарий вы ожидаете в этом году?

— Происходящее — это огромный вызов для Запада и для европейцев, потому что мы очень сильно полагались на США в вопросах собственной безопасности. И сейчас мы являемся свидетелями перестройки архитектуры западной обороны. Это займет некоторое время, потому что этой системе — 75 лет.

Но мы не знаем, каков будет результат. Мы не знаем, действительно ли США выйдут из НАТО. Мы не знаем, в какой степени Трамп готов придерживаться статьи 5 устава альянса. Мы пока не видим конечной точки. В худшем случае мы можем оказаться в состоянии войны с Россией. В лучшем случае — в Украине будет мир, США останутся с Европой, европейцы перевооружатся, и у нас будет десятилетие мира.

Все возможно, но сейчас мы выходим из зоны стабильности, и государственным деятелям нужно проявить себя в качестве лидеров, убежденных в европейском единстве…. И мы, европейцы, должны не только говорить, но и на деле развивать нашу оборону.

— Прав ли Дональд Трамп, указывая на то, что в центре конфликта может оказаться Арктика? Или что может оказаться в центре конфликта?

— На этот счет ведутся различные дискуссии. Если вы дипломат или офицер генерального штаба, занимающийся Арктикой, вы, конечно, скажете, что Арктика — это потенциальная зона конфликта. Если вы имеете дело с киберпространством, вы скажете: о нет, это киберпространство. Если вы имеете дело с балтийской страной, вы скажете: о нет, возможно, это страны Балтии.

Мы видим, что у России есть огромное количество возможностей атаковать НАТО в гибридной или в обычной войне. И Арктика — это лишь один из возможных сценариев. Например, ситуация вокруг Шпицбергена, который является частью Норвегии. Что будет делать НАТО, если Россия решит развернуть там воздушно-десантную бригаду и сказать, что это теперь российская территория? Выгоним ли мы их оттуда или какова будет наша реакция?

Насколько мне известно, в штаб-квартире НАТО опасаются подобных сценариев. Многие в альянсе и разведывательных службах уверены, что Путин собирается протестировать нас. И это может быть в Арктике или в любом другом месте.

— Как, на ваш взгляд, будет дальше развиваться ситуация? Вернемся ли мы к относительной стабильности или эскалация будет усиливаться?

— Я думаю, что Путин собирается и дальше испытывать нас в гибридной войне. Мы уже видели повреждение кабелей на дне Балтийского моря и в других местах, и он собирается проверить это еще раз. Если с нашей стороны на это не будет совместной жесткой реакции, Путин обязательно продолжит. Он будет пытаться подорвать наши общества изнутри. Посмотрите, как это уже происходит в Германии, Франции, Словакии, Венгрии и других странах.

И может возникнуть ситуация — уже этой осенью или позже — что российская бригада пройдет по мосту в эстонской Нарве и скажет: теперь это российская территория. Какова будет наша реакция?

Я думаю, что наш ответ на подобные провокации должен быть очень четким, как во времена холодной войны: если вы пересекаете эту линию, вы находитесь в состоянии войны с нами. Такой вид сдерживания, на мой взгляд, является лучшим способом предотвращения войны, которую в Европе никто не хочет. Но при этом мы должны ясно дать понять, что не хотим жить под гегемонией России.

Если Путин будет оказывать на нас давление, мы должны стоять на своем. Тогда, я думаю, мы избежим войны.